Даосская религия смысл коротко. Философия даосизма

Поднебесной . Религиозно-философское учение Даосизма сформировалось в Китае более 2000 лет назад. Основателем Даосизма считается китайский философ Лао-цзы, который в 6 в. до н.э. написал книгу “Дао Дэ Цзин” (Daodejing), изложив в ней основные принципы Дао.

Позже его развитие продолжил мыслитель Чжуан-цзы (369-286 гг. до н.э.), именно он в 4 в. до н.э. рассказал о своем трансформационном опыте во сне, где ему приснилось, что он прекрасная бабочка, но после пробуждения задался вопросом: Кто я? Бабочка, которой снится, что она Чжуан-цзы или Чжуан-цзы, которому снилась бабочка?

Даосизм – это учение о дао или «пути вещей», китайское традиционное учение, включающее элементы религии и философии.

Дао – это абсолютная истина или путь. Оно является основой всего живого, оно управляет природой, и это способ жизни. Даосы не верят в крайности, свое внимание они акцентируют на взаимосвязи всех вещей. Не существует добра или зла, отрицательного или положительного.

Эту точку зрения иллюстрирует символ Инь-Ян. Черные – Инь, белое – Ян. Инь связано со слабостью и пассивностью, Ян с силой и активностью. Однако и в Инь существует Ян и наоборот. Вся природа является балансирует между двуми энергиями.

Дао (Путь) присуща Благая Сила Дэ (“добродетель”). Дэ – одно из основных понятий Даосизма , проявление Дао во всем. Дэ определяется как наличие добродетели Пути-Дао. Дэ также иногда отождествляли с кармой.

Высшим достижением даоссов считается достижение бессмертия через дыхание, медитацию, помощь другим и использование эликсиров. Даосизм воспринимает человека как микрокосм, который является вечной субстанцией.

Смерть физического тела растворяет дух в мировой «пневме» . Достигнуть бессмертия можно путем слияния с Дао, как с источником всего живого. Даосизм видит человека как самодостаточную энергетическую систему и желает «замкнуть» внутренний энергетический обмен человека.

Даосизм в Китае оказывал влияние на культуру больше 2000 лет. Его практика стала причиной зарождения таких боевых искусств, как Тай-Чи и Цигун. Даосская философия и религия нашли свое отражение во всех азиатских культурах, особенно во Вьетнаме, Японии и Кореи.

Даосизм оказал значительное влияние на искусство, литературу и многие другие сферы культурного и научного развития Китая. До сих пор он пронизывает все области жизни китайского народа. Некогда мистическое и недоступное учение встало на уровень бытового сознания.

К примеру, китайская медицина – дыхательная гимнастика, иглоукалывание и прочие направления народной медицины – появились благодаря принципам и практикам Даосизма . В Китае по прежнему остается множество последователей Дао, также и во Вьетнаме, на Тайване, но установит точное число невозможно, т.к. китаец, участвующий в даосских обрядах может являться верным буддистом.

Однако, по очень приблизительным данным, в конце 20 в. наиболее ревностных приверженцев учения было около 20 млн. человек. Есть такое выражение: «въехал в Китай на Даосизме», потому что именно даосизм подготовил мировоззрение человека того времени к восприятию основных буддийских принципов и концепций.

Однако, в отличие от буддизма, даосы не верят, что жизнь есть страдание. Даосизм считает, что жизнь – это счастье и необходимо радостно и покорно воспринимать каждое ее мгновение , но жить в соответствии с Высшей Добродетелью.

Цивилизация Древнего Китая давно канула в лета, но мудрость китайского народа, впитавшая в себя многовековой опыт духовных исканий не исчезла и не сможет исчезнуть, не оставив следа. Даосизм – одна из самых важных составляющих философии Китая, своей актуальности он не потерял и в наши дни.

Древние Заветы даосов взывают к каждому желающему познать истину происходящего,к тем, чьи сердца устали от условностей цивилизации.

Даосизм – религия искателей великого и вечного , тех кто находит в себе мужество расстаться с желанием мелочных приобретений, дабы вместить в себя целый мир.

Просмотры: 119

МИНИСТЕРСТВО ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИИ

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ КАЗЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ «ВОСТОЧНО-СИБИРСКИЙ ИНСТИТУТ

МИНИСТЕРСТВА ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»

по философии

на тему «Философия даосизма»

Выполнил: курсант I курса ФПД

рядовой полиции

Просвирнин А.О.

Проверил:

г. Иркутск

Введение

Что такое даосизм?

Философы даосизма

Основные понятия даосизма

Заключение

Библиографический список

Введение

Рассвет философии в Китае начинается в VI в до н.э. этот период называют "периодом ста школ" Все эти школы можно сгруппировать в 6 основных направлений. Среди этих 6-ти выделяют конфуцианство и даосизм.

Конфуцианство получило свое название от первого в Китае философа - Конфуция (Кун-фу-цзы), который создал теорию управления государством на основе соблюдения правил поведения и добродетели. Под добродетелью он понимал чувство долга, ответственности, сдержанности, нравственного воспитания , а под правилами поведения - этические нормы. Управление на основе добродетели - то же самое, что управление на основе человеколюбия. Человеколюбие по Конфуцию предполагает выработку следующих 5-ти качеств:

Почтительность,

Великодушие,

Правдивость,

Сметливость,

Конфуций различает и разводит понятия выгода и долг. У него присутствует особое понимание народа как объективной природной стихии, и если она выйдет из стабильного состояния, то укротить ее будет невозможно. Народ надо сделать богатым, сытым, а потом перевоспитывать его. Народ следует оценивать выше, чем управляющих. Можно сместить командующего тремя армиями, если этого хочет народ. Таким образом, Конфуций предлагает путь золотой середины для того, чтобы смягчить противоречия и предотвратить обострения.

Вся его философия была изложена его учениками (он содержал частную школу и там преподавал) в работе "Беседы и суждения". Таким образом, одна из основных идей Конфуция, которую он дал миру, была идея равновесия. Его философия является этической.

Иной подход к развитию государства развивали даосы. Родоначальником даосизма является Лао-Цзы, а свои идеи он изложил в работе "Лао-дэ-цзин". Лао-Цзы считал, что нужно управлять не при помощи этики и не при помощи законов. Он говорил, что этический принцип подрывает доверие народа и ведет его к смутам. Конфуций же считал, что общество должно быть устроено, как семья, когда младшие подчиняются старшим, а дети - родителям. Но в этом случае, по Лао-Цзы, неравноценным будет наказание. Второй принцип (отсутствие законов) увеличивает число воров и разбойников. Он говорил, что причины трудности управления заключаются в знаниях и желаниях. Управление должно быть построено по принципу недеяния. Этот принцип логически вытекает из его представлений о мире в целом из его понимания общества и человека.

Принцип недеяния заключается во вневмешательстве в существование закономерности развития и функционирования любого объекта и существа, т.к. у каждой вещи есть свой путь. Человек вне зависимости от своего статуса не может вмешиваться в объективный ход вещей, и если он хочет что-то изменить или повлиять на общество, то он должен это сделать в себе.

