Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «тюменский индустриальный университет. Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «тюм


Русская литература 1930–1940-х гг. Общая характеристика 1930-х годов: противоречивость и трагизм общественно-литературной жизни. Участие писателей в строительстве социализма. Формирование в СССР административно-государственного социализма, сталинского режима и воздействие этих явлений на литературный процесс. Постановление ЦК ВКП(б) «О перестройке литературно-художественных организаций» (1932). Первый Всесоюзный съезд советских писателей (1934). Образование Союза СП и его значение. Генезис, политические и эстетические принципы социалистического реализма . Репрессии 1930-х годов и личные судьбы писателей. Запрещение ряда произведений (А. Платонова, М. Булгакова, Л. Леонова и др.)

Ведущие (официально признанные) темы, проблемы этого периода. «Странная проза» (Д. Хармс, Л. Добычин, К. Вагинов). «Потаенная литература» («Реквием» А. Ахматовой). Характеристика отдельных произведений прозы, поэзии, драматургии (по выбору экзаменующегося).

Роман-эпопея М. Шолохова «Тихий Дон». Традиции устного народного творчества и русской классики, реализм, гуманизм, эпичность как основные художественные принципы Михаила Шолохова (1905-1984).

Место сборника «Донские рассказы» в новеллистике 1920-х гг. и творчестве писателя. Тип конфликта и характерология. Трагический и гуманистический пафос рассказов. Концептуально-стилистическая связь «Донских рассказов» с романом «Тихий Дон».

Творческая история и проблема авторства «Тихого Дона». Народ и революция, проблема социальной справедливости. Катаклизмы социальной истории и устойчивость традиций казачьего труда и быта. «Судьба человеческая» и «судьба народная»: социально-историческое и вечное в судьбах и характерах. Семья Мелеховых. Григорий Мелехов как трагический характер. Причины его трагедии и психологическая глубина ее раскрытия. Женские образы в эпопее (Ильинична, Наталья, Аксинья, Дарья, Дуняшка). Своеобразие жанра. Народная основа языка, стихия устного народного творчества. Функции картин природы. Символика. Традиции русской классики и новаторство писателя ХХ в. Мировое значение романа.

Этапы творчества Л. Леонова. Традиции философской прозы XIX в. в становлении творческой индивидуальности Леонида Леонова (1899-1994). Проблематика рассказов 1920-х годов. Роман «Барсуки»: социально-нравственная концепция. Особенности композиции, языка и стиля.

Роман «Вор». Трагические противоречия в характере Дмитрия Векшина. Система «двойников» в романе. Полифонизм произведения. Концепция культуры и цивилизации.

«Соть» как социально-философский роман. Противоречивость процесса преобразования человека, общества, природы.

Философская проблематика и символика романа «Скутаревский». Проблема взаимодействия рационального и эмоционального, науки и искусства, молодости, красоты. Интертекстуальность произведения.

«Дорога на Океан» как социально-философский роман о судьбах человечества и культуры. Многоаспектность конкретно-исторического и философского содержания.

Творчество Л. Леонова в период Великой Отечественной войны.

Социально-бытовой, эстетический, философско-символический аспекты содержания романа «Русский лес». Проблематика, система образов, композиция. Философский смысл образа русского леса.

«Evgenia Ivanovna» - повесть о судьбах России и эмиграции, Родине и чужбине. Своеобразие решения проблемы ностальгии. Система образов: Евгения Ивановна - Стратонов - Пикеринг. Мастерство психологического анализа . Подтекст и хронотоп повести.

Глобально-философское осмысление отошедшей эпохи в «гиперфилософском» романе «Пирамида».

Литературная судьба М. Булгакова. Формирование социально-нравственной позиции и творческой индивидуальности Михаила Булгакова (1891-1940) . Начало литературной деятельности. «Записки юного врача»: картины провинциальной жизни и драматизм судьбы интеллигента.

Сатирические повести 20-х гг.: «Дьяволиада», «Роковые яйца», «Собачье сердце». Гротеск и фантастический сюжет как средство выражения социально-нравственной позиции писателя в оценке послереволюционной действительности.

Роман « Белая гвардия ». Символико-философское изображение исторической обреченности белого движения. Библейские мотивы как путь постижения революционного разлома. Судьбы русской интеллигенции и культуры. Трагизм утраты дома и распада семьи Турбиных. Соотношение романа и пьесы «Дни Турбиных».

Драматургия Булгакова конца 1920–1930-х гг. Философская пьеса в снах «Бег». Сложность и противоречивость социально-философской концепции революции. Мотивы апокалипсиса. Изображение русской эмиграции: Хлудов, Чарнота, Корзухин, Люська и др. Судьбы интеллигенции (Голубков, Серафима). Трагедия художника в пьесах «Кабала святош» («Мольер»), «Последние дни» («Пушкин»). Комедия «Иван Васильевич меняет профессию», «Батум».

Философский роман «Мастер и Маргарита». Особенности его философско-исторической концепции и структуры. Гротескный реализм в изображении Воланда и его свиты, их место в идейно-художественной структуре романа. Сатирическое изображение литературной и обывательской среды 1920-1930-х гг. Конкретно-историческое и фантастическое в судьбе Ивана Бездомного. Образ Мастера и его судьба. Философские и нравственные проблемы изображения творческой личности. Образ Маргариты. Философия любви и Вечной женственности в романе. Роман о Понтии Пилате и его место в структуре произведения. Евангельские и фаустианские мотивы. Роман и евангельский миф. Основные философские антиномии романа: страха и бесстрашия, жизни и смерти, света и покоя, добра и зла. Внутренняя противоречивость персонажей и финала произведения. Своеобразие художественного метода и поэтики романа.

Вклад М.А. Булгакова в отечественную и мировую литературу.

Феномен А. Платонова. Андрей Платонов (1899-1951) - выдающийся русский художник слова, мастер философской прозы. Начало творческого пути . Ранняя публицистика. Первые сборники рассказов и повестей. Новизна раскрытия личности в повести «Сокровенный человек». Образ Пухова и его место в художественном мире А. Платонова.

Сатира А. Платонова («Город Градов»). Изображение взаимоотношений личности и государства. Исследование «философии» бюрократии в повести «Город Градов». Авторская концепция и иллюзорно счастливый финал рассказа «Усомнившийся Макар».

«Чевенгур» – роман о судьбах революции. Творческая история. Восприятие событий недавнего прошлого в свете «великого перелома». Основные образы (Александр и Прокофий Двановы, Копенкин, Чепурный). Своеобразие отражения в романе социально-политической жизни страны, вступившей на путь социализма. Крушение чевенгурской утопии и его причины. Тема «прочих», ее роль в концепции произведения. Открытость финала романа и споры по его интерпретации. Жанрово-стилевые особенности «Чевенгура» как философского романа. Мифофольклорные основы его структуры. Традиции народной социальной утопии и утопического социализма. Платоновский гротеск и своеобразие языка.

Социально-философская повесть «Котлован». Классовое и общечеловеческое как основная коллизия произведения. Образ Вощева и его роль в раскрытии философской концепции повести. Образ Чиклина и проблема взаимоотношений рабочего класса, крестьянства, интеллигенции. Своеобразие авторской позиции. Ирония и гротеск в изображении «максимального класса» - бюрократической прослойки (Пашкин, Софронов, деревенский активист и т.д.). Символика образа Насти и авторский комментарий к ней.

Творческие искания Платонова в 1930-е гг. (повесть «Ювенильное море», повесть-мистерия «Джан») и в годы Великой Отечественной войны (рассказы «Одухотворенные люди», «Мать», «Девушка Роза» и др.), воссоздание драматизма послевоенных судеб народа («Возвращение»). Вклад А. Платонова в развитие отечественной литературы.

Человек и природа в философской прозе М. Пришвина. Особенности художественного мироощущения Михаила Пришвина (1873-1954). Истоки творчества. Философские и нравственные искания.

Фольклорные и этнографические мотивы в очерковых книгах 1900-х гг.: «В краю непуганых птиц», «За волшебным колобком», «Черный араб». Синтез художественного и научного мышления. Сближение с писателями-модернистами. Отношение к первой мировой войне и Февральской революции.

Публицистика, дневники, автобиографическая проза: «Кащеева цепь», «Мирская чаша». Своеобразие лирического героя. «Родственное внимание» к природе в книге «Родники Берендея». Мифологические и сказочные мотивы в идейно-художественной структуре произведений. Проблема творчества. Двуплановость повествования. Тема природы в произведениях писателя 1930-1940-х гг.

М. Пришвин – мастер лирико-философской прозы. Концепция взаимоотношений человека и природы в повести «Жень-Шень». Поиск смысла жизни, оптимизм пришвинского мироощущения. Мифологическая и философская символика повести. Драматизм образа лирического героя. Тема любви и вечной женственности. Образ мудреца Лувена. Цикл поэтических миниатюр «Фацелия». Особенности сюжета и композиции.

Поиски истины и счастья в идейно-художественной концепции произведений («Кладовая солнца» и др.)

Культурно-просветительская деятельность М. Пришвина. Творческая лаборатория писателя в книгах «Журавлиная родина», «Глаза земли». Отражение трагических противоречий жизни в «Дневниках».

Литература периода Великой Отечественной войны.

Поэзия. Тема Родины и народа, природы и истории, героизма, гуманизма, борьбы с фашизмом, защиты культуры и цивилизации и особенности ее поэтического воплощения в лирике А. Ахматовой, Б. Пастернака, К. Симонова, А. Суркова, Н. Тихонова, А. Прокофьева, А. Твардовского, М. Светлова и др. Песенное творчество (М. Исаковский, В. Лебедев-Кумач, А. Фатьянов и др.). Лирика фронтового поколения (С. Гудзенко, М. Дудин, С. Наровчатов и др.) и поэтов, погибших на войне (П. Коган, М. Кульчицкий, А. Лебедев, Г. Суворов). Стихотворная сатира (Д. Бедный, С. Маршак, С. Михалков). Жанрово- стилевое многообразие поэм (Н. Тихонов, О. Берггольц, В. Инбер, М. Алигер, П. Антокольский).

Поэма А. Твардовского «Василий Теркин». Творческая история. Пафос «горькой правды» в картинах войны и труда. Своеобразие жанра поэмы как героического эпоса. Собирательность образа ее героя. Композиция «Книги про бойца». Место и роль лирического героя.

Проза. Развитие малых жанров . Очерки и рассказы (Л. Соболев, А. Толстой, Н. Тихонов, И. Эренбург, Б. Горбатов, А. Фадеев, М. Шолохов, Л. Леонов, А. Платонов, В. Кожевников). Тенденция к их циклизации.

Обобщенно-поэтизирующая («Народ бессмертен» В. Гроссмана, «Радуга» В. Василевской, «Непокоренные» Б. Горбатова) и конкретно-аналитическая («Волоколамское шоссе» А. Бека, «Дни и ночи» К. Симонова) тенденции в прозе военных лет. Опыт эпического освещения войны («Они сражались за Родину» М. Шолохова, «Молодая гвардия» А. Фадеева).

Драматургия. Жанрово-стилевые особенности пьес военного времени («Русские люди» К. Симонова, «Ленушка», «Нашествие» Л. Леонова, «Фронт» А. Корнейчука). Философская сказка Е. Шварца «Дракон». Обличение тоталитарного режима, милитаристской идеологии и психологии. Постижение механизма духовного порабощения человека. Особенности построения конфликтов и характеров. Историческая драматургия (дилогия А. Толстого об Иване Грозном).

Русский исторический роман первой половины ХХ в. («Петр Первый» А. Толстого). Русский исторический роман 1920-1930-х гг.: проблема взаимосвязи истории и современности. Исследование предыстории революции. Изображение народа как основной творческой силы истории. Интерес писателей к изображению выдающихся революционеров и народных движений прошлого: «Разин Степан» А. Чапыгина, романы «Радищев», «Одеты камнем» О. Форш, «Емельян Пугачев» В. Шишкова.

Тема Петра Первого в русской литературе и в творчестве Алексея Толстого (1883-1945) («Наваждение», «День Петра», 1917-1919).

Роман «Петр Первый»: особенности замысла («вхождение в историю через современность»), источники работы над романом. Концепция Петровской эпохи. Тематика, основные конфликты и сюжетные линии (борьба нового со старым, рождение новой России , движение истории в романе, тема Востока и Запада). Композиционный центр зрения. Эволюция образа Петра. Его сподвижники и оппозиция. Образ народа, его социальная структура и эволюция (семья Бровкиных, братья Воробьевы, Кузьма Жемов, атаман Иван, Овдоким, Федька Умойся Грязью, Андрей Голиков и др.). Теория «внутреннего жеста» А. Толстого и ее художественная реализация в произведении. Особенности изображения быта и воссоздание колорита эпохи. Язык романа.

Значение романа А. Толстого в развитии русского исторического романа ХХ в.

Литература русского зарубежья (первая волна). Своеобразие реализма И. Шмелева и Б. Зайцева. Русская зарубежная литература как часть отечественной культуры ХХ столетия. Периодизация литературного процесса в России и в русском зарубежье. Причины литературной эмиграции первой волны. Центры расселения: Берлин, Париж, Прага, Варшава, София, Прибалтика, Белград, Харбин. «Русский Берлин» - период относительного единства литературного процесса - время сотрудничества литераторов советской России и русского зарубежья. Париж - «столица зарубежья».

Литературные издательства. Альманахи. Сборники. Кружки. Основные темы, мотивы, образы (тема России и революции, судеб российской и европейской цивилизации, ностальгии, памяти, дома, детства, любви, творчества). Развитие новых жанровых форм: автобиографического романа о прошлом, дневниковой прозы, сочетающей эпическое повествование с лирикой, беллетризованной биографии (творчество Б. Зайцева, Вл. Ходасевича, И. Бунина).

Устойчивость православно-религиозного мировоззрения Ивана Шмелева (1873-1950) . Трагедия послереволюционной России в эпопее «Солнце мертвых». Воскрешение духовных основ жизни России в книге «Лето Господне». Цикличность природно-космического и православно-обрядового движения времени. Персонажи романа как носители христианских устоев и заповедей (отец, Горкин).

Общая характеристика творчества Бориса Зайцева (1881-1972) в контексте художественных исканий в русской прозе начала века. Реализм мировидения художника и импрессионистическая манера письма. Усиление христианских мотивов в творчестве эмигрантского периода (« Преподобный Сергий Радонежский»). Автобиографическая тетралогия «Путешествие Глеба». Беллетризированные биографии русских писателей.

Писатели и поэты реалистических и модернистских течений. Писатели, не примыкавшие к литературным школам.

Писатели старшего поколения и литературная молодежь (В. Набоков, Г. Газданов и др.).

Этапы творческого пути В. Набокова. Начало жизненного и творческого пути Владимира Набокова (1899-1977). Первые поэтические опыты.

Берлинский период творчества. Роман «Машенька». Автобиографическая проза В. Набокова «Другие берега» как своеобразный авторский комментарий к роману «Машенька». Ностальгия по России как основная тема произведения. Образ Ганина и его антагониста Алферова. Конфликт между прошлым и настоящим, духовным и бездуховным, живым и мертвым. Скрытая датировка произведения. Категории времени и пространства (природное и бытовое) в повести и их художественные функции. Семантические центры романа, воплощающие: нелепость, обман, фальшь / радость, любовь, счастье. Игра как структурообразующий элемент произведения. Прием зеркального отражения . Цветовой фон и роль цветообозначений. Слово-образ «тень» как ключевое слово текста. Символика произведения.

Проблема традиций русской классики в творчестве Набокова. Роман «Защита Лужина». Вопрос о прототипе главного героя. Судьба Лужина как глобальная метафора. Изгнание героя из «детского рая» и его творческая компенсация в шахматной игре. Мотив двойничества. Метафизическая ошибка героя.

Романное творчество Набокова 30-х годов («Соглядатай», «Подвиг», «Камера обскура», «Отчаяние», «Дар»).

Общая характеристика англоязычного творчества В. Набокова: «Лолита» и др. Проблема национальной идентификации произведений писателя-билингва.

Вклад В. Набокова в развитие русской литературы.


Русская литература второй половины ХХ века
Общая характеристика русской литературы 1950-1980 гг. Феномен «деревенской прозы». Активизация духовной и литературной жизни в стране после ХХ съезда КПСС. Появление новых литературно-художественных журналов и альманахов. Вступление в литературу нового поколения поэтов, прозаиков, драматургов. Активизация творчества художников старшего поколения (В. Луговской, Н. Заболоцкий и др.).

Незавершенность процессов демократизации. Запрещение ряда произведений (Б. Пастернака, А. Солженицына, В. Гроссмана, А. Бека, Ю. Домбровского, А. Твардовского, В. Шаламова и др.). Диссидентство и формы его выражения. «Самиздат». «Тамиздат». «Магнитиздат». Выезд ряда писателей за рубеж.

Многообразие прозы: лирическая, деревенская, городская, лейтенантская, мемуарная. Условность классификации.

Становление и развитие деревенской прозы. Генезис деревенской темы. Проза 1920-1930-х годов о судьбах крестьянской России как предыстория разработки деревенской темы в 1960-1970-е годы. Роль В. Овечкина как первооткрывателя темы в жанре очерка. Обращение к деревенской прозе Е. Дороша, Г. Троепольского, В. Тендрякова. Место рассказа А. Солженицына «Матренин двор» в процессе освоения народного бытия. Открытие народного характера в повести В. Белова «Привычное дело». Обращение к трагическим событиям коллективизации («На Иртыше» С. Залыгина, «Кончина» В. Тендрякова, «Мужики и бабы» Б. Можаева, «Кануны» В. Белова и др.).

Дальнейшие социальные, нравственные, философские искания деревенской прозы, богатство творческих индивидуальностей (В. Шукшин, Ф. Абрамов, В. Белов, Е. Носов, В. Распутин, В. Астафьев, В. Крупин и др.).

Творческий путь В. Шукшина. Феномен Василия Шукшина (1929-1974). Многообразие дарований (литература, кинодраматургия, режиссерская и актерская работа).

Проблематика, жанровое и стилевое многообразие творчества писателя. Проблема народа как центральная в прозе и кинодраматургии Шукшина. Шукшин - мастер малого жанра. Преобразование жанрово-стилевых форм («рассказ-судьба», «рассказ-характер», «рассказ-исповедь», «рассказ-анекдот» по Шукшину). Ситуации и конфликты. Характерология. Маргинальность персонажей. Психологизм. Полифонизм. Соотношение автор – герой.

Роман «Любавины»: изображение судьбы русской деревни на переломных этапах в свете общечеловеческих проблем. Роман «Я пришел дать вам волю»: новизна интерпретации исторических событий и роли личности. Центральные проблемы романа: судьбы России, крестьянского восстания и Степана Разина.

Сатира Шукшина. Единство комического и трагического. Рассказы, философская сказка «До третьих петухов», сатирическая повесть «Энергичные люди».

Киноповесть «Калина красная»: характер и судьба Егора Прокудина и авторская концепция народного характера. Фольклорные и мифологические истоки поэтики.

Этапы творческого пути В. Астафьева. Трудный жизненный опыт Виктора Астафьева (1924-2001) и его отражение в творчестве писателя. Рассказы и повести 1950-1960-х гг. («Перевал», «Стародуб», «Звездопад», «Кража», «Ясным ли днем»). Своеобразие астафьевского автобиографизма.

Творческая история и своеобразие жанра книги «Последний поклон». Изображение нравственных устоев народной жизни . Народные типы . Образ Катерины Петровны. Лиризм автобиографического повествования. Традиции русской автобиографической прозы. Двуплановость авторского видения мира.

Тема Великой Отечественной войны в творчестве В. Астафьева. Повесть «Пастух и пастушка»: новаторская гуманистическая сущность концепции войны, остро полемический характер повествования. Истоки трагедии Бориса Костяева. Трагически-противоречивый характер Мохнакова. Глубина психологического анализа. Жанровое своеобразие и специфика сюжета и композиции. Мифопоэтические и литературные традиции.

«Царь-рыба» как социально-философское произведение. Специфика конфликта. Типология персонажей. Утверждение нравственных основ народного характера и осуждение духовного браконьерства.

Роман «Печальный детектив»: проблематика, выбор главного героя, образная система . Своеобразие жанра и композиции. Публицистическое начало. Традиции русской классики (Н. Гоголь, Ф. Достоевский, М. Горький).

Эволюция темы Великой Отечественной войны в творчестве В. Астафьева 90-х годов: роман «Прокляты и убиты», повести «Так хочется жить», «Обертон», «Веселый солдат». Воссоздание трагедии народа в предвоенные, военные и послевоенные годы. Авторская концепция поражений и побед в Великой Отечественной войне. Природа конфликтов. Противостояние личности и государства. Роль лирико-публицистических отступлений.

Этапы творческого пути А. Солженицына. Драматизм судьбы А. Солженицына (р. 1918) – человека и писателя. Его социально-философские взгляды.

«Один день Ивана Денисовича»: история замысла и публикации. Действующие лица и их прототипы. Образ «соцгородка»: картины лагерной повседневности. Широта художественного обобщения. Противостояние людей и «псов клятых» в системе образов. Особенности сюжета и композиции. Прием трагической иронии. Своеобразие языка. Традиции русской классики (Ф. Достоевский, А. Чехов).

Художественное воплощение национального типа характера и особенности конфликта в рассказах «Матренин двор», «Захар Калита».

«Архипелаг ГУЛАГ»: история создания, социально-философская проблематика, жанровое своеобразие. Реалии острожного быта. Образ повествователя. Идея катарсиса. Символика. Апелляция к произведениям русской литературы. «Архипелаг ГУЛАГ» в контексте «лагерной» прозы. Особенности языка.

Романное творчество А. Солженицына: «В круге первом», « Раковый корпус ». Автобиографическая основа, проблематика, система образов, природа конфликтов.

Эпопея «Красное колесо»: идейно-тематическое содержание, структурная многослойность, метод «узловых точек».

Творчество А. Солженицына 90-х годов: «Крохотки», «Двучастные рассказы».

Эволюция темы Великой Отечественной войны в литературе второй половины ХХ века. «Лейтенантская проза» (конец 1950-х – 1960-е гг.) как жанрово-стилевое явление и новый этап в раскрытии проблемы «человек и война». Ее основные свойства и место в литературном процессе (Г. Бакланов, Ю. Бондарев, В. Богомолов, А. Ананьев, В. Курочкин, В. Астафьев). Споры об «окопной» и «масштабной» прозе. Традиции В. Некрасова. Изображение будней войны. Особенности выбора героя. Многообразие ситуаций и конфликтов. Своеобразие хронотопа. Лирическое и автобиографическое начала.

Новые тенденции и жанры прозы о Великой Отечественной войне в 70-90-е гг. Художественное осмысление подвига народа в трагических испытаниях. Усиление гуманистических и философских начал, расширение представления о героическом. Проблема нравственного выбора . Новое в раскрытии личности. Мастерство воссоздания внутреннего состояния человека в многообразных ситуациях на войне. Широта интерпретаций ряда образов и ситуаций (Ю. Бондарев, В. Быков, В. Распутин, В. Кондратьев, Г. Владимов).

Развитие эпической традиции. Значение документа, мемуаристики (А. Адамович, Д. Гранин, В. Семин, В. Богомолов, С. Алексиевич). Сближение проблематики военной прозы с нравственно-философскими исканиями литературы этого периода.

Русская поэзия второй половины ХХ в. Многообразие идейно-художественных тенденций. Многообразие течений в лирике: «эстрадная» поэзия (Е. Евтушенко, А. Вознесенский, Р. Рождественский), «тихая» лирика (В. Соколов, Н. Рубцов), философская лирика (Н. Заболоцкий, Л. Мартынов, А Тарковский). Выступления против официоза (поэзия в альманахе «Метрополь»). Активное противостояние «застою» в стихах-песнях и деятельности рок-групп. Пути развития авторской песни в 1960-1980-е годы (Б. Окуджава, В. Высоцкий, А. Галич, Н. Матвеева, Ю. Ким, Ю. Визбор, В. Долина, А. Макаревич, В. Цой).

Новые тенденции в поэзии 2-ой половины 1980 - начала 1990-х гг. Процесс сближения основных ветвей русской поэзии (официальной, неофициальной, задержанной, зарубежной). Публикации «Из литературного наследия » А. Ахматовой, А. Твардовского, В. Шаламова.

Художественный мир Иосифа Бродского (1940-1996) . Трагический характер мировосприятия. Тема экзистенциального одиночества. Личностное переживание культуры, истории, христианства. Тема времени как центральная.

Книга как жанр в поэзии Бродского. Поэтика книг «Остановка в пустыне», «Конец прекрасной эпохи», «Часть речи», «Римские элегии», «Новые стансы к Августе», «Урания».

Особенности поэтики лирики Бродского. Архаичность языка и новаторство поэтической техники, трагический пафос и ирония, классический ритм стиха и стилевая эклектика - противоположности, сплавленные единством поэтической личности. Эволюция поэзии от экспрессивного лиризма к нейтральности тона, усложнению поэтического синтаксиса, движения от точных метров к интонационному стиху.

Поэтический авангард. Творческие поиски «метаметафористов» (А. Еременко, А. Парщиков), «концептуалистов» (Д. Пригов, Л. Рубинштейн), «иронистов» (И. Иртеньев, В. Вишневский), «куртуазных маньеристов» (В. Степанцов, В. Пеленягрэ), их художественные обретения и потери. Лирика и поэмы наиболее талантливых поэтов нового поколения (И. Жданов, Т. Кибиров).

Поэты вне «школ», «поэты-смысловики» (самоопределение Е. Рейна), близкие к классической традиции: Е. Рейн, Б. Ахмадулина, В. Соснора, А. Кушнер, Г. Горбовский, О. Чухонцев, О. Хлебников, Т. Бек, Ю. Кузнецов.

Введение

1920-1940-е годы - один из самых драматических периодов в истории русской литературы.

С одной стороны, народ, воодушевленный идеей построения нового мира, совершает трудовые подвиги. Вся страна встает на защиту от немецко-фашистских захватчиков. Победа в Великой Отечественной войне внушает оптимизм и надежду на лучшую жизнь. Эти процессы находят отражение в литературе.

С другой стороны, именно во второй половине 20-х и до 50-х годов отечественная литература испытывала мощное идеологическое давление, несла ощутимые и невосполнимые потери.

Литература первых послереволюционных лет

В постреволюционной России существовало и действовало огромное количество различных групп и ассоциаций деятелей культуры. В начале 20-х годов насчитывалось около тридцати объединений в области литературы. Все они стремились найти новые формы и методы литературного творчества.

Молодые писатели, входившие в группу «Серапионовы братья», пытались осваивать технологию искусства в самом широком диапазоне: от русского психологического романа до остросюжетной прозы Запада. Они экспериментировали, стремясь к художественному воплощению современности. В эту группу входили М.М.Зощенко, В.А.Каверин, Л.Н.Лунц, М.Л.Слонимский и др.

Конструктивисты (К.Л.Зелинский, И.Л.Сельвинский, А.Н.Чичерин, В.А.Луговой и др.) основными эстетическими принципами объявили в прозе ориентацию на «конструкцию материалов» вместо интуитивно найденного стиля, монтаж или «кинематографичность»; в поэзии - освоение приемов прозы, особых пластов лексики (профессионализмов, жаргон и т.д), отказ от «слякоти лирических эмоций», стремление к фабульности.

Поэты группы «Кузница» широко использовали поэтику символистов и церковно-славянскую лексику.

Однако не все писатели входили в какие то ни было объединения, и реальный литературный процесс был богаче, шире и разнообразнее, чем это определялось рамками литературных группировок.

В первые годы после революции сформировалась линия революционного художественного авангарда. Всех объединяла идея революционного преображения действительности. Был образован Пролеткульт - культурно-просветительская и литературно-художественная организация, ставившая своей целью создание новой, пролетарской культуры путем развития творческой самодеятельности пролетариата.

После Октябрьской революции в 1918 г. А.Блок создал свои известные произведения: статью «Интеллигенция и революция», поэму «Двенадцать» и стихотворение «Скифы».

В 20-е годы в советской литературе небывалого расцвета достигла сатира. В области сатиры присутствовали самые разные жанры - от комического романа до эпиграммы. Ведущей тенденцией стала демократизация сатиры. Основные тенденции у всех авторов были едины - разоблачение того, что не должно существовать в новом обществе, созданном для людей, не несущих в себе мелкособственнических инстинктов; высмеивание бюрократического крючкотворства и т.д.

Сатира была излюбленным жанром В.Маяковского. Через этот жанр он критиковал чиновников и мещанинов: стихотворения «О дряни»(1921), «Прозаседавшиеся»(1922). Своеобразным итогом работы Маяковского в области сатиры стали комедии «Клоп» и «Баня».