Даосская философия - диалектическая философия. Во-первых, признается наличие противоположности в вещах, а во-вторых, признается взаимопревращение противоположностей. Лао-Цзы боялся и особо предостерегал взаимопревращение противоположностей. И он также выступал за поддержание равновесия, против усилия, т.е. за деятельность, не нарушающую гармонию мира, его единства и всеобщего согласия между обществом, природой людьми и за сохранения душевного спокойствия человека.

. Что такое даосизм?

Этот вопрос с давних пор привлекает внимание исследователей Китая, однако дать на него краткий и ясный ответ очень сложно, так как даосизм - понятие весьма многомерное и многозначное.

В одних источниках даосизм называют философией, в других - религией, в третьих - философией, постепенно трансформировавшейся в религию, в четвертых говорится, что даосизм - это не философия, не религия, а искусство.

Даосизм - это китайское философско-религиозное течение, являющееся одним из главных «трех учений». Оно представляет собой альтернативу конфуцианству, с точки зрения философии, и буддизму, с точки зрения религии.

Впервые упоминание о даосизме, как целостном идейном формировании, появилось во II в. до н.э. Оно получило название «школа Пути и благодати» и состояло из основополагающих теорий трактата «Канон Пути и благодати». Впоследствии наименование учения «школа Пути и благодати» сократилось до «школы Пути» (дао цзя), которое сохранилось вплоть до наших дней.

В основу даосизма легли мистические и шаманские культы царства Чу Южного Китая, учение о бессмертии и магические практики царства Ци, философская традиция Северного Китая. Основателями даосизма считаются Желтый император Хуанди и мудрец Лао-цзы. Основными трактатами являются «Дао Дэ Дзин» и «Чжуан-цзы».

Термин «дао» (путь), который лег в основу этого философско-религиозного течения, оказывается намного шире всей специфики даосизма. Его можно вполне сравнить с конфуцианским термином «жу». Многие путают даосизм с неоконфуцианством, что вполне объясняется наличием в данных философских учениях одних и тех же корней. Дело в том, что раннее конфуцианство вполне могло называться не иначе, как «учение дао» (дао шу, дао цзяо, дао сюэ). С другой стороны, приверженцы даосизма могли включаться в категорию жу. Эти взаимодействия двух течений послужили поводом к тому, что термин «адепт дао» применим и к даосам, и к конфуцианцам, и даже к буддистам.

Но даосский мистико-индивидуалистический натурализм имеет коренное отличие от этического социоцентризма других ведущих мировоззренческих систем древнего Китая. Период расцвета и формирования «ста школ» явился отправной точкой для исследований многих ученых. Он заставил их даже думать о периферийном происхождении даосизма (некоторые утверждали, что даосизм родом из Индии). Не обошлось здесь и без Брахмана и Логоса, которые якобы послужили своеобразным прообразом Дао. Такому взгляду противоречит точка зрения, которая говорит о даосизме, как ярком выражении самого китайского духа. Именно ее и придерживаются многие российские ученые во главе с ведущим исследователем даосизма Е.А. Торчиновым. Они склоняются к мнению, что даосизм - это наиболее развитая форма национальной религии.

Тема превращения, творческих метаморфоз бытия - центральная тема даосской мысли. Для даосов ни формы, ни бесформенное не являются реальными. Или, как говорится в даосских книгах, пустота не может одолеть десять тысяч вещей . Подлинная реальность для даосов - это само превращение. Даосы мыслят в категориях не сущностей или идей, а отношений, функций, влияний. Для них в мире ничего нет , но сами связи между вещами, несомненно, реальны. Истины, может быть, вовсе нет. Но метафора истины, бесчисленные отблески реальности точно существуют.

Итак, даосская картина мира - это бесконечно сложный, подлинно хаотический узор явлений, где нет одного привилегированного образа, одной единственно верной идеи. Как писал Чжуан-цзы: Вся тьма вещей - словно раскинутая сеть, и нигде не найти начала.

Подобно тому, как сам Китай (тогда царство Чжоу) был разделен, начиная с середины I-гo тыс. до н.э., на множество отдельных, враждовавших между собой царств, также и культура его являла собой картину значительного многообразия; существовало несколько типов культур, только позднее сплавленных в великом общекитайском синтезе.

В наибольшей степени отличались друг от друга культуры севера и юга Китая. Если для севера, давшего начало конфуцианству, характерно внимание к этической проблематике и ритуалу, рассудочное стремление к рациональному переосмыслению архаических основ цивилизации, то на юге господствовала стихия мифопоэтического мышления, процветала экстатичность шаманских культов. И даосизм, созревший, видимо, в лоне южной традиции, тем не менее соединил в себе экзальтированную архаику юга и рациональность севера. Первая дала ему содержание, вторая наделила формой, предоставив созданный ею философский способ освоения действительности для выражения смутных и неосознанных творческих потенций. Без южной традиции даосизм не стал бы даосизмом, без северной - не смог бы сказать о себе языком великой культуры и книжной образованности.

Основателем даосизма традиционно считается Лао-цзы, живший по преданию на рубеже VI-V вв до н.э. и перед тем как уйти навсегда из Китая на Запад, оставивший у начальника пограничной заставы Инь Си изложение своего учения под названием Дао-дэ цзин .

В Дао-дэ цзине речь идет о едином первоначале всего сущего - единой субстанции и одновременно мировой закономерности - Дао. Это понятие дало название даосизму (дао цзяо).

Кроме Лао-цзы нельзя не назвать другого даосского мыслителя, Чжуан-цзы (IV-III вв. до н.э.), автора трактата, названного его именем, в котором много парадоксов, притч, эксцентричных образов, перетолкованных в духе даосской философии и литературы.

Для мировоззрения Чжуан-цзы огромное значение имела концепция уравнивания сущего (ци у), согласно которой мир представляет собой некое абсолютное единство. В нем нет места четким границам между вещами, все слито друг с другом, все присутствует во всем. В этом мире нет никаких абсолютных величин, ничто само по себе не является ни прекрасным, ни безобразным, ни большим, ни малым, но все существует только относительно чего-то другого и в теснейшей внутренней связи и взаимообусловленности.

Для традиционной китайской философии была нехарактерна вера в бессмертие конкретно души. Реальной признавалась только единая психофизическая целостность живого существа. Сам дух понимался вполне натуралистически: как утонченная материально-энергетическая субстанция (ци) . После смерти тела это ци рассеивалось в природе. К тому же даосизм унаследовал от шаманизма учение о множественности душ - животных (по) и мыслящих (хунь). Тело выступало единственной нитью, связывающей их воедино. Смерть тела приводила к разъединению и гибели душ. Поэтому уже в глубокой древности огромное значение придавалось средствам продления физической жизни, а долголетие (шоу) стало одной из важнейших ценностей китайской культуры .