Очень значимым в эти годы было творчество С.Есенина. В 1925 г. Вышел сборник «Русь советская» - своеобразная трилогия, куда вошли стихотворения «Возвращение на родину», «Русь советская» и «Русь уходящая». Также в этом же году была написана поэма «Анна Снегина».

В 20-30-е годы выходят известные произведения Б.Пастернака: сборник стихов «Темы и вариации», роман в стихах «Спектаторский», поэмы «Девятьсот пятый год», «Лейтенант Шмитд», цикл стихотворений «Высокая болезнь» и книга «Охранная грамота».

Раздел 1. Литература. Особенности развития литературы 1930 - начала 1940-х годов

Задания для оценки У5, У10, У11, У13 ; З1, З6, З7, З9 ; ОК1, ОК2, ОК4, ОК7, ОК8 :

1) Самостоятельная работа №22 . «М.И. Цветаева(1892-1941)»

Исследование и подготовка реферата (сообщения, доклада):


  • «М.И. Цветаева в воспоминаниях современников»,

  • «М. Цветаева, Б. Пастернак, Р.М. Рильке: диалог поэтов»,

  • «М.И. Цветаева и А.А. Ахматова»,

  • « М.И. Цветаева - драматург».
2) Самостоятельная работа №23 . «М.А. Булгаков(1891-1940)»

1. Организовать выставку: «Фотографии писателя».

2. Подобрать иллюстрации русских художников к произведениям М.А. Булгакова.

3. Подобрать фрагменты кинофильмов «Дни Турбиных» (реж. В. Басов), «Мастер и Маргарита» (реж. В. Бортко)

3) Самостоятельная работа №24 . «А.Н. Толстой(1883-1945)»

Задания для самостоятельной работы :

1. Экранизация произведения.

2. Фрагменты из кинофильмов «Юность Петра», «В начале славных дел», В. Скотт. «Айвенго».

4) Самостоятельная работа №25 . «М.А. Шолохов (1905-1984)»

Задание для самостоятельной работы:

Исследование и подготовка доклада:

«Казачьи песни в романе-эпопее “Тихий Дон” и их роль в раскрытии идейно-нравственного и эстетического содержания произведения».

Раздел 2. Русский язык . Морфология и орфография. Служебные части речи

Задания для оценки У10; З4, З5 ; ОК3, ОК5, ОК6, ОК8, ОК9:

1) Практическое занятие №18 . «Предлог как часть речи»

Задания на выполнение:

Проанализируйте приведенные ниже фразы из газет и сочинений, выявите ошибки в их построении. Объясните суть каждой ошибки. Предложите правильный вариант.

Лечащий врач был в меру озадачен состоянием больной, но уверенности в лучшее не терял. Даже в знаменитый дом на Петровской набережной дежурных не полагалось.

Несмотря на все трудности, администрация района прилагает все силы для улучшения качества дорог. Я потихоньку от хозяина ходила на курсы компьютера и английского языка.

За месяц, что я там (на новой работе . - Сост.) продержалась, работницы без конца менялись. Вячеслав занимался еще и скупкой и продажей золотых слитков: ущерб государства оценивается в 257 миллионов рублей. Все говорит о том, что эта героиня (Коробочка. - Сост.) олицетворяет собой копилку, она складывает и складывает, подгребая под себя деньги, видя во всем только выгодную наживу, вкладывая все свои действия, силы и цели на получение прибыли. Сразу по приезду (Чичикова. - Сост.) в Уездный город, мы начинаем замечать странные действия с его стороны, направленные на куплю крепостных душ, и не просто душ, а уже умерших - «мертвых душ».

Контрольные вопросы:

1. От чего зависит правописание и употребление предлогов?

2) Практическое занятие №19 . «Союз как часть речи»

Задания на выполнение:

1. Прочитайте. Определите основную мысль текста, озаглавьте его. Определите стиль и тип речи. Спишите текст. Укажите союзы и их функции.

(И ТАК, ИТАК) она пришла долгожданная зима! Хорошо пробежа..ся по морозцу в первое зимн.. утро. Издалек.. подымающийся ветерок пощип..вает лицо и уши, (ЗА ТО, ЗАТО) как красиво всё вокруг! Как не колюч Мороз..ц, он (ТО ЖЕ, ТОЖЕ) приятен. Не (ЗА ТО, ЗАТО) ли все мы любим зиму, что она (ТАК ЖЕ, ТАКЖЕ), как и весна, наполняет грудь волнующ.. чу..ством. Всё живо, всё ярко в пр..образивш..йся природе, всё полно бодрящ.. свежести. Так легко дыши..ся и так хорошо на душе, что невольно улыбаеш..ся. И хочется сказать дружески этому чудн.. зимн.. утру: «Здравствуй, зима долгожданная, бодрая!»

2. Прочитайте предложение и найдите грамматическую основу в каждом предложении. Укажите сочинительные и подчинительные союзы и определите их значение. Спишите, вставляя пропущенные буквы и расставляя знаки препинания. При списывании укажите границы предложений в составе сложного.

1. Огонь в лампе дрыгнул и потускнел но через секунду снова разг..релся ровно и ярко.

2. Листья то летели по ветру то отвесно л..жились в сырую траву.

3. Все встали со своих мест как только з..тихли звуки музыки.

4. Наука любит труд..любивых ибо труд это талант.

5. Агр..номы делают всё чтобы ур..жайность наших п..лей возр..стала.

Контрольные вопросы:

1. От чего зависит правописание и употребление союзов?

3) Практическое занятие №20 . «Частица как часть речи»

Задания на выполнение:

Прочитайте и объясните слитное и раздельное написание не.

1) Явно было, что старика огорчало пренебрежение Печорина. (Л.) 2) Матушка старалась возвратить ему [старику Гриневу] бодрость, говоря о неверности молвы, о шаткости людского мнения. (П.) 3) Голос у него был неприятный. (Т.) 4) Не везение способствует успеху, а труд и упорство. 5) Большая неуклюжая коляска медленно съехала с шоссе на плац. (Купр.) 6)Мой попутчик – человек не разговорчивый, а весьма замкнутый. Лицо у него довольно невыразительное, бесцветное. Рост далеко не высокий. 7) Совсем неглупые, серые, холодные глаза выглядывают из-под его рыжих бровей. (Пришв.) 8) Он оказался хозяином никуда не годным. (Вер). 9) Захар неопрятен. Он бреется редко. Он неловок. (Гонч.) 10)Не дорого начало, а похвален конец. (Посл.) 11) Не нужна соловью золотая клетка, лучше зеленая ветка. (Посл.) 12) Её небольшой, но чистый голосок так и помчался по зеркалу пруда. (Т.) 13) Женщина эта была не молода, но следы строгой величавой красоты остались. (Герц.)

Контрольные вопросы:

1. От чего зависит употребление частиц?

Раздел 1. Литература. Особенности развития литературы периода Великой Отечественной войны и первых послевоенных лет

Задания для оценки У12, У13 ; З6, З7, З8 ; ОК1, ОК2, ОК4, ОК7, ОК8 :

1) Самостоятельная работа №26 . «А.А. Ахматова (1889-1966)»

Задания для самостоятельной работы:

1. Исследование и подготовка реферата:


  • «Гражданские и патриотические стихи А. Ахматовой и советская литература»;

  • «Трагедия “стомиллионного народа” в поэме А. Ахматовой “Реквием”».
2. Подготовка виртуальной экскурсии по одному из музеев А. Ахматовой.

3. Наизусть. Два-три стихотворения (по выбору обучающихся).

Раздел 2. Русский язык . Синтаксис и пунктуация

Задания для оценки У7; З3 ; ОК1, ОК2, ОК3, ОК4, ОК5, ОК6, ОК7, ОК8, ОК9:

1) Практическое занятие №21 . «Основные единицы синтаксиса»

Задания на выполнение:

Выписать из предложения все возможные словосочетания, дать характеристику словосочетаниям, сделать синтаксический разбор предложения :

Далеко в лесу огромном возле синих рек жил с детьми в избушке темной бедный дровосек.

Какие сочетания слов нельзя было выписывать и почему?

Контрольные вопросы:

1. Сравните: словосочетание и предложение.

2. Назовите виды связи слов в словосочетании.

2) Практическое занятие №22 . «Осложнённое простое предложение»

Задания на выполнение:

1. Укажите верную синтаксическую характеристику предложений.

Я легко полез через изгородь и пошел по еловым иглам покрывавшим землю. (А.П. Чехов) Левин расправился и вздохнув оглянулся. (Л.Н. Толстой) Положив острый подбородок на кулак скорчившись на табуретке и поджав одну ногу под себя Воланд не отрываясь смотрел на необъятное сборище дворцов гигантских домов и маленьких обреченных на слом лачужек. (М.А. Булгаков):

а) предложение осложнено обособленным определением;

б) предложение осложнено обособленным обстоятельством;

в) предложение осложнено вводными словами;

г) предложение осложнено однородными членами.

2. Укажите предложения, осложненные обособленными определениями.

а) Исписанные Иваном листки сдутые налетевшим в комнату ветром валялись на полу. (М. Булгаков)

б) Они смотрели на повернутые на запад окна. (М. Булгаков)

в) Вслед за тем гул растревоженного улья сразу наполнил аудиторию. (Л. Леонов)

г) Темно коричневая шерсть нежная блестящая мягкая очень красила олененка.

3. Укажите предложения с обособленными обстоятельствами.

а) Ему было очень хорошо несмотря на катившийся градом пот. (Л.Н. Толстой)

б) Таково состояние души человека увидевшего осенний праздник света и тишины. (В. Песков)

в) Несмотря на большое количество луж мы не промочили ноги.

г) Где то на речке кричали ребятишки купавшиеся спозаранку. (Ю. Бондарев)

4. Укажите предложения, осложненные вводными словами.

а) Неподвижный воздух казалось был наполнен какой то прозрачной пылью. (Л.Н. Толстой)

б) Старик Колиной улыбки не заметил а то бы конечно обиделся. (К.Г. Паустовский)

в) Скоро, однако, лес поредел.

г) Он все понимал однако ничего не делал.

5. Укажите предложения, осложненные однородными членами, соединенными противительными союзами.

а) Сентябрь был тихий теплый и на счастье без дождей.

б) Нет не поднимали целину на войне а начиняли минами. (В. Лидин)

в) В воздухе пахло и травой и туманом одним словом ранним туманным утром. (Л.Н. Толстой)

г) Вновь прибывшие тоже согласились с принятой резолюцией.

6. Укажите предложения, осложненные однородными членами, соединенными разделительными союзами.

а) Мы то кричали то свистели.

б) Спектакль по пьесе Ю.К. Олеши «Нищий или смерть Занда» мне очень понравился.

в) Все еще каждый приносил другому или кусочек яблочка или конфетку или орешек. (Н. Гоголь)

г) За стеной кто- то не то смеялся не то плакал.

7. Укажите предложения, осложненные обособленными уточняющими членами предложения.

а) Азазелло расставшись со своим привычным нарядом то есть пиджаком котелком и лакированными туфлями стоял неподвижно. (М. Булгаков)

б) Каждое утро еще до восхода солнца Яков Лукич Островнов накинув на плечи заношенный брезентовый плащ выходил на хутор любоваться хлебами. (М. Шолохов)

в) Вчерашний день часу в шестом зашел я на Сенную… (Н.А. Некрасов)

г) Это произошло зимой незадолго до Нового года.

8. Укажите предложения с обособленными приложениями.

а) Роман «Мастер и Маргарита» впервые был опубликован в журнале «Москва».

б) Таким героем является Тихон Шербатый самый полезный человек в отряде Денисова.

в) Рассказ А.П. Чехова о собаке Каштанке трогает сердца читателей.

г) Отправился я со старостиным сыном и другим крестьянином по имени Егор на охоту. (И.С. Тургенев)

Контрольные вопросы:

1. Обоснуйте необходимость (актуальность, роль, место, значение, ...) осложнения простых предложений однородными и обособленными членами предложения, уточняющими членами предложения.

3) Практическое занятие №23 . «Сложное предложение»

Задания на выполнение:

Расставьте знаки препинания в следующих текстах в соответствии с действующими пунктуационными нормами. Используйте справочники по орфографии и пунктуации, указанные в списке литературы. Сравните свою версию расстановки знаков с опубликованным текстом.

Был сильный мороз. Город курился дымом. Соборный двор топтаный тысячами ног звонко непрерывно хрустел. Морозная дымка веяла в остывшем воздухе поднималась к колокольне. Софийский тяжелый колокол на главной колокольне гудел стараясь покрыть всю эту страшную вопящую кутерьму. Маленькие колокола тявкали заливаясь без ладу и складу вперебой точно сатана влез на колокольню <...> В черные прорези многоэтажной колокольни встречавшей некогда тревожным звоном косых татар видно было как метались и кричали маленькие колокола словно яростные собаки на цепи. Мороз хрустел курился. Расплавляло отпускало душу на покаяние и черным-черно разливался по соборному двору народушко (М. Булгаков. Белая гвардия).

Уехала девушка которую я любил которой я ничего не сказал о своей любви и так как мне шел тогда двадцать второй год то казалось, что я остался один во всем свете. Был конец августа в малорусском городе где я жил стояло знойное затишье И когда однажды в субботу я вышел после работы от бондаря на улицах было так пусто что не заходя домой я побрел куда глаза глядят за город (И. Бунин. В августе). Очаровательное утро Свободно без прежнего трения оно проникало сквозь зарешеточное стекло промытое вчера Родионом Новосельем так и несло от желтых липких стен. Стол покрывала свежая скатерть еще с воздухом необлегающая. Щедро окаченный каменный пол дышал фонтанной прохладой (В. Набоков. Приглашение на казнь).

Контрольные вопросы:

1. Чем вызвана необходимость использования сложноподчинённых и сложносочиненных предложений?

2. Синонимика сложносочинённых предложений с различными союзами.

4) Практическое занятие №24 . «Бессоюзные сложные предложения»

Задания на выполнение:

Найти бессоюзные сложные предложения в тексте.

Сила и мощь слова зависят от того как каждый из нас использует неисчерпаемые богатства русской речи как владеет ею.

Мы все несём ответственность за чистоту нашего языка. В творчестве поэтов, истинных ценителей русского языка, звучит горячий призыв берегите русский язык не дайте стереться ни одной грани этого драгоценного кристалла не замутите подводную реку русского языка.

Язык для поэта это величественная симфония дарующая радость творчества наполняющая смыслом жизнь вносящая в свою гармонию в разум и чувства. Между языком и поэтом двусторонняя связь не только поэт преобразует язык но и язык обогащает творческие и духовные силы поэта являясь жизненно необходимой его частью миром его жизни условием существования.

1. Расставьте недостающие знаки препинания, проанализируйте пунктуацию. Как вы думаете, что появилось раньше, знаки препинания или пунктуационные правила?

2. Определите стиль текста, обоснуйте своё мнение.

3. Назовите предложение, в котором, на ваш взгляд, выражена основная мысль текста.

4. Определите тему текста.

5. В первом предложения текста найдите страдательное причастие.

6. Видите ли вы здесь бессоюзное сложное предложение?

Раздел 1. Литература. Особенности развития литературы 1950-1980-х годов

Задания для оценки У4, У5, У13, У16 ; З1, З6, З7, З9 ; ОК1, ОК2, ОК3, ОК4, ОК5, ОК6, ОК7, ОК8, ОК9 :

1) Самостоятельная работа №27 . «Общественно-культурная обстановка в стране во второй половине XX века»

Задание для самостоятельной работы:


  • «Развитие литературы 1950-1980х годов в контексте культуры»;

  • «Отражение конфликтов истории в судьбах литературных героев».
2) Самостоятельная работа №28 . «Основные направления и течения художественной прозы 1950-1980х годов»

Задание для самостоятельной работы:

Исследование и подготовка доклада (сообщения или реферата):


  • «Развитие автобиографической прозы в творчестве К. Паустовского, И. Эренбурга» (автор по выбору);

  • «Развитие жанра фантастики в произведениях А. Беляева, И. Ефремова, К. Булычева и др.» (автор по выбору);

  • «Городская проза: тематика, нравственная проблематика, художественные особенности произведений В. Аксенова, Д. Гранина, Ю. Трифонова, В. Дудинцева и др.» (автор по выбору преподавателя);

  • «Отсутствие деклараций, простота, ясность - художественные принципы В. Шаламова»;

  • «Жанровое своеобразие произведений В. Шукшина “Чудик”, “Выбираю деревню на жительство”, “Срезал”: рассказ или новелла?»;

  • « Художественное своеобразие прозы В. Шукшина (по рассказам “Чудик”», “Выбираю деревню на жительство”, “Срезал”)»;

  • «Философский смысл повести В. Распутина “Прощание с Матерой” в контексте традиций русской литературы».
3) Самостоятельная работа №29 . «Развитие традиций русской классики и поиски нового поэтического языка, формы, жанра в поэзии 1950-1980х годов»

Задания для самостоятельной работы:


  • «Авангардные поиски в поэзии второй половины ХХ века»;

  • «Поэзия Н. Заболоцкого, Н. Рубцова, Б. Окуджавы, А. Вознесенского в контексте русской литературы».
2. Наизусть. Два-три стихотворения (по выбору обучающихся).

4) Самостоятельная работа №30 . «Особенности драматургии 1950-1980х годов»

Задание для самостоятельной работы:

Исследование и подготовка доклада (сообщения или реферата):


  • О жизни и творчестве одного из драматургов 1950-1980х годов (автор по выбору);

  • «Решение нравственной проблематики в пьесах драматургов 1950-1980х годов» (автор по выбору).
5) Самостоятельная работа №31 . «А.Т. Твардовский (1910-1971)»

Задания для самостоятельной работы:

1. Исследование и подготовка доклада (сообщения или реферата):


  • «Тема поэта и поэзии в русской лирике XIX-XX веков»,

  • «Образы дороги и дома в лирике А. Твардовского».
2. Наизусть Два-три стихотворения (по выбору обучающихся).

6) Самостоятельная работа №32 . «А.И. Солженицын (1918-2008)»

Задание для самостоятельной работы:

Исследование и подготовка доклада (сообщения или реферата):


  • «Своеобразие языка Солженицына-публициста»;

  • «Изобразительно-выразительный язык кинематографа и литературы».
7) Самостоятельная работа №33

Задание для самостоятельной работы:

Исследование и подготовка доклада (сообщения или реферата):


  • «Духовная ценность писателей русского зарубежья старшего поколения (первая волна эмиграции)»;

  • «История: три волны русской эмиграции»
8) Самостоятельная работа №34 . «Русское литературное зарубежье 1920-1990х годов (три волны эмиграции)»

Задания для самостоятельной работы:

1. Исследование и подготовка доклада (сообщения или реферата):


  • «Особенности массовой литературы конца ХХ-ХХ I века»;

  • «Фантастика в современной литературе».
2. Наизусть. Два-три стихотворения (по выбору учащихся).

3.3 Контрольно-оценочные материалы для итоговой аттестации по учебной дисциплине
Предметом оценки являются умения и знания. Контроль и оценка осуществляется с использованием следующих форм и методов:


  • метод устного контроля (беседа);

  • тестирование;

  • наблюдение за деятельностью и поведением обучающегося в ходе освоения образовательной программы;

  • выполнение исследовательской творческой работы;

  • анализ полноты, качества, достоверности, логичности изложения найденной информации;

  • рефераты, сообщения, доклады.
Оценка освоения дисциплины предусматривает проведение экзамена.
I ЗАДАНИЯ ДЛЯ ЭКЗАМЕНУЮЩЕГОСЯ

Задания, ориентированные на проверку освоения знаний и умений, направленных на освоение дисциплины в целом

Структура билета:


  1. Вопрос (теоретический).

  2. Анализ текста.

  3. Сочинение-рассуждение/стихотворение наизусть и анализ данного стихотворения.

Инструкция для обучающихся:

Внимательно прочитайте задание.

Время на подготовку и выполнение задания 180 мин.

Билет 1

1. Расскажите о русском языке в современном мире

2. Анализ текста.

1.

2.

3. Определите тему текста.

5. Определите стиль текста.

7. Вставьте пропущенные буквы, раскройте скобки, расставьте знаки препинания. Проанализируйте орфографию и пунктуацию данного текста.

У нас в Р..сси.. так много чудес(?)ных названий рек озер сел и городов что можно при..ти в восх..щение. Одно из самых точных и п..этич..ских названий пр..надлежит крошечной речк.. Вертушинке вьощ..йся по дну лесистых оврагов в Московской области (не) вд..леке от города Рузы. Вертушинка все время вертит(?)ся как его шныря..т журчит бормоч..т звенит и пенится около каждого камня или упавшего ствола березы тихонько нап..вает разговаривает сама с собой пр..шепетывает и несет по хр..щ..ватому дну очень прозрачную воду... Названия это народное поэтическое оформление страны. Они говорят о характере народа, его истории, его склонностях и особе(н, нн)остях быта. Названия нужно уважать. Меняя их в случае крайней (не) обходимости следует делать это прежде всего грамотно, (со) знанием страны и с любовью к ней. В противном случае названия пр..вращаются в словесный мусор, ра(с, сс)адник дурного вкуса и обл..чают (не) вежество тех кто их придумывает. (К. Паустовский.)

1. Раскройте тему: «Язык и речь»

2. Текст для анализа.

1. Выразительно прочитайте текст

2. Докажите, что это текст. Укажите признаки текста (членимость, смысловая цельность, связность).

3. Определите тему текста.

4. Определите его основную мысль.

5. Определите стиль текста.

6. Определите тип речи текста.

8. Вставьте пропущенные буквы, раскройте скобки, расставьте знаки препинания. Проанализируйте орфографию и пунктуацию данного текста.

После 1917 г. литературный процесс развивайся по трем противоположным и часто почти не пересекающимся направлениям.

Первую ветвь русской литературы XX в. составила советская литература - та, что создавалась в нашей стране, публиковалась и находила выход к читателю. С одной стороны, она показала выдающиеся эстетические явления, принципиально новые художественные формы, с другой - данная ветвь отечественной литературы испытывала на себе самое мощное давление политического пресса. Новая власть стремилась утвердить единый взгляд на мир и па место человека в нем, что нарушало законы живой литературы, вот почему этап с 1917 г. по начало 1930-х гг. характеризуется борьбой двух противоположных тенденций. Во-первых, это тенденция многовариантного литературного развития, а отсюда - обилие в России в 1920-е гг. группировок, литературных объединений, салонов, групп, федераций как организационного выражения множественности различных эстетических ориентации. Во-вторых, стремление власти, выраженное в культурной политике партии привести литературу к идеологической монолитности и художественному единообразию. Все партийно-государственные решения, посвященные литературе: резолюция ЦК РКП(б) "О Пролеткультах", принятая в декабре 1920 г., постановления от 1925 г. "О политике партии в области художественной литературы" и от 1932 г. "О перестройке литературно-художественных организаций" - были направлены на выполнение именно этой задачи. Советская власть стремилась культивировать одну линию в литературе, представленную эстетикой социалистического реализма, как она была обозначена в 1934 г., и не допускать эстетических альтернатив.

Вторая ветвь литературы рассматриваемого периода - литература диаспоры, русского рассеяния. В начале 1920-х гг. Россия познала явление, невиданное в таких масштабах ранее и ставшее национальной трагедией. Это была эмиграция в другие страны миллионов русских людей, не желавших подчиниться большевистской диктатуре. Оказавшись на чужбине, они не только не поддались ассимиляции, не забыли язык и культуру, но создали - в изгнании, часто без средств к существованию, в чужой языковой и культурной среде - выдающиеся художественные явления.

Третью ветвь составила "потаенная" литература, созданная художниками, которые не имели возможности или принципиально не хотели публиковать свои произведения. В конце 1980-х гг., когда поток этой литературы хлынет на журнальные страницы, станет ясно, что каждое советское десятилетие богато рукописями, отложенными в стол, отвергнутыми издательствами. Так было с романами А. Платонова "Чевенгур" и "Котлован" в 1930-е гг., с поэмой А. Т. Твардовского "По праву памяти" в 1960-е, повестью "Собачье сердце" М. А. Булгакова в 1920-е. Бывало, что произведение заучивалось наизусть автором и его сподвижниками, как "Реквием" А. А. Ахматовой или поэма "Дороженька" А. И. Солженицына.

Формы литературной жизни в СССР

Полифония литературной жизни в 1920-е гг. на организационном уровне нашла выражение во множественности группировок. Среди них были группы, оставившие заметный след в истории литературы ("Серапионовы братья", "Перевал", ЛЕФ, РАПП), но были и однодневки, появившиеся, чтобы выкрикнуть свои манифесты и исчезнуть, например группа "ничевоков" ("Группа - три трупа" - иронизировал по этому поводу И. И. Маяковский). Это был период литературных споров и диспутов, вспыхивавших в литературно-артистических кафе Петрограда и Москвы в первые послереволюционные годы - время, которое сами современники в шутку назвали "кафейным периодом". В Политехническом музее устраивались публичные диспуты. Литература становилась своего рода реальностью, подлинной действительностью, а не бледным ее отражением, поэтому-то столь бескомпромиссно протекали споры о литературе: они были спорами о живой жизни, ее перспективах.

"Мы верим, - писал Лев Луни, теоретик группировки "Серапионовы братья", - что литературные химеры - особая реальность <...> Искусство реально, как сама жизнь. И. как сама жизнь, оно без цели и без смысла: существует, потому что не может не существовать".

"Серапионовы братья". Этот кружок сложился в феврале 1921 г. в Петроградском доме искусств. В него вошли Всеволод Иванов, Михаил Слонимский, Михаил Зощенко, Вениамин Каверин, Лев Лунц, Николай Никитин, Константин Федин, поэты Елизавета Полонская и Николай Тихонов, критик Илья Груздев. Близки к "серапионам" были Евгений Замятин и Виктор Шкловский. Собираясь в комнате М. Л. Слонимского каждую субботу, "серапионы" защищали традиционные представления об искусстве, о самоценности творчества, об общечеловеческой, а не узкоклассовой значимости литературы. Противоположные "серапионам" по эстетике и литературной тактике группировки настаивали на классовом подходе к литературе и искусству. Самой мощной литературной группировкой данного типа в 1920-е гг. была Российская ассоциация пролетарских писателей (РАПП).

Новый этап в развитии русской литературы XX в. ознаменовался окончанием мирового периода в жизни народов Европы: началась Вторая мировая война, длившаяся шесть лет. В 1945 г. она завершилась поражением гитлеровской Германии. Но мирный период продолжался недолго.

Уже в 1946 г. речь У. Черчилля в Фултоне обозначила напряженность в отношениях между бывшими союзниками. Результатом стала «холодная война», опустился «железный занавес». Все это не могло не оказать существенного влияния па развитие литературы.

В годы Великой Отечественной войны русская литература практически целиком посвятила себя благородному делу зашиты Оте­чества. Ее ведущей темой стала борьба с фашизмом, ведущим жанром - публицистика. Самое яркое поэтическое произведение тех лет - поэма А.Т. Твардовского «Василий Теркин».

Послевоенные постановления ЦК ВКП(б) (1946-1948) суще­ственно ограничивали возможности писателей. Положение существенно изменилось после 1953 г. с начатом периода, получившего название «оттепели». Значительно расширилась тематика художественных книг, открылись новые литературно-художественные журналы, обогатился жанровый репертуар литературы, были восстановлены лучшие традиции словесности предшествующего време­ни, в частности Серебряного века . 1960-е годы дали небывалый расцвет поэзии (А.Вознесенский, Е.Евтушенко, Б.Ахмадулина, Р.Рождественский и др.).

ЛИТЕРАТУРА ВОЕННОГО ВРЕМЕНИ

Еще до войны официальное искусство стало средством пропаганды. Песня «Широка страна моя родная» кого-то убеждала не меньше, чем черные «воронки» у подъездов и заколоченные двери арестованных по навету. Перед войной многие верили, что мы по­бедим «малой кровью, могучим ударом», как пелось в песне из снятого перед самой войной фильма «Если завтра война».

Хотя идеологические стереотипы и принципы тоталитарной пропаганды в годы войны остались без изменения и контроль над средствами информации, культурой и искусством не был ослаб­лен, людей, сплотившихся ради спасения Отечества, охватило, как писал Б.Пастернак, «вольное и радостное» «чувство общно­сти со всеми», что позволило ему назвать этот «трагический, тя­желый период» в истории страны «живым».