Однако, даосизм не удовлетворился идеалом простого физического, пусть даже и бесконечного, продления жизни. Истинный даосский бессмертный (сянь) в процессе движения по пути бессмертия радикально трансформировал, преображал свое тело, которое согласно даосскому учению приобретало сверхъестественные силы и способности: умение летать по воздуху, становиться невидимым, одновременно находиться в нескольких местах и даже сжимать время. Но основная трансформация в процессе занятий даосской медитаций - духовная: бессмертный в полной мере ощущал и переживал даосскую картину мира, реализовывая идеал единства (единотелесности) со всем сущим и с Дао как таинственной первоосновой мира.

Путь к бессмертию по даосскому учению предполагал занятия сложными методами особой психофизической тренировки, во многом напоминавшей индийскую йогу. Она предполагала как бы два аспекта: совершенствование духа и совершенствование тела. Первый заключался в занятиях медитацией, созерцанием Дао и единства мира, единением с Дао. Применялись и различные сложные визуализации божеств, символизировавших собой особые состояния сознания и типы жизненной энергии.

Второй заключался в специфических гимнастических (дао инь) и дыхательных (син ци) упражнениях, сексуальной практике для поддержания энергетического баланса организма и занятиях алхимией. Именно алхимия и считалась высшим путем к обретению бессмертия.

Алхимия разделялась даосами на два типа - внешняя (вэй дань) и внутренняя (нэй дань). Из них только первая являлась алхимией в собственном смысле этого слова. Она предполагала создание в алхимической реторте как бы действующей модели космоса, в котором под воздействием огня вызревает эликсир бессмертия. Главное отличие китайской алхимии от европейской - ее исходная теснейшая связь с медициной: в китайской алхимии даже золото изготовлялось как эликсир бессмертия. Даосскими алхимиками был накоплен ценнейший эмпирический материал в области химии и медицины, значительно обогативший традиционную китайскую фармакологию.

К Х в. внешняя алхимия пришла в упадок, и ей на смену пришла внутренняя алхимия. Она представляла собой алхимию только по названию, поскольку была ничем иным, как упорядоченным комплексом сложных психофизических упражнений, направленных на трансформацию сознания адепта и изменение ряда его психофизиологических параметров. Однако, она заимствовала у собственно алхимии ее терминологию, способы описания практики, сделав названия минералов и веществ символами психофизических процессов и их структур.

Последователи внутренней алхимии исходили из положения о полном подобии микрокосма и макрокосма, человеческого тела и вселенной. А раз в теле человека есть все, что есть и в космосе, то нет никакой необходимости создавать его модель в тигелях и ретортах: само тело является подобной моделью. Следовательно, можно создать новое бессмертное тело из веществ, соков и энергий собственного тела . Особое внимание в практике внутренней алхимии уделялось управлению энергиями, протекающими, согласно ее теории, по особым каналам (цзин) тела, и накапливающимися в особых резервуарах (дань тянь, инд. чакры) . Управление же энергиями достигалось при помощи концентрации сознания и визуализации (ци гун) . Подобно внешней алхимии, внутренняя также собрала весьма богатый материал для китайской медицины.

Даосизм иногда называют национальной религией Китая, но это определение не совсем верно. Во-первых, даосизм распространился и среди некоторых других народов, живущих по соседству с китайцами. Во-вторых, даосы не только не проповедовали свою религию в обществе, но, напротив, тщательно скрывали свои секреты от непосвященных и даже не позволяли мирянам присутствовать на наиболее важных молебнах. К тому же даосизм всегда был разделен на множество самостоятельных сект, где искусство Дао передавалось от учителя к ученику в тайне от посторонних.

Тем не менее даосизм без преувеличения можно назвать подлинным явлением китайской культуры, ведь он обеспечивал преемственность между элитарной мудростью Дао и верованиями простонародья, принципами внутреннего совершенствования и всем жизненным укладом китайцев. Служа свои молебны, даосы в действительности не поклонялись духам, а, скорее, вовлекали их в беспредельную гармонию Великой Пустоты. Вместе с тем самое существование божеств, как и всего мира форм, являющего собой превращенное тело Дао, оставалось для даосов совершенно необходимым.

2. Философы даосизма

философия китай даосизм учение

Наверное, главная особенность даосской мысли состоит в том, что это мысль, во всех своих проявлениях обращенная к истокам вещей: истоку времен, сокрытых в незапамятных глубинах истории; истоку сознания, вечно ускользающего от света разума, истоку всех наших душевных движений , таящемуся в бездонной толще жизни. И даосы настолько верны своим поискам подлинного, абсолютного Истока сущего, что даже не поставили ему предел в виде какого-либо метафизического принципа, перводвигателя, первичной материи , первоначала и т.п. Ведь исток бытия, если он в самом деле реален, не может быть ни хронологическим рубежом, ни данностью опыта, ни умственной абстракцией по той простой причине, что такое начало вносит ограничение в мир и в итоге само оказывается условным, придуманным, неживым. Мысль же даосов - о Начале, которое само безначально; об истоке, который являет собой, скорее, вольное проистечение самой жизни и который, вечно уклоняясь от собственной сущности, вечно же возвращается к самому себе.

Их наследство - дума о Дао: Пути всех путей, неизменной изменчивости. Кажется, они и приходят-то в мир лишь для того, чтобы уйти, и тем самым вернуться к земному бытию. Настоящие люди древности не знали, что такое радоваться жизни и отворачиваться от смерти, не гордились появлением на свет и не противились уходу из мира. Отрешенно они приходили, отрешенные уходили, не доискиваясь до начала, не устремляясь мыслью к концу, радуясь тому, что даровано им, и самозабвенно возвращаясь к своему естеству. Разум их погружен в забытье, облик бесстрастен, чело величественно. Прохладные, как осень, и теплые, как весна, они следовали в своих чувствах течению времен года. Они жили в беспредельной гармонии с миром, и никто не знал, где положен им предел... ( Чжуан-цзы , гл. Дацзунши ).

Главный учитель даосизма - Лао-цзы, Старый Ребенок, носивший имя Ли Эр. Он родился от самого себя , из себя же развернул весь мир, и сам же 72 раза являлся миру. Но он же и человек, проживший долгую и неприметную жизнь. Легенда изображает его хранителем царских архивов, старшим современником Конфуция. Лао-цзы встречался с будущим основателем конфуцианства, но прохладно отнесся к вере Конфуция в действенность нравственной проповеди, что, наверное, вполне естественно для знатока человеческой истории . Вконец разуверившись в людях, он сел верхом на буйвола и отправился куда-то на Запад, да так и не вернулся. А на прощание по просьбе начальника пограничной заставы, через которую он покинул Китай, Лао-цзы оставил потомкам небольшую книжку в пять тысяч слов . Это сочинение, обычно именуемое Трактатом о Пути и Потенции (Дао-дэ цзин), стало главным каноном даосизма.