Писатели и поэты уходили в народное ополчение, в действую­щую армию. Десять писателей были удостоены звания Героя Со­ветского Союза. Многие работали во фронтовых газетах - А.Твар­довский, К.Симонов, Н.Тихонов. А.Сурков, Е.Петров, А.Гай­дар, В.Закруткин, М.Джалиль.

Произошли изменения, касающиеся жанрового состава худо­жественной литературы. С одной стороны, укрепились позиции пуб­лицистики и беллетристики, с другой - сама жизнь потребовала восстановления в правах лирики и сатиры. Одним из ведущих жанров стала лирическая песня. Всенарод­ными были «В прифронтовом лесу», «Огонек», «На солнечной по­ляночке». «Землянка». На фронте и в тылу возникли различные варианты «Катюши» и других популярных песен.



Не меньшим было влияние лирики. Поэты - от Д. Бедного до Б. Пастернака - откликнулись на военные события. А.Ахматова написала исполненные высокого достоинства и душевной боли за судьбу Родины стихотворения «Клятва» (1941), «Мужество» (1942), «Птицы смерти в зените стоят...» (1941). Всенародное признание получило стихотворение К.Симонова «Жди меня...» (1941).

Эпическая поэзия также не остановилась на достигнутом. К. Си­монов, А.Твардовский и другие поэты возродили жанр баллады, интересные поэмы и повести в стихах были созданы Н.Тихоно­вым («Киров с нами», 1941)т В. Инбер («Пулковский меридиан», 1941 - 1943), М.Алигер («Зоя», 1942), О.Берггольц («Ленинград­ская поэма», 1942). Высшим достижением в этом жанре стала во­истину народная поэма А.Твардовского «Василий Теркин» (1941 - 1945).

В прозе главенствовал очерковый жанр. Публицистике отдали дань М.Шолохов и Л.Леонов, И.Эренбург и А.Толстой, Б.Горба­тов и В. Василевская, многие другие прозаики. В страстных декла­рациях авторов говорилось об ужасах войны, вопиющей жестоко­сти противника, боевой доблести и патриотических чувствах со­отечественников.

Из числа наиболее интересных произведений, созданных в жанре рассказа, можно назвать вещи А. Платонова и К. Паустовского. Соз­давались также циклы рассказов - «Морская душа» (1942) Л.Со­болева, «Севастопольский камень» (1944) Л.Соловьева, «Расска­зы Ивана Сударева» (1942) А.Толстого.



С 1942 г. стали появляться героико-патриотические повести - «Радуга» (1942). В.Василевской, «Дни и ночи» (1943-1944) К.Си­монова, «Волоколамское шоссе» (1943- 1944) А. Бека, «Взятие Beликошумска» (1944) Л.Леонова, «Народ бессмертен» (1942) В. Гроссмана. Как правило, их главным героем был мужественный борец с фашизмом.

Голы войны были неблагоприятны для развития романного жанра. Всплеск национального самосознания побудил писателей ради утверждения мысли о непобедимости русского народа загля­нуть в прошлое в поисках исторических аналогам («Генералисси­мус Суворов» (1941 - 1947) Л. Раковского, «Порт-Артур» (1940- 1941) А.Степанова, «Батый» (1942) В.Яна и т.п.).

Наиболее популярными историческими личностями в произве­дениях разных родов и жанров литературы были Петр Первый и Иван Грозный. Если Петру Первому в это время было посвящено всего одно произведение, хотя и очень значительное - роман «Петр Первый», написанный А. Толстым, то Иван Грозный стал глав­ным героем романов В. Костылева и В.Сафонова, пьес А.Толсто­го, И.Сельвинского, В.Соловьева. Он оценивался прежде всего как созидатель Земли русской; ему прощалась жестокость, оправ­дывалась опричнина- Смысл такой аллюзии очевиден: прославле­ние вождя в эти годы не ослабевает, несмотря на тяжелые пораже­ния в начале войны.

Прямо назвать причину бед, повлиявших на ход войны, когда страна, ослабленная тиранией, истекала кровью, художники не могли. Одни творили легенду, другие описывали прошлые време­на, третьи апеллировали к разуму современников, пытаясь укре­пить их дух. Были и такие, у кого не хватало смелости и совести, которые делали карьеру, приспосабливались к требованиям си­стемы.

Сложившаяся в 1930-е годы нормативная эстетика социалисти­ческого реализма диктовала свои условия, не выполнять которые писатель, желавший быть опубликованным, не мог. Задача искус­ства и литературы виделась в иллюстрировании идеологических установок партии, доведении их до читателя в «охудожествленной» и предельно упрощенной форме. Всякий, кто не удовлетво­рял этим требованиям, подвергался проработкам, мог быть со­слан или уничтожен.

Уже на следующий после начала войны день у председателя Комитета по делам искусства М. Храпченко состоялось совещание драматургов и поэтов. Вскоре при комитете была создана специ­альная репертуарная комиссия, которой было поручено отобрать лучшие произведения на патриотические темы, составить и рас­пространить новый репертуар, следить за работой драматургов.

В августе 1942 г. в газете «Правда» были опубликованы пьесы А. Корнейчука «Фронт» и К. Симонова «Русские люди». В этом же году Л.Леонов написал пьесу «Нашествие». Особый успех имел «Фронт» А.Корнейчука. Получив личное одобрение Сталина, пьеса ставилась во всех фронтовых и тыловых театрах. В ней утверждалось, что на смену зазнавшимся команди­рам времен гражданской войны (командующий фронтом Горлов) должно прийти новое поколение военачальников (командующий армией Огнев).

Е. Шварц в 1943 г. написал пьесу «Дракон», которую известный театральный режиссер Н.Акимов поставил летом 1944 г. Спек­такль был запрещен, хотя официально признавался антифаши­стским. Пьеса увидела свет уже после смерти автора. В притче-сказ­ке Е. Шварц изобразил тоталитарное общество: в стране, где дол­гое время правил Дракон, люди так привыкли к насилию, что оно стало казаться нормой жизни. Поэтому, когда появился странствую­щий рыцарь Ланцелот, сразивший Дракона, народ оказался не готов к свободе.

Антифашистской назвал свою книгу «Перед восходом солнца» и М.Зощенко. Книга создавалась в дни войны с фашизмом, отри­цавшим образованность и интеллигентность, будившим в челове­ке звериные инстинкты. Е.Шварц писал о привычке к насилию, Зощенко - о покорности страху, на которой как раз и держалась государственная система. «Устрашенные трусливые люди погиба­ют скорей. Страх лишает их возможности руководить собой», - говорил Зощенко. Он показал, что со страхом можно успешно бо­роться. Во время травли 1946 г. ему припомнили эту повесть, напи­санную, по определению автора, «в защиту разума и его прав».

С 1943 г. возобновилось планомерное идеологическое давление на писателей, истинный смысл которого тщательно скрывался под маской борьбы с пессимизмом в искусстве. К сожалению, деятель­ное участие в этом принимали и они сами. Весной того года в Москве состоялось совещание литераторов. Его целью явилось под­ведение первых итогов двухлетней работы писателей в условиях войны и обсуждение главнейших задач литературы, путей ее раз­вития. Здесь впервые было подвергнуто резкой критике многое из созданного в военное время. Н.Асеев, имея и виду те главы из поэмы А.Твардовского «Василий Теркин», которые к тому време­ни были опубликованы, упрекал автора в том, что это произведе­ние не передает особенностей Великой Отечественной войны. В. Инбер в августе 1943 г. напечатала статью «Разговор о по­эзии», в которой критиковала О. Берггольц за то, что она и в 1943 г. продолжала писать о своих переживаниях зимы 1941 -1942 гг. Пи­сателям ставили в вину, что они не успевают за постоянно меня­ющейся военно-политической обстановкой. Художники требовали от художников же отказа от свободы выбора тем, образов, героев, ориентировали на сиюминутность. В переживаниях О.Берггольц В.Инбер увидела «душевное самоистязание», «жажду мучениче­ства», «пафос страдания». Писателей предупреждали, что из-под их пера могут выйти строки, не закаляющие сердца, а, наоборот, расслабляющие их. В конце января 1945 г. драматурги собрались на творческую кон­ференцию «Тема и образ в советской драматургии». Выступающих было много, но особо следует выделить речь Вс. Вишневского, всег­да учитывавшего «линию партии». Он говорил о том, что теперь нужно заставить редакторов и цензоров уважать литературу и ис­кусство, не толкать художника под руку, не опекать его.

Вишневский апеллировал к вождю: «Сталин отложит в сторону все военные папки, он придет и скажет нам целый ряд вещей, которые нам помогут. Так ведь было до войны. Он первый прихо­дил к нам на помощь, рядом были его соратники, был и Горький. И та растерянность, которая владеет некоторыми людьми неизве­стно почему, - она отпадет». И Сталин действительно «сказал целый ряд вещей». Но означали ли слова Вишневского изменение политики партии в области литературы? Дальнейшие события по­казали, что надежды на это были напрасны. Уже с мая 1945 г. нача­лась подготовка к разгромным постановлениям 1946 г.

В это же время к Сталину обращались в своих многочисленных стихотворных посланиях те поэты, которых лишили возможности быть услышанными. Речь идет о творчестве узников ГУЛАГа. Среди них были и уже признанные художники, и те, кто до ареста не помышлял о литературной деятельности. Их творчество еще ждет своих исследователей. Годы войны они провели за решеткой, но обиду держали не на Родину, а на тех, кто лишил их права защи­щать ее с оружием в руках. В. Боков объяснял репрессии трусостью и лживостью «Верховного»:

Товарищ Сталин!

Слышишь ли ты нас?

Заламывают руки.

Бьют на следствии.

О том, что невиновных

Топчут в грязи,

Докладывают вам

На съездах и на сессиях?

Ты прячешься,

Ты трусишь,

Ты нейдешь,

И без тебя бегут в Сибирь

Составы скорые.

Так значит, ты, Верховный,

Тоже ложь,

А ложь подсудна.

Ей судья - история!

В лагерях вынашивали сюжеты будущих книг А.Солженицын, В.Шаламов, Д.Андреев, Л.Разгон, О.Волков, писали стихи; огромная армия «врагов» внутренне противостояла в годы войны сразу двум силам - Гитлеру и Сталину. Надеялись ли они найти читате­ля? Конечно. Их лишили слова, как и Шварца, Зощенко, многих других. Но оно - это слово - было произнесено.

В годы войны не были созданы художественные произведения мирового значения, но будничный, каждодневный подвиг рус­ской литературы, ее колоссальный вклад в дело победы народа над смертельно опасным врагом не может быть ни переоценен, ни забыт.

ЛИТЕРАТУРА ПОСЛЕВОЕННОГО ВРЕМЕНИ

Война оказала большое влияние на духовный климат советско­го общества. Сформировалось поколение, ощутившее в связи с победой чувство собственного достоинства. Люди жили надеждой на то, что с окончанием войны все изменится к лучшему. Побы­вавшие в Европе воины-победители увидели совсем другую жизнь, сравнивали ее с собственной, довоенной. Все это пугало правя­щую партийную элиту. Ее существование было возможно только в атмосфере страха и подозрительности, при жестком контроле над умами, деятельностью творческой интеллигенции.

В последние годы войны были проведены репрессии против целых народов - чеченцев, ингушей, калмыков и ряда других, поголовно обвиненных в предательстве. Не домой, а в лагеря, в ссылку отправлялись бывшие военнопленные и граждане, угнан­ные на работу в Германию.

Вся идеологическая работа в послевоенные годы была подчи­нена интересам административно-командной системы. Вес сред­ства были направлены на пропаганду исключительных успехов советской экономики и культуры, будто бы достигнутых под муд­рым руководством «гениального вождя всех времен и пародов». Образ процветающей держаны, народ которой наслаждается благами со­циалистической демократии, получив отражение в, как тогда говорили, «лакировочных» книгах, картинах, фильмах, не имел ничего общего с реальностью. Правда о жизни народа, о войне с трудом пробивала себе дорогу.

Возобновилось наступление на личность, на интеллигентность, на формируемый ею тип сознания. В 1940- 1950-е годы творческая интеллигенция представляла собой повышенную опасность для партноменклатуры. С нее и началась новая волна репрессий уже послевоенного времени.

15 мая 1945 г. открылся Пленум Правления Союза писателей СССР. Н.Тихонов в докладе о литературе 1944- 1945 гг. заявил: «Я не призываю к лихой резвости над могилами друзей, но я про­тив облака печали, закрывающего нам путь». 26 мая в «Литературной газете» О.Берггольц ответила ему статьей «Путь к зрелости»: «Существует тенденция, представители которой всячески проте­стуют против изображения и запечатления тех великих испыта­ний, которые вынес наш народ в целом и каждый человек в от­дельности. Но зачем же обесценивать народный подвиг? И зачем же преуменьшать преступления врага, заставившего наш народ испытать столько страшного и тяжкого? Враг повержен, а не про­щен, поэтому ни одно из его преступлений, т.е. ни одно страдание наших людей не может быть забыто».

Через год даже такая «дискуссия» уже была невозможна. ЦК партии буквально торпедировал русское искусство четырьмя по­становлениями. 14 августа 1946 г. было обнародовано постановле­ние о журналах «Звезда» и «Ленинград», 26 августа - «О репер­туаре драматических театров и мерах по его улучшению», 4 сен­тября - о кинофильме « Большая жизнь ». В 1948 г. появилось по­становление «Об опере В. Мурадели "Великая дружба"». Как ви­дим, «охвачены» были основные виды искусства - литература, кино, театр, музыка.

В этих постановлениях содержались декларативные призывы к творческой интеллигенции создавать высокоидейные художествен­ные произведения, отражающие трудовые свершения советского народа. В то же время деятели искусства обвинялись в пропаганде буржуазной идеологии: постановление о литературе, например, содержало несправедливые и оскорбительные оценки творчества и личности Ахматовой, Зощенко и других писателей и означало усиление жесткой регламентации как основного метода руковод­ства художественным творчеством.

Поколения людей составляли свое мнение об Ахматовой и Зо­щенко, исходя из официальных оценок их творчества, постанов­ление о журналах «Звезда» и «Ленинград» изучалось в школах и было отменено только сорок лет спустя! Зощенко и Ахматова были исключены из Союза писателей. Их перестали печатать, лишив заработка. Они не были отправлены в ГУЛАГ, но жить в положении отверженных, в качестве «нагляд­ного пособия» для инакомыслящих, было невыносимо.

Почему же новая волна идеологических репрессий началась именно с этих художников слова? Ахматова, которая была отлуче­на от читателя на два десятилетия и объявлена живым анахрониз­мом, в годы войны обратила на себя внимание прекрасными пат­риотическими стихами. За ее сборником 1946 г. у книжных магази­нов с утра выстраивалась очередь, на поэтических вечерах в Мос­кве- ее приветствовали стоя. Большой популярностью пользовался Зощенко. Его рассказы звучали по радио и с эстрады. Несмотря на то что книга «Перед восходом солнца» была раскритикована, до 1946 г. он оставался одним из самых уважаемых и любимых писате­лей.

Продолжались репрессии. В 1949 г. был арестован один из круп­нейших русских религиозных философов первой половины XX в. Л.Карсавин. Страдая от туберкулеза в тюремной больнице, для выражения своих философских идей он обратился к стихотворной форме («Венок сонетов», «Терцины»). Умер Карсавин в заключе­нии в 1952 г.

Десять лет (1947-1957) находился во Владимирской тюрьме выдающийся русский мыслитель, философ, поэт Д. Андреев. Он ра­ботал над своим трудом «Роза Мира», писал стихи, свидетельствую­щие не только о мужестве в отстаивании своего призвания, но и о трезвом понимании того, что происходит в стране : Не заговорщик я, не бандит.

Я - вестник другого дня.

А тех, кто сегодняшнему кадит,

Достаточно без меня.

Трижды арестовывалась поэтесса А. Баркова. Ее стихи суровы, как и та жизнь, которую она вела столько лет: Клочья мяса, пропитанные грязью,

В гнусных ямах топтала нога.

Чем вы были? Красотой? Безобразием?

Сердцем друга? Сердцем врага?..

Что им помогало выдержать? Сила духа, уверенность в своей правоте и искусство. У А.Ахматовой хранилась тетрадка из берес­ты, где были процарапаны ее стихи. Их записала по памяти одна из сосланных «жен врагов народа». Стихи униженного великого поэта помогли ей выстоять, не сойти с ума.

Неблагоприятная ситуация сложилась не только в искусстве, но и в науке. Особенно пострадали генетика и молекулярная био­логия. На сессии ВАСХНИЛ в августе 1948 г. монопольное положе­ние в агробиологии заняла группа Т.Д.Лысенко. Хотя его реко­мендации были абсурдны, их поддержало руководство страны. Уче­ние Лысенко было признано единственно правильным, а генети­ка объявлена лженаукой. О том, в каких условиях приходилось ра­ботать противникам Лысенко, позже рассказал а романе «Белые одежды» В.Дудинцев.

Начато «холодной войны» отозвалось в литературе конъюнк­турными пьесами «Русский вопрос» (1946) К.Симонова, «Голос Америки» (1949) Б.Лавренева, «Миссурийский вальс» (1949) Н.Погодина. Было, например, раздуто «дело Клюевой - Роскина» - ученых, которые, издав на родине книгу «Биотерапия зло­качественных опухолей», передали рукопись американским кол­легам через секретаря Академии медицинских наук СССР В.Парина. Последний был осужден на 25 лет как шпион, а авторы вместе с министром здравоохранения преданы «суду чести» и объявлены «безродными космополитами».

Эта история моментально была использована в пьесах «Чужая тень» (1949) К.Симонова, « Великая сила » (1947) Б.Ромашова, «Закон чести» (1948) А. Штейна. По последнему произведению сроч­но был снят фильм «Суд чести». В финале общественный обвини­тель - военный хирург, академик Верейский, обращаясь к на­электризованному залу, обличал профессора Добротворского: «Именем Ломоносова, Сеченова и Менделеева, Пирогова и Пав­лова... именем Попова и Ладыгина... Именем солдата Советской Армии, освободившего поруганную и обесчещенную Европу! Име­нем сына профессора Добротворского, геройски погибшего за, от­чизну, - я обвиняю!» Демагогический стиль и пафос обвинителя живо напомнили выступления А.Вышинского на политических процессах 1930-х годов. Однако о пародировании не было и речи. Такой стиль был принят повсеместно. В 1988 г. Штейн по-другому оценивал свое сочинение: «...Мы все, и я в том числе, несем ответственность за то, что были... в плену слепой веры и доверия к высшему партийному руководству». Еще более резко обозначил причину появления подобных произведений в кино, литературе, живописи, скульптуре Е.Габрилович: «Я немало писал для кино. И все же, конечно, далеко не обо всем. Почему? Неужели (ведь именно так оправдываются сейчас) не видел того, что твори­лось? Все видел, вполне, вплотную. Но промолчал. Причина? Лад­но, скажу: не хватало духа. Мог жить и писать, но не было сил погибнуть». Участие в подобных акциях сулило немалые выгоды. Штейн за фильм «Суд чести» получил Сталинскую премию.

Официально одобренные повести, романы, пьесы, фильмы, спектакли, картины, как правило, разрушали престиж культуры в народном сознании. Этому же способствовали бесконечные проработочные кампании.

В послевоенные годы продолжалась начавшаяся еще до войны борьба с «формализмом». Она охватила литературу, музыку, изоб­разительное искусство. В 1948 г. состоялись Первый Всесоюзный съезд советских композиторов и трехдневное совещание деятелей музыкального искусства в ЦК партии. В результате советских ком­позиторов искусственно разделили на реалистов и формалистов. При этом в формализме и антинародностн обвинялись самые та­лантливые - Д.Шостакович, С.Прокофьев. Н.Мясковский, В.Шебалин, А.Хачатурян, произведения которых стали мировой классикой. Созданная в 1947 г. Академия художеств СССР уже с первых лет своего существования тоже включилась в борьбу с «формализмом».

В кино и театре подобная практика привела к резкому сокраще­нию числа новых фильмов и спектаклей. Если в 1945 г. было выпущено 45 полнометражных художественных фильмов, то в 1951-м - всего 9, причем часть из них - снятые на пленку спектакли. Теат­ры ставили в сезон не более двух-трех новых пьес. Установка на шедевры, выполненные по указаниям «сверху», вела к мелочной опеке над авторами. Каждый фильм или спектакль принимался и обсуждался по частям, художники вынуждены были постоянно до­делывать и переделывать свои произведения в соответствии с оче­редными указаниями чиновников.

В литературе наступило время А. Сурова, А.Софронова, В. Кочетова, М.Бубеннова, С.Бабаевского, Н.Грибачева, П.Павленко и других авторов, произведения которых сегодня мало кто вспо­минает. В 1940-е годы они находились в зените славы, награжда­лись всяческими премиями.

Другой акцией верхов была кампания по борьбе с космополи­тизмом. При этом в гонимые попадали не только евреи, но и армя­не (например, Г. Бояджиев), русские. Космополитом оказался рус­ский критик В. Сутырин, сказавший правду о бездарных конъюнк­турных произведениях А. Штейна, о картине «Падение Берлина», где Сталин возвеличивался за счет принижения военных заслуг маршала Жукова.

В Литературном институте разоблачали студентов, которые якобы следовали в своем творчестве учению наставников-космополитов. Появились статьи против воспитанников поэта П.Антокольско­го - М.Алигер, А. Межирова. С.Гудзенко.

В театрах шли примитивные, «прямолинейные» пьесы типа «Зе­леной улицы» А. Сурова и «Московского характера» А. Софронова. Были изгнаны из своих театров режиссеры А.Таиров и Н.Акимов. Этому предшествовала статья в «Правде» «Об одной антипатрио­тической группе театральных критиков ». В частности, она была направлена против критика И.Юзовского, известного своими ра­ботами о Горьком. Властям не нравилось, как он истолковывал образ Нила в «Мещанах», а главное - как непочтительно отозвал­ся о пьесах А. Сурова «Далеко от Сталинграда» и Б. Чирскова «По­бедители».

За упадочнические настроения критиковали знаменитое сти­хотворение М.Исаковского «Враги сожгли родную хату», ставшее народной песней. Написанная им в 1946 г. поэма «Сказка о правде» на долгие голы осталась «в столе».

Среди композиторов и музыковедов тоже выявляли космопо­литов.

Руководящая идея была сформулирована официозным крити­ком В. Ермиловым, утверждавшим, что прекрасное и реальное уже воссоединились в жизни советского человека . Со страниц книг, со сцены и экрана хлынули бесконечные варианты борьбы лучшего с хорошим. Литературные издания заполонил поток бесцветных по­средственных произведений. Социальные типы, модели поведения«положительных» и «отрицательных» героев, набор проблем, поломавших их, - все это кочевало из одного произведения в другое. Всячески поощрялся жанр советского «производственного» рома­на («Сталь и шлак» В.Попова).

Энтузиастами социалистического строительства изображены герои романа В.Ажаева «Далеко от Москвы» (1948). Речь в нем идет об ускоренном строительстве нефтепровода на Дальнем Во­стоке. Ажаев, сам узник ГУЛАГа, прекрасно знал, какими сред­ствами велись подобные работы, но налисал роман «как надо», и произведение получило Сталинскую премию. По свидетель­ству В.Каверина, в бригаде Ажаева был поэт Н.Заболоцкий, у которого остались иные впечатления от «ударных» зэковских строек:

Там в ответ не шепчется береза,

Корневищем вправленная в лед.

Там над нею в обруче мороза

Месяц окровавленный плывет.

Не отставала от прозы и драматургия, наводняя театральные подмостки пьесами типа «Калиновой рощи» А.Корнейчука, в ко­торой председатель колхоза спорит с колхозниками на важную тему: какого уровня жизни им добиваться - просто хорошего или «еще лучшего».

Надуманные сюжеты, откровенная конъюнктурность. Схема­тизм в трактовке образов, обязательное восхваление советского образа жизни и личности Сталина - таковы отличительные черты литературы, официально пропагандировавшейся административ­но-командной системой в период 1945- 1949 гг.

Ближе к 1950-м годам ситуация несколько переменилась: нача­ли критиковать бесконфликтность и лакировку действительности в искусстве. Теперь романы С. Бабаевского «Кавалер Золотой Звез­ды» и «Свет над землей», удостоенные всяческих наград, обвиня­лись в приукрашивании жизни. На ХТХ съезде партии (1952) сек­ретарь ЦК Г. Маленков заявил: «Нам нужны советские Гоголи и Щедрины, которые огнем сатиры выжигали бы из жизни все от­рицательное, прогнившее, омертвевшее, все то, что тормозит дви­жение вперед». Последовали новые постановления. В «Правде» по­явилась редакционная статья «Преодолеть отставание в драматур­гии» и приуроченное к столетней годовщине со дня смерти Н. Го­голя обращение к художникам с призывом развивать искусство сатиры.

В искренность этих призывов трудно было поверить - родилась эпиграмма:

Мы за смех, по нам нужны

Подобрее Щедрины

И такие Гоголи,

Чтобы нас не трогали.

Благородное искусство сатиры пытались использовать для по­исков и разоблачения очередных «врагов».

Разумеется, художественная жизнь страны в 1940- 1950-е годы не исчерпывалась лакировочными поделками. Судьба талантливых, правдивых произведений складывалась непросто.

Повесть В.Некрасова «В окопах Сталинграда», опубликованная в 1946 г., была удостоена Сталинской премии в 1947 г., но уже через год ее критиковали в печати за «недостаток идейности». Об истинной причине фактического запрещения книги очень точно сказал В.Быков: «Виктор Некрасов увидел на войне интеллигента и утвердил его правоту и его значение как носителя духовных цен­ностей».

В 1949-1952 гг. в центральных «толстых» журналах было опуб­ликовано всего одиннадцать произведений о войне. И вот в то вре­мя, когда большинство писателей, следивших за конъюнктурой, штамповали бесконечные «производственные» романы и повести, В.Гроссман принес в журнал роман «За правое дело» (первона­чальное название «Сталинград»). А.Фадеев передал писателю ука­зание «сверху» переделать произведение, якобы умаляющее подвиг сталинградцев и направляющую роль Ставки. Однако Гроссман сохранил свой замысел. Полностью воплотить его при сложившихся обстоятельствах он не мог, но продолжал работать. Так появилась дилогия «Жизнь и судьба» - эпическое произведение, которое в 1960-е годы было «арестовано и увидело» свет лишь в 1980-е.

Роман «За правое дело» обсуждался на многочисленных заседа­ниях редколлегий. Рецензенты, консультанты, редакторы настаи­вали на своих замечаниях, даже комиссия Генштаба визировала текст произведения. Пугала суровая правда, от которой Гроссман не хотел отказываться. Нападки продолжались и после публикации романа. Особенно опасными для дальнейшей творческой судьбы писателя были отрицательные отзывы в центральных партийных изданиях - газете «Правда» и журнале «Коммунист».

Административно-командная система сделана все возможное для того, чтобы направить развитие искусства и литературы в нужное ей русло. Только после смерти Сталина в марте 1953 г. литератур­ный процесс несколько оживился. В периоде 1952 по 1954 г. появи­лись роман Л.Леонова «Русский лес», очерки В.Овечкина, Г.Троепольского, начало «Деревенского дневника» Е.Дороша, повести В.Тендрякова. Именно очерковая литература позволила, наконец, авторам открыто высказать свою позицию. Соответственно в про­зе, поэзии, драматургии усилилось публицистическое начало.

Это пока были лишь ростки правды в искусстве. Только после XX съезда КПСС начался новый этап в жизни общества.

ЛИТЕРАТУРА В ГОДЫ «ОТТЕПЕЛИ»

Еще в 1948 г. в журнале «Новый мир» было опубликовано сти­хотворение Н.Заболоцкого «Оттепель», в котором описывалось обычное природное явление, однако и контексте тогдашних собы­тий общественной жизни оно воспринималось как метафора:

Оттепель после метели.

Только утихла пурга,

Разом сугробы осели

И потемнели снега...

Пусть молчаливой дремотой

Белые дышат поля,

Неизмеримой работой

Занята снова земля.

Скоро проснутся деревья.

Скоро, построившись в ряд,

Птиц перелетных кочевья

В трубы весны затрубят.

В 1954 г. появилась повесть И.Эренбурга «Оттепель», вызвавшая бурные дискуссии. Написана она была на злобу дня и теперь почти забыта, но название ее отразило суть перемен. «Многих название смущало, потому что в толковых словарях оно имеет два значения: оттепель среди зимы и оттепель как конец зимы, - я думал о последнем», - так объяснил свое понимание происходящего И. Эренбург.

Процессы, происходившие в духовной жизни общества, на­шли свое отражение в литературе и искусстве тех лет. Разверну­лась борьба против лакировки, парадного показа действитель­ности.