Рядом с Лао-цзы в ряду пророков Дао стоит философ Чжуан Чжоу, он же Чжуан-цзы, который был, несомненно, реальным историческим лицом и притом одним из самых обаятельных мыслителей древнего Китая. Время жизни Чжуан-цзы приходится на последние десятилетия IV в. до н.э. - время расцвета свободной мысли и острого соперничества различных философских школ . Чжуан-цзы был большим эрудитом, но предпочитал держаться подальше от придворных ученых-спорщиков. Много лет он занимал скромную должность смотрителя плантации, а потом вышел в отставку и доживал остаток дней в родной деревне. Перед смертью он просил своих учеников не обременять себя похоронами учителя, а бросить его тело в чистом поле, ибо могилой ему станет весь мир. Скромная, непритязательная жизнь и далеко не героическая, даже почти позорная смерть, в глазах самого Чжуан-цзы, явно не умаляли его подлинного достоинства. Ведь истинный даос, говоря словами Лао-цзы, выходит к свету, смешиваясь с прахом, в суете будней хранит тайну вечности, в многоголосье Земли постигает безмолвие Небес.

Пророки Дао существуют для того, чтобы претворить свое существование в неизбывное Присутствие. Они столь же невозможны, сколь и неизбежны, как самое начало мысли о Дао . Их явление не есть факт хронологии или личной судьбы. Оно знаменует, скорее, пробуждение мысли к своему немыслимому истоку, которое есть сама полнота творческой жизни.

Итак, традиция Дао - это странные, сторонние люди. Недаром Лао-цзы уже в древности получил прозвище темного учителя . А Чжуан-цзы сам называл свои писания нелепыми и безумственными речами . Изъясняются даосы парадоксами, туманными сентенциями и экстравагантными притчами. Одни исследователи пытаются разглядеть в этом ту или иную философскую систему . Другие видят в даосах наследников мифопоэтического мышления. Третьи считают, что все наследие чуть ли не намеренная мистификация, скрывающая истинное учение о Дао.

Подлинный импульс говорения о Дао - это сама жизнь сознания, непрестанно устремляющегося за свои собственные границы, каждое мгновение возобновляющего свою связь с творческой стихией жизни. Это сознание сознает, что оно несводимо ни к опыту, ни к знанию и потому живет в вечном (само) забвении . Но оно само проницает собою жизнь, творя новое, одухотворенное тело мира и новую, разумную природу. Это сознание совпадает с полнотой бытийствования. Оно дарит высшую радость бытия, но само не напоминает о себе, как не ощущается нами наше собственное тело, пока оно здоровое и сильное. Или, как сказал Чжуан-цзы, когда сандалии впору, забывают о ноге.

Но почему именно афоризмы? Почему эксцентричные притчи и анекдоты? По нескольким причинам. Во-первых, афоризм, притча или анекдот по-своему парадоксальны, как природа истока вещей в даосизме. Во-вторых, эти словесные жанры не устанавливают всеобщие отвлеченные истины, но оказываются истинными в особых случаях и тем самым утверждают исключительные, неповторимые качества жизни, как раз и переживаемые нами в творческом акте. В-третьих, афоризм или притча успешно стирают грань между истинным и ложным, переносным и буквальным смыслами . Так речь даосов, на первый взгляд путаная и шокирующая, на поверку оказывается точным словесным слепком Великого Пути как глубинного ритма жизни. Недаром древние комментаторы даосских канонов часто повторяли, что все слова выходят из Дао.

В высказываниях даосов, по сути, нет ничего произвольного. В них запечатлелась мудрость, ставшая итогом долгого пути самопознания духа. Перед нами язык традиции, где ценится не просто умное, но прежде всего долговечное. Дума о Дао - это то, с чем можно жить всегда. И, следовательно, нечто глубоко личное. Речь даоса - это череда сокровенных озарений, высвечивающих путь сердца. Ее подлинный прототип - жизнь тела, мир телесной интуиции. Мудрость даоса есть знание семян вещей и зародышей событий . Лао-цзы сознает себя еще не родившимся младенцем . Чжуан-цзы призывает своих читателей стать такими, какими мы были до своего появления на свет.

Книги Лао-цзы и Чжуан-цзы изначально складывались из фрагментов, в которых фиксировались отдельные прозрения и наблюдения подвижников Дао. Сверхлогический характер даосской мудрости отображал отстраненность даосских школ от всяких публичных норм. Ориентированность мудрости Дао на узкий круг посвященных и внутреннее , неизъяснимо-интимное понимание тоже были знаком даосизма как духовной традиции, учившей своих приверженцев воспроизводить опыт самопознания, возобновлять присутствие того, кто возвращается в мир, когда мы отсутствуем в нем.

Не знание и даже не творчество, а способность сполна прожить свой жизненный срок составляли цель даосского подвижничества. С непосредственностью, достойной великой традиции, даосизм утверждал, что мудрый ничего не знает и ничего не умеет, а только питает себя, усваивая всем телом вселенскую гармонию жизни.

Различные свойства Дао как абсолютного бытия удобно охватываются в даосской литературе понятием пустоты (сюй) или пустотно-отсутствующего (сюй у) , извечно отсутствующего (сэй у) . В философии Дао пустота выступает прообразом предельной цельности и полноты бытия. Пустота есть прообраз бытийственного разрыва, выявляющего все формы, и паузы, формирующей ритм. Наконец, пустота - это вездесущая среда и даже движущая сила превращений: пустота, чтобы быть собой до конца, должна сама опустошиться и в результате стать полнейшей наполненностью.

Реальность в даосизме - это в конечном счете самопресуществление, в котором каждая вещь становится тем, что она есть, достигая предела своего существования, претерпевая метаморфозу. В событии самопресуществления человек становится подлинно человечным именно потому, что он обретает в нем свою со-бытийность со всем сущим. И чем более преходящим, незначительным кажется человек, поставленный перед мировым Все, тем более величествен он в своей причастности к Единому Движению мира, этой событийственности всех событий, вселенскому танцу вещей. Его самопотеря неотличима от самопостижения.

Мир, в представлении даосов, являет собой бездну взаимоотражений, чудесных встреч несоизмеримых сил, и принцип его существования выражается в образе Небесных весов , уравнивающих несравнимое. Реальность для даоса - это Хаос как бесчисленное множество порядков, бесконечное богатство разнообразия.

Даосский мудрец подражает пустоте и хаосу и потому в себе не имеет, где пребывать . Он не совершает самочинных действий, но лишь безупречно следует всякому самопроизвольному движению. Его сознание - зеркало, которое вмещает в себя все образы, но не удерживает их.

Еще не родившийся ребенок уже имеет полное знание о жизни. Он понимает прежде, чем научится понимать. Даосская традиция требует признать, что всякое непонимание есть в действительности недопонимание. И если, как полагают даосы, мы в любой момент уже знаем , то мыслить и обозначать - значит всего лишь проводить рубежи в необозримом поле событийности, пространстве вездесущей предельности, ограничивать ограничение - писать белым по белому . В таком письме все подчиняется закону экономии выражения: чем меньше будет сфера представленного смысла, сфера понятого и понятного , тем больше простора высвободится для смысла как открытости бытия, всего неизведанного и чудесного в жизни. Даосская традиция - это школа самоограничения, которая служит высвобождению всего сущего. Настоящее таинство не есть нечто намеренно утаиваемое. Оно есть там, где чем очевиднее, тем сокровеннее, чем понятнее, тем непостижимее. Таинство не есть предмет позитивной философии . Даосы и не стремились создать собственную систему мысли . Они - мастера внутреннего делания , искавшие в единичных действиях не законченности, а бесконечной действенности. Однако же, что в природе делает возможным все действия? Не что иное, как покой. Даос практикует недеяние. Его искусство Дао , как пишет Чжуан-цзы, выше обыкновенного умения . Поскольку даосский мудрец странствует сердцем у начала вещей , он не просто мастер, но всегда еще и Господин мира, определяющий место каждой вещи в мировом порядке.