В журнале «Новый мир» были опубликованы первые очерки В.Овечкина «Районные будни», «В одном колхозе», «В том же райо­не» (1952-1956), посвященные селу и составившие книгу. Автор правдиво описал трудную жизнь колхоза, деятельность секретаря райкома, бездушного, спесивого чиновника Борзова, при этом в конкретных подробностях проступали черты социального обобще­ния. В те годы для этого требовалась беспримерная смелость. Книга Овечкина стала злободневным фактом не только литера­турной, но и общественной жизни. Ее обсуждали на колхозных собраниях и партийных конференциях.

Хотя на взгляд современного читателя очерки могут пока­заться схематичными и даже наивными, для своего времени они значили многое. Опубликованные в ведущем «толстом» журнале и частично перепечатанные в «Правде», они положили начало преодолению жестких канонов и штампов, утвердившихся в ли­тературе.

Время настоятельно требовало глубокого обновления. В двенад­цатом номере журнала «Новый мир» за 1953 г. была напечатана статья В.Померанцева «Об искренности в литературе». Он одним из первых заговорил о крупных просчетах современной литерату­ры - об идеализации жизни, надуманности сюжетов и характе­ров: «История искусства и азы психологии вопиют против делан­ных романов и пьес...»

Казалось бы, речь идет о вещах тривиальных, но в контексте 1953 г. эти слова звучали иначе. Удар наносился по самому «боль­ному» месту социалистического реализма - нормативности, пре­вратившейся в шаблонность. Критика была конкретна и направле­на на некоторые превозносившиеся в то время книги - романы С.Бабаевского, М.Бубеннова. Г.Николаевой и др. В.Померанцев выступил против рецидивов конъюнктурщины, перестраховки, глу­боко укоренившихся в сознании некоторых писателей. Однако ста­рое не сдавалось без боя.

Статья В.Померанцева вызвала широчайший резонанс. О ней писали в журнале «Знамя», в «Правде», в «Литературной газете» и других изданиях. Рецензии носили в большинстве своем разносный характер. Вместе с Померанцевым подвергались критике Ф.Абра­мов, М.Лифшиц, М. Щеглов.

Ф.Абрамов сопоставил романы Бабаевского, Медынского, Ни­колаевой. Лаптева и других сталинских лауреатов с реальной жиз­нью и пришел к такому выводу: «Может показаться, будто авторы соревнуются между собой, кто легче и бездоказательнее изобразит переход от неполного благополучия к полному процветанию».

М.Лифшиц высмеял «творческие десанты» писателей на ново­стройки и промышленные предприятия, в результате которых в печати появлялись лживые репортажи.

М. Щеглов положительно отозвался о романе Л.Леонова «Рус­ский лес», но усомнился в трактовке образа Грацианского, кото­рый в молодости был провокатором царской охранки. Щеглов пред­лагал истоки нынешних пороков искать отнюдь не в дореволюци­онной действительности.

На партийном собрании московских писателей статьи В. Поме­ранцева, Ф.Абрамова, М.Лифшица были объявлены атакой на основополагающие положения социалистического реализма. Был подвергнут критике редактор «Нового мира» А.Т.Твардовский, благодаря которому до читателя дошли многие значительные про­изведения.

В августе 1954 г. было принято решение ЦК КПСС «Об ошибках «Нового мира». Опубликовали его как решение секретариата Со­юза писателей. Статьи Померанцева, Абрамова. Лифшица, Щег­лова были признаны «очернительскими». Твардовского сняли с поста главного редактора. Набор его поэмы «Теркин на том свете», готовившийся для пятого номера, рассыпали, а ведь се ждали! Л. Ко­пелев свидетельствует: «Мы воспринимали эту поэму как расчет с прошлым, как радостный, оттепельный поток, смывающий прах и плесень сталинской мертвечины».

На пути новой литературы к читателю встала идеологическая цензура, всячески поддерживавшая административно-командную систему. 15 декабря 1954 г. открылся II Всесоюзный съезд советских писателей. С докладом «О состоянии и задачах советской литературы» выступил А. Сурков. Он подверг критике повесть И. Эренбурга «От­тепель», роман В.Пановой «Времена года» за то, что их авторы «встали на нетвердую почву абстрактного душеустроительства». За повышенный интерес к одним теневым сторонам жизни в адрес этих же авторов высказал упреки и К.Симонов, делавший содоклад «Проблемы развития прозы».

Выступавшие в прениях довольно четко разделились на тех, кто развивал мысли докладчиков, и тех, кто пытался отстоять право на новую литературу . И. Эренбург заявил, что «общество, которое развивается и крепнет, не может страшиться правды: она опасна только обреченным».

В. Каверин рисовал будущее советской литературы: «Я вижу литературу, в которой приклеивание ярлыков считается позором и преследуется в уголовном порядке, которая помнит и любит свое прошлое. Помнит, что сделал Юрий Тынянов для нашего истори­ческого романа и что сделал Михаил Булгаков для нашей драма­тургии. Я вижу литературу, которая не отстает от жизни, а ведет ее за собою». С критикой современного литературного процесса выс­тупили также М.Алигер, А.Яшин. О.Берггольц.

Съезд продемонстрировал, что шаги вперед были налицо, но инерция мышления оставалась еще очень сильной.

Центральным событием 1950-х годов стал XX съезд КПСС, на котором прозвучало выступление Н. С. Хрущева с докладом «О куль­те личности и его последствиях». «Доклад Хрущева подействовал сильнее и глубже, чем все, что было прежде. Он потрясал самые основы нашей жизни. Он заставил меня впервые усомниться в спра­ведливости нашего общественного строя. <...> Этот доклад читали на заводах, фабриках, в учреждениях, в институтах. <...>

Даже те, кто и раньше многое знал, даже те, кто никогда не верил тому, чему верила я, и они надеялись, что с XX съезда начинается обновление», - вспоминает известная правозащитница Р.Орлова.

События в обществе обнадеживали, окрыляли. В жизнь вступа­ло новое поколение интеллигенции, объединенное не столько возрастом, сколько общностью взглядов, так называемое поко­ление «шестидесятников», которое восприняло идеи демократизации и десталинизации общества и пронесло их через последую­щие десятилетия.

Пошатнулся сталинский миф о единой советской культуре , о едином и самом лучшем методе советского искусства - социали­стическом реализме. Оказалось, что не забыты ни традиции Се­ребряного века, ни импрессионистические и экспрессионистиче­ские поиски 1920-х годов. «Мовизм» В.Катаева, проза В.Аксенова, и т.п., условно-метафорический стиль поэзии А. Вознесенского, Р.Рождественского, возникновение «Лиано­зовской» школы живописи и поэзии, выставки художников-аван­гардистов, экспериментальные театральные постановки - это яв­ления одного порядка. Налицо было возрождение искусства, раз­вивающегося по имманентным законам, посягать на которые го­сударство не имеет права.

Искусство «оттепели» жило надеждой. В поэзию, театр, кино ворвались новые имена: Б.Слуцкий, А. Вознесенский, Е.Евтушен­ко, Б.Ахмадулина, Б.Окуджава. Н.Матвеева. Заговорили долго молчавшие Н.Асеев, М.Светлов, Н.Заболоцкий, Л.Мартынов...

Возникли новые театры: «Современник» (1957 г.; режиссер - О. Ефремов), Театр драмы и комедии на Таганке (1964 г.; режис­сер - Ю.Любимов), Театр МГУ... В Ленинграде с успехом шли спектакли Г.Товстоногова и Н.Акимова; на театральные подмост­ки возвратились «Клоп» и «Баня» В.Маяковского, «Мандат» Н.Эрдмана... Посетители музеев увидели картины К. Петрова-Водкина, Р.Фалька, раскрывались тайники спецхранов, запасники в музеях.

В кинематографии появился новый тип киногероя - рядового человека, близкого и понятного зрителям. Такой образ был вопло­щен Н.Рыбниковым в фильмах «Весна на Заречной улице», «Вы­сота» и А. Баталовым в фильмах «Большая семья», «Дело Румянце­ва», «Дорогой мой человек».

После XX съезда партии появилась возможность по-новому осмыслить события Великой Отечественной войны. До истинной правды, конечно же, было далеко, но на смену ходульным обра­зам приходили обыкновенные, рядовые люди, вынесшие на сво­их плечах всю тяжесть войны. Утверждалась правда, которую не­которые критики презрительно и несправедливо называли «окоп­ной». В эти годы были опубликованы книги Ю. Бондарева «Баталь­оны просят огни» (1957), «Тишина» (1962), «Последние залпы» (1959); Г.Бакланова «Южнее главного удара» (1958), «Пядь зем­ли» (1959); К.Симонова «Живые и мертвые» (1959), «Солдатами не рождаются» (1964); С.Смирнова «Брестская крепость» (1957 - 1964) и др. Военная тема по-новому прозвучала в первом же программ­ном спектакле «Современника» «Вечно живые» (1956) по пьесе В. Розова.

Лучшие советские фильмы о войне получили признание не толь­ко в нашей стране, но и за рубежом: «Летят журавли», «Баллада о солдате», «Судьба человека».

Особое звучание в период «оттепели» приобрела проблема мо­лодежи, ее идеалов и места в обществе. Кредо этого поколения выразил В.Аксенов в повести «Коллеги» (1960): «Мое поколение людей, идущих с открытыми глазами. Мы смотрим вперед и на­зад, и себе под ноги... Мы смотрим ясно на вещи и никому не позволим спекулировать тем, что для нас свято».

Возникали новые издания: журналы «Молодая гвардия» А.Ма­карова, «Москва» Н.Атарова, альманахи «Литературная Москва» и «Тарусские страницы» и др.

В «оттепельные» годы к читателю вернулись прекрасная проза и поэзия. Публикации стихов А. Ахматовой и Б. Пастернака вызвали интерес и к их раннему творчеству, вновь вспомнили об И. Ильфе и Е.Петрове, С.Есенине, М.Зощенко, были изданы еще недавно запрещенные книги Б.Ясенского, И.Бабеля... 26 декабря 1962 г. в Большом зале ЦДЛ прошел вечер памяти М. Цветаевой. Перед этим вышел небольшой ее сборничек. Современники воспринимали это как торжество свободы.

В начале сентября 1956 г. впервые во многих городах был прове­ден Всесоюзный день поэзии. Известные и начинающие поэты «вышли к народу»: стихи читались в книжных магазинах, клубах, школах, институтах, на открытых площадках. В этом не было ниче­го общего с пресловутыми «творческими командировками» от Союза писателей прежних лет.

Стихи ходили в списках, их переписывали, заучивали наизусть. Поэтические вечера в Политехническом музее, концертных залах и в Лужниках собирали огромные аудитории любителей поэзии.

Поэты падают,

дают финты

меж сплетен, патоки

но где 6 я ни был - в земле, на Ганге, -

ко мне прислушивается

магически

раковиною

Политехнического! -

так в стихотворении «Прощание с Политехническим» (1962) опре­делил А. Вознесенский взаимоотношения поэта и его аудитории.

Причин поэтического бума было немало. Это и традиционный интерес к поэзии Пушкина, Некрасова, Есенина, Маяковского, и память о стихах военных лет, которые помогали выстоять, и гонения на лирическую поэзию в послевоенные годы...

Когда начали печатать стихи, свободные от морализаторства, публика потянулась к ним, в библиотеках выстраивались очереди. Но особый интерес вызывали «эстрадники», стремившиеся осмыс­лить прошлое, разобраться в настоящем. Их задиристые стихи бу­доражили, заставляли включаться в диалог, напоминали о поэти­ческих традициях В. Маяковского.

Возрождению традиций «чистого искусства» XIX в., модерниз­ма начала XX в. способствовало издание и переиздание, хотя и в ограниченных объемах, произведений Ф.Тютчева, А.Фета, Я.Полонского. Л.Мея, С.Надсона, А.Блока, А.Белого, И.Буни­на, О.Мандельштама, С.Есенина.

Запретные ранее темы начали интенсивно осваиваться литера­туроведческой наукой. Труды о символизме, акмеизме, литератур­ном процессе начала XX в., о Блоке и Брюсове еще нередко стра­дали социологизаторским подходом, но все же вводили в научный оборот многочисленные архивные и историко-литературные ма­териалы. Пусть небольшими тиражами, но публиковались работы М. Бахтина, труды Ю.Лотмана, молодых ученых, в которых би­лась живая мысль, шли поиски истины.

Интересные процессы происходили в прозе. В 1955 г. в «Новом мире» был напечатан роман В. Дудинцева «Не хлебом единым». Энтузиасту-изобретателю Лопаткину всячески мешали бюрократы типа Дроздова. Роман заметили: о нем говорили и спорили не только писатели и критики. В коллизиях книги читатели узнавали самих себя, друзей и близких. В Союзе писателей дважды назначали и отменяли обсуждение романа на предмет издания его отдельной книгой. В конце концов большинство выступающих роман поддержали. К. Паустовский уви­дел заслугу автора в том, что он сумел описать опасный челове­ческий тип: «Если бы не было дроздовых, то живы были бы вели­кие, талантливые люди - Бабель, Пильняк, Артем Веселый... Их уничтожили Дроздовы во имя собственного благополучия... Народ, который осознал свое достоинство, сотрет дроздовых с лица земли. Это первый бой нашей литературы, и его надо довести до конца».

Как видим, каждая публикация подобного рода воспринималась как победа над старым, прорыв в новую действительность.

Самым значительным достижением «оттепельной» прозы стало появление в 1962 г. на страницах «Нового мира» повести А.Сол­женицына «Один день Ивана Денисовича». Она произвела на А.Твардовского, который вновь возглавил журнал, сильное впе­чатление. Решение публиковать пришло сразу же, но потребовался весь дипломатический талант Твардовского, чтобы осуществить за­думанное. Он собрал восторженные отзывы самых именитых писателей - С.Маршака, К.Федина, И.Эренбурга, К.Чуковского, на­звавшего произведение «литературным чудом», написал введение и через помощника Хрущева передал текст Генеральному секрета­рю, который склонил Политбюро разрешить публикацию повести.

По свидетельству Р.Орловой, публикация «Одного дня Ивана Денисовича» вызвала необычайное потрясение. Хвалебные рецен­зии напечатали не только К.Симонов в «Известиях» и Г.Бакла­нов в «Литгазете», но и В.Ермилов в «Правде», А.Дымшиц в «Литературе и жизни». Недавние твердокаменные сталинцы, бди­тельные «проработчики» хвалили ссыльного, узника сталинских лагерей.