3. Основные понятия даосизма

Иероглиф дао состоит из двух частей: шоу - голова и дзоу - идти , поэтому основное значение этого иероглифа - дорога , но в дальнейшем этот иероглиф приобрел переносное значение - путь ( подход , метод , закономерность , принцип , функция , учение , теория , правда , абсолют ) . Эквивалентами Дао часто признаются Логос и Брахман.

В Дао-дэ цзин речь идет о едином первоначале всего сущего - единой субстанции и одновременно мировой закономерности - Дао.

Дао - это центральное философское понятие даосизма, и надо отметить, что к нему можно ошибочно отнестись как к обыкновенному понятию. Ведь до того, как любой человек услышит о Дао, он имеет в своем сознании какие-то понятия, поэтому кажется, что ничего не стоит пополнить их сумму таким же понятием Дао. Но как понятие Дао есть процессуальная категория, его нельзя выучить, как физическую формулу или таблицу умножения. По Лао-цзы, Дао, которое может быть выражено словами, не есть постоянное Дао... в Дао можно только вступить и овладеть им . Лао-цзы считал, что Дао есть постоянное Дао, суть которого нельзя выразить в словах. Оно не имеет вида, не издает звуков, не обладает формой, и смотришь на него, но не видишь, слушаешь его, но не слышишь, ловишь его, но не можешь поймать ( Дао-дэ цзин, чжан 14) . Одним словом, Дао - это пустота или небытие (ши).

Само слово дао вовсе не является исключительным достоянием даосизма. Оно принадлежит всей китайской мысли, и каждый философ древнего Китая видел в нем обозначение истины или, точнее, глубочайшей правды и праведного пути жизни. Все китайские мудрецы - приверженцы Дао. И хотя это понятие дало название даосизму (дао цзяо), ничего собственно даосского в нем нет. Это одна из важнейших категорий всей китайской культуры. Специфично лишь ее осмысление даосизмом. Если в конфуцианстве Дао - путь нравственного совершенствования и правления на основе этических норм, то в даосизме Дао космологизируется, приобретая значение высшего первопринципа, мировой субстанции, источника бытия всего сущего.

Даос живет тем, что живо вовеки - капиталом духа. Даосизм - это, прежде всего, оправдание традиции. Правда Дао - это то, что дается прежде, чем мы познаем сами себя, и она есть то, что перейдет от нас к будущим поколениям после того, как мы уйдем.

Что же это? Классики даосской традиции дают по видимости туманный, а по сути очень точный ответ: все то, что существует само по себе (цзы жань), что не порождено людским умствованием и озабоченностью, что не несет на себе печати натуги, напряжения, насилия.

Мудрость приверженца Дао - это не знание и не искусство, а некое умение не затемнять суетным деланием великий покой бытия . Даосизм, таким образом, воплощает самую сердцевину восточной мысли, всегда требовавшей от человека обрести полноту своего бытия через самоустранение, проявить глубину нежелания, которая таит в себе самое одухотворенное желание. Поэтому даосизм не является философией в классическом понимании этого слова, так как он не интересуется определениями понятий, логическими доказательствами и другими процедурами чистого умозрения. Не является он и религией трансцендентного Бога, требующего от своих поклонников веры и послушания. Его нельзя, наконец, свести и к искусству, мастерству, практике в собственном смысле слова, ибо мудрость Дао не утверждает необходимости что-нибудь делать. Скорее, даосизм - это путь цельного существования , в котором умозрение и действие, дух и материя, сознание и жизнь оказываются собранными в свободном, беспредельном, хаотическом единстве (и сюй). Такое единство, как и большинство основных понятий даосизма, насквозь парадоксально, и потому даосские учителя умолкают, когда у них просят это объяснить. Как сказано в Дао-дэ цзин , главном каноне даосизма: Знающий не говорит, а говорящий не знает . И в другом месте: Когда низкий человек слышит о Дао, он смеется. Если бы он не смеялся, это не было бы Дао . Даосские мудрецы ничего не доказывают и не проповедуют. Они даже не учат какому-нибудь определенному образу жизни. Их цель - дать верную жизненную ориентацию, указать путь к средоточию жизненного опыта - вечно отсутствующему и вездесущему.

Не будучи в строгом смысле, как уже говорилось, ни философией, ни религией, даосизм сочетает в себе черты того и другого. По учению даосов, воистину существует лишь великое Дао - предвечное, бесконечное, немыслимое, не имеющее образа, вкуса или запаха , никем не сотворенное, оно само себе ствол, само себе корень , охватывающее и вмещающее в себя все сущее. Даосы называют его высшим Учителем , небесным предком , матерью мира или творцом вещей , но они не ждут от него конкретной заинтересованности в их личной судьбе или судьбе Вселенной, ибо в мире все происходит само собой , каждое мгновение времени и каждая частица бытия совершенно самодостаточны.

Это означает, что и само Дао не является, в сущности, принципом мироздания. Дао, утверждается в даосской литературе, не может владеть даже собой , оно обладает, не владея . Дао непрестанно изменяется, теряет себя в мире конечного и преходящего . Но нет ничего постояннее непостоянства - в своем самопревращении Дао пребудет вечно.

Отсюда то важное место, которое занимает в даосизме учение о космогенезе - творении всего сущего. Даосы учат, что мир возник из первозданного Хаоса, который они именуют также Единым дыханием (и ци), Изначальным дыханием (юань ци) или Великой пустотой (тай сюй). Творение же мира есть результат самопроизвольного деления первичной целостности Хаоса. Сначала Хаос, или Единое дыхание, разделилось на два полярных начала: мужское, светлое, активное - Ян и женское, темное, пассивное - Инь; из двух начал выделились четыре образа , соответствующие четырем сторонам света; четыре образа породили восемь пределов мироздания и т.д. Эта схема записана в древнейшем китайском каноне И цзин ( Книга Перемен ), содержащем общий для всей китайской традиции свод графических символов мирового процесса Дао.

Мир, по представлениям даосов, есть превращенное Единое , плод метаморфозы Дао. В даосской традиции в этой связи говорилось и о превращении первочеловека, каковым считался полулегендарный основоположник даосизма и верховное божество даосской религии Лао-цзы. Мир для даосов - это превращенное тело (xya шэнь) Лао-цзы. А это значит, что между сердцем человека и телом предвечного Дао существует глубочайшая внутренняя связь. Человек и мир в даосизме нерасторжимы и взаимозаменяемы.

В Дао-дэ цзин говорится о двух аспектах Дао: именуемом (собственно Дао) и неименуемом, порождающем вещи и вскармливающем их. Последнее получает название Дэ - Благодать, Благая Сила Пути. Весь мир оказывается как бы проявлением, развертыванием Дао, Путем, воплощенным в сущем. Каждая вещь, доходя до предела своего созревания, вновь возвращается в глубину Первопринципа Дао. Однако, человек может сходить с этого Пути, отступать от него, нарушая первозданную простоту естественности как своего бытия, так и всей Вселенной. Проявляется это и в приверженности к многознанию и в создании усложненных социальных институтов . Поэтому Дао-дэ цзин призывает к возвращению к изначальной природе, упрощению и естественности. И выражен этот призыв прежде всего в понятии недеяния (у вэй). Впрочем, оно не означает бездействия или пассивности. Под у вэй имеется в виду отказ от нарушения собственной природы и природы всего сущего, отказ от не сообразной с природой, основанной исключительно на эгоистическом интересе субъективной целеполагающей деятельности и вообще снятие всякой изолирующей субъективности во имя включенности в единый поток бытия.

Лао-цзы, приняв Дао за высшую категорию своей философии, рассматривал ее не только как всеобщий закон, но и как источник формирования мира. Исследователь А. Е. Лукьянов называет Дао космической ДНК.

Проще говоря, весь внешний мир рассматривался как определенное количество признаков. Создателем этих признаков является субстанция, не постигаемая органами чувств и находящаяся вне времени и пространства. Эта субстанция называется Дао . Дао неограниченно. Оно существует в каждое мгновение и в каждой вещи. Дао породило Небо и Землю, породило императоров и царей, породило все принципы. Оно породило самого себя.

Дао присущи стремления и искренность. Оно находится в состоянии бездействия и лишено формы. Дао можно проповедовать, но его нельзя коснуться. Дао можно постигать, но его нельзя видеть. Дао является корнем и основой самого себя. Оно до Неба и Земли с древнейших времен существует извечно. Оно одухотворяет духов и одухотворяет владыку, порождает Небо и Землю. Оно над Великим пределом, но не является высоким; под Шестью пределами, но не является глубоким; прежде Неба и Земли рождается, но не является продолжительно существующим, оно простирается с глубокой древности, но не является старым ( Дао-дэ дзин , чжан 16) . Дао есть то, что делает тьму вещей таковой, то, благодаря чему формируется тьма вещей, то, что определяет тьму принципов ( Чжуан-цзы , гл. Тянь Цзыфань).

Если существует такое Дао, то следует учиться у него и почитать его как учителя. Это и есть Великий почитаемый учитель . Это о нем писал Чжуан-цзы: О, мой учитель! Ты даешь всем вещам их свойства, но не считаешь это проявлением справедливости; оказываешь благодеяния всем поколениям, но не считаешь это проявлением гуманности; существуешь с глубокой древности, но не являешься старым; покрываешь Небо и поддерживаешь Землю, очерчиваешь все формы, но не считаешь это проявлением мастерства . Учиться у дао и слиться с ним в одно целое - в этом, с точки зрения Чжуан-цзы, и заключается смысл человеческой жизни : Можно освободиться от горя, волнения, тоски и даже от жизни и смерти. Надо отбросить все различия и раствориться в мире. Дао - это и есть я, и по этой причине все существующее является мной. Дао неисчерпаемо и безгранично, оно не рождается и не умирает, и поэтому я также неисчерпаем и безграничен, не рождаюсь и не умираю. Перед смертью я существую, и после смерти я также существую. Скажете, что я умер? Ведь я не умираю. И огонь не сжигает меня, и в воде я не тону. Я превращаюсь в пепел, и все же я существую. Я превращаюсь в лапку бабочки, в печенку мыши, но все же я существую. Сколь же я свободен, сколь долговечен, сколь велик!... Все различные признаки являются моими признаками, и все различия отбрасываются. Все вещи со странными и необычными признаками - все слилось воедино. Все является дао, все является мной. Это и значит, что Небо и Земля рождаются со мной, а все вещи составляют единство . ( Чжуан-цзы , гл. Циулунь ) .

Человек, постигший это, и является мужем, обладающим дао . У Чжуан-цзы утверждается, что такой человек не презирает людей, не занимается самовосхвалением, ссылаясь на свои заслуги, не занимается обманом; упустивши удобный случай, не раскаивается; имея удобный случай, не теряет голову; поднявшись на высокое место, не пугается; упавши в воду, не мокнет; попавши в огненную яму, не чувствует жары... Такой человек спит и не видит снов, при пробуждении не грустит, питается чем попало и обладает глубоким дыханием . Такой человек не цепляется за жизнь и не боится смерти, ни жизнь, ни смерть не имеют для него значения, он свободно приходит, свободно уходит, получит что-либо - хорошо, потеряет что-либо - не огорчается.... Это... и есть то сбалансированное состояние, когда дух не отделен от субстанции и все соответствует своей природе ( Чжуан-цзы , гл. Дацзунши )

К ведущим даосским концепциям относятся принципы цзы жань (самоестественность, спонтанность) и у вэй (недеяние). Первый из них дословно означает «то, что само по себе (цзы) таково, каково оно есть (жань)». В данном случае речь идет о том, что дао абсолютно свободно, ни от чего иного не зависит и следует лишь своей собственной природе. Отсюда вытекает принцип следования дао, т.е. поведения, согласующегося в микрокосмосе с дао (природой) человека, а в макрокосмосе-с дао Вселенной. Мудрец не должен, исходя из собственных субъективно ограниченных желаний и пристрастий, противодействовать природе окружающих его вещей и явлений. Напротив, он должен «следовать вещам» (шунь у). Все вещи равны между собой, поэтому истинный мудрец свободен от пристрастия и предвзятости: он одинаково смотрит на знатного и раба, соединяется с вечностью и со Вселенной и не печалится ни о жизни, ни о смерти, понимая их естественность и неизбежность.

С другой стороны, мудрец может, используя свое постижение природы той или иной вещи, поставить ее себе на службу, как бы «плыть по течению в нужном направлении». Постижение природы вещей и согласованность с ней позволяют «мягкому побеждать твердое» и «слабому превозмогать сильного». Принципы цзы жань и у вэй стали важными источниками методологических и мировоззренческих основ китайской системы психофизической тренировки, применяющейся в том числе и в воинских единоборствах.

Всякое же действие, противоречащее дао, означает пустую трату сил и приводит к неудаче и гибели. Вселенную нельзя привести в порядок искусственным образом - для установления в ней гармонии и порядка необходимо дать свободу ее прирожденным качествам. Соответственно, мудрый правитель, следующий дао, не делает ничего, чтобы управлять страной, и тогда она процветает, пребывая в спокойствии и гармонии.

Другим очень существенным для даосизма понятием является категория «ци». Под ци понимается исходная первосубстанция, из которой как бы состоит все сущее. Сгущаясь и огрубляясь, ци становится веществом, утончаясь - духом. В промежуточном состоянии ци представляет собой жизненную энергию и силу, растворенную в природе и поглощаемую человеком при дыхании. Эта жизненная сила циркулирует и по особым каналам (цзин) в человеческом теле. Ее накопление и правильная циркуляция в теле - одна из важнейших задач даосских дыхательных и гимнастических упражнений, лежащих в основе различных систем ци гун (работа с ци).