Сам факт выхода в свет повести Солженицына вселял надежду, что появилась возможность говорить правду. В январе 1963 г. «Но­вый мир» напечатал его рассказы «Матренин двор» и «Случай на станции Кречетовка». Союз писателей выдвинул Солженицына на Ленинскую премию.

Эренбург публиковал «Люди, годы, жизнь». Мемуарное произ­ведение казалось современнее злободневных романов. Спустя де­сятилетия писатель осмысливал жизнь страны, выходящей из не­моты сталинской тирании. Эренбург предъявлял счет и самому себе, и государству, нанесшему тяжкий урон отечественной культуре. В этом острейшая общественная актуальность этих мемуаров, ко­торые вышли все же с купюрами, восстановленными только в конце 1980-х годов.

В эти же годы А. Ахматова решилась впервые записать «Рекви­ем», который долгие годы существовал лишь в памяти автора и близких ему людей. Л. Чуковская готовила к печати «Софью Пет­ровну» - повесть о годах террора, написанную в 1939 г. Литератур­ная общественность делала попытки отстоять в печати прозу В. Шаламова, «Крутой маршрут» Е.Гинзбург, добивалась реабилитации О.Мандельштама, И.Бабеля, П.Васильева, И.Катаева и других репрессированных писателей и поэтов.

Новой культуре, только начинавшей формироваться, противо­стояли мощные силы в лице причастных к управлению искусством «идеологов» из ЦК и протежируемых ими критиков, писателей, художников. Противостояние этих сил прошло через все годы «от­тепели», делая каждую журнальную публикацию, каждый эпизод литературной жизни актом идеологической драмы с непредсказу­емым финалом.

Идеологические стереотипы прошлого продолжали сдерживать развитие литератур но-критической мысли. В передовой статье жур­нала ЦК КПСС «Коммунист» (1957 г., № 3) официально подтвер­ждалась незыблемость принципов, провозглашенных в постанов­лениях 1946- 1948 гг. по вопросам литературы и искусства (поста­новления о М.Зощенко и А.Ахматовой были дезавуированы толь­ко в конце 1980-х годов).

Трагическим событием в литературной жизни страны стала травля Б.Пастернака в связи с присуждением ему Нобелевской премии.

В романе «Доктор Живаго» (1955) Пастернак утверждал, что свобода человеческой личности, любовь и милосердие выше рево­люции, человеческая судьба - судьба отдельной личности - выше идеи всеобщего коммунистического блага. Он оценивал события революции вечными мерками общечеловеческой нравственности в то время, когда наша литература все больше замыкалась в нацио­нальных рамках.

31 октября 1958 г. в Доме кино состоялось общее собрание мос­ковских писателей. Критиковали роман, который почти никто не читал, всячески унижали автора. Сохранилась стенограмма собра­ния (она опубликована в книге В. Каверина «Эпилог»). Пастернака вынудили отказаться от Нобелевской премии. Вы­сылке автора за границу помешал звонок Хрущеву Джавахарлала Неру, который предупредил, что в этом случае дело получит меж­дународную огласку.

В 1959 г. Пастернак написал о пережитом им горькое и провид­ческое стихотворение «Нобелевская премия»:

Я пропал, как зверь в загоне.

Где-то люди, воля, свет,

А за мною шум погони,

Мне наружу ходу нет.

Что же сделал я за пакость,

Я, убийца и злодей?

Я весь мир заставил плакать

Над красой земли моей.

Но и так, почти у гроба,

Верю я, придет пора, -

Силу подлости и злобы

Одолеет дух добра.

Резким нападкам был подвергнут роман В. Дудинцева «Не хле­бом единым». Автора обвиняли в том, что его произведение «сеет уныние, порождает анархическое отношение к государственному аппарату».

Нормативная эстетика социалистического реализма была серь­езным препятствием на пути к зрителю и читателю многих талант­ливых произведений, в которых нарушались принятые каноны изоб­ражения исторических событии или затрагивались запретные темы, велись поиски в области формы. Административно-командная си­стема жестко регламентировала уровень критики существующего строя.

В Театре сатиры поставили комедию Н.Хикмета «А был ли Иван Иванович?» - о простом рабочем парне, который становится карьеристом, бездушным чиновником. После третьего показа спектакль был запрещен.

Закрыли альманах «Литературная Москва». Редакция его была общественная, на добровольных началах. Имена ее членов гаран­тировали высокий художественный уровень публикуемых произ­ведений, обеспечивали полную меру гражданской ответственно­сти (достаточно назвать К. Паустовского, В.Каверина, М.Алигер, А. Бека, Э. Казакевича).

Первый выпуск вышел в декабре 1955 г. Среди его авторов были К.Федин, С.Маршак, Н.Заболоцкий, А.Твардовский, К.Симо­нов, Б.Пастернак, А.Ахматова, М.Пришвин и другие.

По свидетельству В.Каверина, над вторым сборником работа­ли одновременно с первым. В частности, в нем напечатали боль­шую подборку стихов М.Цветаевой и статью о ней И.Эренбурга, стихи Н.Заболоцкого, рассказы Ю.Нагибина, А.Яшина, интерес­ные статьи М. Щеглова «Реализм современной драмы» и А. Крона «Заметки писателя».

Первый выпуск альманаха продавался с книжных прилавков в кулуарах XX съезда. Дошел до читателя и второй выпуск.

Для третьего выпуска «Литературной Москвы» предоставили свои рукописи К.Паустовский, В.Тендряков, К.Чуковский, А.Твардов­ский, К. Симонов, М. Щеглов и другие писатели и критики. Одна­ко этот том альманаха был запрещен цензурой, хотя в нем, как и в первых двух, не было ничего антисоветского. Принято считать, что поводом к запрещению были опубликованные во втором вы­пуске рассказ А.Яшина «Рычаги» и статья А.Крона «Заметки писателя». В. Каверин называет еще одну причину: М. Щеглов за­тронул в своей статье амбиции одного из влиятельных тогда дра­матургов.

В рассказе А. Яшина четверо крестьян в ожидании начала парт­собрания откровенно разговаривают о том, как трудно живется, о районном начальстве, для которого они только партийные «рыча­ги в деревне», участники кампаний «по разным заготовкам да сбо­рам - пятидневки, декадники, месячники». Когда пришла учи­тельница - секретарь парторганизации, их словно подменили: «все земное, естественное исчезло, действие перенеслось в другой мир». Страх - вот то страшное наследие тоталитаризма, которое про­должает владеть людьми, превращая их в «рычаги» и «винтики». Таков смысл рассказа.

А. Крон выступил против идеологической цензуры: «Там, где истиной бесконтрольно владеет один человек, художникам отво­дится скромная роль иллюстраторов и одописцев. Нельзя смотреть вперед, склонив голову».

Запрещение «Литературной Москвы» не сопровождалось все­народным судилищем, как это было сделано с Пастернаком, но было созвано общее собрание коммунистов столицы, на котором у общественного редактора альманаха Э. Казакевича требовали по­каяния. Оказывалось давление и на других членов редколлегии.

Через пять лет ситуация повторилась с другим сборником, так­же составленным по инициативе группы писателей (К.Паустов­ского, Н. Панченко, Н. Оттена и А. Штейнберга). «Тарусские стра­ницы», изданные в Калуге в 1961 г., в частности включали прозу М.Цветаевой («Детство в Тарусе») и первую повесть Б.Окуджавы «Будь здоров, школяр!». Цензоры распорядились второе издание сборника, хотя в «Тарусских страницах» уже не было резкостей и свободомыслия А.Крона и М.Щеглова из «Литературной Моск­вы». Властей насторожил сам факт инициативы писателей «сни­зу», их самостоятельность, нежелание быть «рычагами» в полити­ке партийных чиновников. Административно-командная система лишний раз пыталась продемонстрировать свое могущество, пре­подать урок непокорным.

Но группа московских писателей продолжала активную деятель­ность. Они настаивали на публикации романа А. Бека «Онисимов» (под названием «Новое назначение» роман был опубликован но вто­рой половине 1980-х годов), добивались публикации без купюр ме­муаров Е.Драбкиной о последних месяцах жизни Ленина (это стало возможным только в 1987 г.), встали на защиту романа В. Дудинцева «Не хлебом единым», провели в ЦДЛ вечер памяти А. Платонова. За доклад на этом вечере Ю. Карякин был исключен из партии. Вос­становили его в парткомиссии ЦК только после письма в его защи­ту, подписанного десятками писателей-коммунистов Москвы. От­стаивали они и В.Гроссмана в ноябре 1962 г., когда заведующий отделом культуры ЦК Д. Поликарпов обрушился на него с неспра­ведливой критикой. Роман Гроссмана «Жизнь и судьба» был уже к тому времени арестован, «главный идеолог страны» Суслов заявил о том, что это произведение будет напечатано не раньше, чем через двести лет. Писатели требовали ознакомить их с текстом арестован­ного романа, защищали честное имя автора.

И все же произведения обруганных авторов продолжали печа­тать. Твардовский в «Новом мире» опубликовал очерки Е. Дороша, повесть С.Залыгина «На Иртыше», где впервые в нашей литерату­ре была легально сказана правда о раскулачивании, появились первые произведения В.Войновича, Б. Можаева, В.Семина и дру­гих интересных писателей.

30 ноября 1962 г. Хрущев посетил выставку художников-аван­гардистов в Манеже, а потом на встрече руководителей партии и правительства с творческой интеллигенцией зло говорил об ис­кусстве, «непонятном и ненужном народу». На следующей встрече удар пришелся по литературе и литераторам. Обе встречи готови­лись по одному сценарию.

Однако писателей, почувствовавших, как нужно их слово на­роду, трудно было заставить замолчать. В 1963 г. Ф. Абрамов в очерке «Вокруг да около» писал об изнанке половинчатых и сумасброд­ных преобразований в деревне, долго страдавшей от «беспаспорт­ного» рабства. В результате Абрамов, как и опубликовавший за два месяца до него очерк «Вологодская свадьба» А.Яшин, вызвали на себя шквал разгромных рецензий, многие из которых были напе­чатаны в оппозиционном «Новому миру» и другим прогрессив­ным изданиям журнале «Октябрь» (редактор В. Кочетов). Именно с этим печатным органом были связаны тенденции сохранения идеологических установок недавнего прошлого и продолжения административного вмешательства в культуру, что прослеживалось прежде всего в подборе авторов, в «идейно-художественной» (ха­рактерный термин того времени) направленности публикуемых произведений.

С середины 1960-х годов стало очевидно, что «оттепель» не­отвратимо сменяется «заморозками». Усилился административный контроль за культурной жизнью. Деятельность «Нового мира» встре­чала все больше препятствий. Журнал стали обвинять в очерни­тельстве советской истории и действительности, усилился бюро­кратический нажим на редакцию. Каждый номер журнала задер­живался и приходил к читателю с опозданием. Однако смелость и последовательность в отстаивании идей «оттепели», высокий ху­дожественный уровень публикаций создали большой обществен­ный авторитет «Новому миру» и его главному редактору А. Твар­довскому. Это свидетельствовало о том, что высокие идеалы рус­ской литературы продолжали жить, несмотря на сопротивление административно-командной системы.

Понимая, что произведения, затрагивающие основы существу­ющего строя, не будут опубликованы, писатели продолжали рабо­тать «в стол». Именно в эти годы создал многие произведения В.Тендряков. Только сегодня можно по достоинству оценить его рассказы о трагедии коллективизации («Пара гнедых», 1969- 1971, «Хлеб для собаки», 1969-1970), о трагической судьбе русских воинов («Донна Анна», 1975-1976 и др.).

В публицистической повести «Все течет...» (1955) Гроссман ис­следовал особенности структурной и духовной природы сталиниз­ма, оценив его в исторической перспективе как вид национал-коммунизма.

В редакции «Нового мира» уже лежала в это время рукопись книги А. Солженицына «В круге первом», где не только репрессив­ная система, но и все общество, возглавлявшееся Сталиным, со­поставлялось с кругами Дантова ада. Шла работа над художественно-документальным исследованием «Архипелаг ГУЛАГ» (1958 - 1968 гг.). События в нем прослеживаются начиная с карательной политики и массовых репрессий 1918 г.

Все эти и многие другие произведения так и не дошли до своего читателя в 1960-е годы, когда они так нужны были современникам.

1965 год - начало постепенного отвоевывания неосталинизмом одной позиции за другой. Из газет исчезают статьи о культе лично­сти Станина, появляются статьи о волюнтаризме Хрущева. Редак­тируются мемуары. В третий раз переписываются учебники исто­рии. Из издательских планов спешно вычеркиваются книги о ста­линской коллективизации, о тяжелейших ошибках периода войны. Задерживается реабилитация многих ученых, писателей, полко­водцев. В эту пору так и не были изданы прекрасные образцы «за­держанной» литературы 1920- 1930-х годов. Русское зарубежье, куда в скором времени суждено будет отправиться многим из поколе­ния «шестидесятников», по-прежнему оставалось вне круга чте­ния советского человека.

«Оттепель» заканчивалась грохотом танков на улицах Праги, многочисленными судебными процессами над инакомыслящи­ми - И. Бродским, А.Синявским и Ю.Даниэлем, А. Гинзбургом, Е. Галансковым и другими.

Литературный процесс периода «оттепели» был лишен есте­ственного развития. Государство строго регламентировало не толь­ко проблемы, которых можно было касаться художникам, но и формы их воплощения. В СССР запрещали произведения, пред­ставлявшие «идеологическую угрозу». Под запретом были книги С.Беккета, В.Набокова и др. Советские читатели оказались отре­занными не только от современной им литературы, но и от мировой литературы вообще, так как даже то, что переводилось, часто имело купюры, а критические статьи фальсифицировали истинный ход развития мирового литературного процесса. В результате усиливалась национальная замкнутость русской литературы, что тормозило творческий процесс в стране, уводило культуру с магистральных путей развития мирового искусства.

И все же «оттепель» многим открыла глаза, заставила задумать­ся. Это был лишь «глоток свободы», но он помог нашей литературе сохранить себя в следующие двадцать долгих лет стагнации. Период «оттепели» явно носил просветительский характер, был ориентирован на возрождение гуманистических тенденций в ис­кусстве, и в этом его основное значение и заслуга.

Литература

Вайль П., Генис А. 60-е. Мир советского человека. - М., 1996.

просмотров
просмотров