Первоначальное ци (юань ци) просто и внекачественно, однако в процессе порождения Универсума оно как бы поляризуется и дифференцируется. Два важнейших космологических состояния единого ци - это инь и ян (инь-ци и ян-ци) - т.е. женское, покой, холодное, темное, мягкое, с одной стороны, и мужское, движение, горячее, светлое, твердое - с другой. Эти два состояния находятся в абсолютной гармонии и взаимопереходе. Идея гармонии этих взаимодополняющих и коренящихся друг в друге противоположностей была закреплена в даосизме в понятии «Тай Цзи» («Великий Предел»).

Есть мнение, что концепция дао во многом, вплоть до второстепенных деталей, напоминает многократно зафиксированную в Упанишадах индоарийскую концепцию великого Брахмана, безликого Абсолюта, которая сотворила видимый феноменальный мир, слияние с которым (уход от феноменального мира) было целью древнеиндийских философов, брахманов, отшельников и аскетов. Если прибавить к этому, что и высшей целью древнекитайских даосов-философов было уйти от страстей и суетности жизни к первобытности прошлого, к простоте и естественности, что именно среди даосов были первые в Древнем Китае отшельники-аскеты, о чьем подвижничестве с уважением отзывался и сам Конфуций, то сходство покажется еще более очевидным и загадочным.

Заключение

Китай - родина одной из самых старых и сложных цивилизаций мира. Ее история насчитывает около 5 тысяч лет. Но время продолжает менять пространство, обычаи, культуры, религии.

Современный Китай - это страна огромного экономического потенциала. Последние два десятилетия сильно изменили традиционную жизнь китайцев. На глазах происходит бурное развитие космической и атомной промышленности, нефтехимии и электроники, интенсивное строительство, бурный экономический подъем и рост благосостояния. Удивляет уважительное отношение китайцев к своей культуре. Допуская какое-нибудь новшество в массовое потребление, они всегда оценивают, как улучшится жизнь населения и как это повлияет на многовековые традиции. А в традициях Поднебесной - находить гармонию с миром, проводить время в беседах и медитациях, совершенствоваться в практиках различных учителей и мастеров. Ведь они не только сами развиваются, но и экспортируют свою культуру в другие страны.

Легенды и мифы Китая полны удивительных историй о людях, достигших бессмертия в результате самосовершенствования по даосским практикам. Описанные в древних китайских текстах «Восемь бессмертных святых» (Ба Сянь), относящихся к даосскому пантеону, были реальными личностями . У каждого из них своя история и своя дорога к бессмертию. Став святыми, они освободились от мирских чувств и страстей, получили вечную жизнь и живут теперь по небесным законам. Вот их имена.

Чжун Лицюань - глава Восьми Бессмертных, обладал секретом изготовления эликсира жизни и порошка перевоплощения.

Ли Тегуай - считается покровителем магов, волшебников, чародеев.

Чжан Голао - из всех восьми бессмертных он самый старый по годам и самый благоразумный. Жил отшельником в горах и всю жизнь скитался. Всегда ездил на осле задом наперед, проезжая за день по нескольку десятков тысяч ли. Когда бессмертный останавливался где-либо, он складывал ослика, как будто тот был вырезан из бумаги, и клал его в сосуд из бамбука. А когда нужно было ехать дальше, брызгал на сложенную фигурку водою изо рта, и осел снова оживал. Чжан Голао покровительствовал супружескому счастью и рождению детей.

Лань Цайхэ - этот бессмертный считается покровителем музыкантов и изображается с флейтой в руках.

Цао Гоцзю известен как представитель правящего клана времен династии Сун. Изображается с кастаньетами и с нефритовой дощечкой, дающей право входить в императорский двор. Покровитель актеров и мимов.

Люй Дунбинь с самого детства был развит не по летам и мог ежедневно запоминать до десяти тысяч слов.

Хэ Сяньгу - единственная женщина среди этой восьмерки. Еще в раннем детстве она встретила Люй Дунбиня, который, предвидя будущее девочки, подарил ей персик бессмертия. Она съела только половину его и с тех пор почти не нуждалась в земной пище. На рисунках Хэ Сяньгу изображается необычайно красивой девушкой с цветком лотоса в одной руке, а в другой она держит широкую плетеную корзинку, иногда наполненную цветами. Хэ Сяньгу покровительствовала домашнему хозяйству и предсказывала людям судьбу.

Хань Сянцзы - был племянником знаменитого Хань Юя, ученого и министра, жившего при династии Тан.

Вратами в мир блаженных небожителей всегда считались священные китайские горы. В даосских традициях горы рассматриваются не только как связь с небесами или с небожителями, но как живые существа, которые не только формируют знания, создают и генерируют энергию, но и представляют собой определенные ступени познания и выполняют конкретные задачи. Так, например, Тайшань, или Нефритовая гора, - дает понимание всей структуры развития, преобразования, кристаллизации и генерирования энергии, которые человек может познать, преобразовав эту энергию 9 раз.

Самое ценное - искусство обучаться. Все остальное - лишь следствие. Процесс наращивания или приобретения новых качеств требует постоянного восполнения собственных ресурсов, постоянной работы над собой. Поэтому секреты даосских практик раскрываются только для целеустремленных.

Даосизм - это не для ленивых людей , а для людей, готовых к действию. Он допускает ошибки, ответвления, даже ненужные направления, но не приемлет бездействия до того момента, когда действие становится натуральным, естественным и тогда оно рассматривается как бездействие. Но это бездействие по отношению к действию, которое было не нужным, но в реальности создающее наращивание, алгоритм, прогрессию… Т.е. здесь нет цели, нет стремления достичь чего-то, кроме как опоры на одно, что порождает второе. Непрерывный процесс действия.

Язык не поворачивается назвать даосов ленивыми, когда, преодолев более 7200 ступеней, они поднимаются на высоту 1545 м. Гора Тайшань, расположенная в провинции Шандунь, традиционно считается местом обитания даосских святых и бессмертных. Она не только входит в число пяти священных гор даосизма, но имеет большую культурную и историческую значимость как для Китая, так и для всего мира - гора включена в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Хоть раз в жизни каждый китаец должен взойти на эту гору, желательно пешком, хотя в настоящее время имеется и подъемник.

Крутые каменные ступени, сильная влажность и жара, лестница, уходящая в облака, словно к истокам всех времен и начал - это путь для тех, кто не удовлетворен условностями цивилизаций и морали, кто ищет истинно великое и вечное, чтобы вместить в себя весь мир и прикоснуться к истокам всего происходящего.

Цивилизация старого Китая уже ушла в прошлое. Но ее мудрость, вобравшая в себя опыт духовных исканий и подвижничества сотен поколений, не умерла и не может умереть. Даосизм, как часть и, может быть, самая важная часть этой мудрости, не потерял своей жизненности и сегодня. Заветы древних даосов обращены к каждому, кто желает познать загадку истоков всего происходящего, кто не удовлетворяется условностями цивилизаций, морали, идеологий, но ищет истинно великое и вечное, кто имеет мужество отказаться от мелочных приобретений ради того, чтобы вместить в себя весь мир.

Библиографический список

1. Антология даосской философии . Сост. В. В. Малявин, Б. Б. Виноградский. М., Товарищество, 1994.

. История китайской философии . М., Прогресс , 1989.

. История религии. Лекции, прочитанные в СПГУ С-Пб., Лань , 1997.

. Дао и даосизм в Китае . М., Изд-во Института востоковедения, 1982.

С. И. Самыгин, В. Н. Нечипоренко, И. Н. Полонская. Религиоведение: социология и психология религии . Ростов-на-Дону, Феникс , 1996.

. Китайская философия . Энциклопедический справочник. М., Мысль , 1994.

А. Е. Лукьянов. Истоки Дао: древнекитайский мир . М., Инсан , 1992.

А. Е. Лукьянов. Лао-Цзы и философия раннего даосизма . М., Изд-во Института Дружбы народов, 1991.

А. Е. Лукьянов. Дао. Книга перемен . М., Инсан , 1993.

. Культурология: история мировой культуры . Под ред. А. Н. Марковой. М., ЮНИТИ , 1995.

Е. Торчинов. Даосизм. Опыт историко-религиоведческого описания . СПб.: Андреев и сыновья, 2-е дополненное издание: СПб.: Лань, 1998.

Репетиторство

Нужна помощь по изучению какой-либы темы?

Наши специалисты проконсультируют или окажут репетиторские услуги по интересующей вас тематике.
Отправь заявку с указанием темы прямо сейчас, чтобы узнать о возможности получения консультации.

Это религиозно-философское течение возникло в Китае, практически в то же время, что и учение Конфуция (6-5 вв. до н.э.). Основателем даосизма принято считать философа Лао-Цзы, хотя есть мнение, что источниками религии послужили древние шаманские и мистические культы царства Чу. Согласно легенде, рождение Лао-Цзы совершилось чудесным образом. Мать вынашивала будущего мудреца несколько десятков лет, поэтому философ родился уже стариком.

Если говорить кратко, основной принцип даосизма заключается в достижении покоя и душевного благополучия. Нравственным идеалом этой религии является отшельник, который с помощью специальных приобретает способность преодолевать свои страсти и желания. Высшая цель человека в даосизме заключается в том, чтобы познать Дао, а затем слиться с ним.

Что такое Дао

Это очень абстрактное понятие. Дао не имеет ни формы,

это Высшее бытие, недоступное для постижения. Дао регулирует борьбу космических противоположностей - сил Инь и Ян. Оно одновременно находится в состоянии движения и покоя. Существует несколько принципов следования Дао:

• Недеяние (увэй) - достижение результата через отказ от действия
• Естественность - каждый должен быть самим собой и с осторожностью относиться к миру
• Бесформенность (твердое - спутник смерти; мягкое - спутник жизни)
• Превращение вещей - мудрый человек способен превратиться в любую вещь

Концепция восточной философии даосизм заключается в соблюдении нескольких догм, одной из которых является Невмешательство (принцип Ву Вэй). Истинный даос не станет тратить свое время и силы на благодеяния и на бессмысленные попытки изменить мир.

Даос наблюдает происходящее со стороны и не вмешивается в естественный ход событий. Он будет действовать только в том случае, если что-то требуется ему самому или его близким. Сила даоса заключается в том, что он растворяется в существующей реальности, не пытаясь ее изменить.

Пантеон даосизма

Есть мнение, что божества, характерные для этой религии, являются персонификацией космических сил. Даосский пантеон имеет строгую иерархию, все божества подразделяются на «посленебесных» и «прежденебесных».

Во главе пантеона находится «триада чистых», символизирующих сферы горнего мира (Дао). Следующую ступень занимает управитель человеческих судеб - нефритовый император Юй-ди. Ему равна по рангу хранительница врат жизни Си Ванму, обитающая на горе Куньлунь.

В даосском пантеоне есть многорукое божество Доу-му, считающееся покровителем алхимиков и врачей. Доу-му управляет энергиями, циркулирующими в человеческом теле, а также движением звезд. Заслуживает внимания правитель мира мертвых Тай-и тяньцзунь. Даосский аналог подчиняется нефритовому императору Юй-ди.

Священная книга даосов

Рассматривая символы и традиции даосизма, нельзя не уделить внимания священной книге под названием Дао дэ цзин. В переводе на русский язык ее название можно трактовать, как «Книга пути и достоинства». Ключевой идеей данного трактата является «небесная воля», исключающая возможность постороннего вмешательства.

Принято считать, что автором книги Дао дэ цзин является Лао-Цзы. Хотя историк Сыма Цянь высказывал мнение, что этот трактат мог написать Лао Лай-Цзы, бывший современником Конфуция. Также есть мнение, что данная книга могла быть создана в эпоху Чжань-го (4-3 вв. до н.э.) и, следовательно, она не могла иметь отношения к Лао-Цзы.

Даосизм – одна из самых древних религий на Земле. Его истоки уходят корнями в архаичные шаманские практики. По легенде, основы даосизма заложил Желтый император – Хуан Ши.

Китайский ученый сумел систематизировать и описать догмы и ритуалы этого учения в своей книге «Трактат о пути и его проявлениях во Вселенной».

Анализируя научное наследие Конфуция, можно заметить, связь жизненного пути философа и его идей. Но провести аналогичные параллели между творчеством и жизнью Лао–цзы невозможно, потому что его биография абсолютно неизвестна историкам. Древняя легенда гласит, что он родился от солнечного и лунного лучей, которые коснулись его матери. При этом родился он уже пожилым человеком, поскольку мать носила его в своем чреве несколько десятилетий. Поэтому его имя переводят как «Старый ребенок». По преданию, едва родившись, философ стал проповедовать учение Дао.

Что такое Дао?

Дао – это вечный путь, нескончаемая дорога без конца и края, которая проходит везде и нигде, неизвестно куда она ведет и где кончается. Дао – это вечный Абсолют, все подчинено только ему, даже Небо действует по законам Дао. Вечный путь – это также и вечное движение, поскольку в природе ничто не бывает в состоянии покоя, все постоянно течёт и изменяет. По этим же законам живёт человек.

Величайшее счастье, по мнению Лао-Цзы и его последователей, заключается в познании Дао и вечном слиянии с ним. Человек, постигший Дао и подчиняющийся его законам, обретает бессмертие. Для того чтобы понять Дао, нужно соблюдать ряд правил, касающихся питания тела и питания духа, а также соблюдать концепцию недеяния .

Человек – это собрание божественных духов и демонов, которые постоянно борются за обладание его душой. Если он кормит духов своими добрыми поступками, происходит усиление души и приближение к Абсолюту, а если человек увеличивает число демонов злыми деяниями, душа слабеет и удаляется от Дао.

Питание тела – это соблюдение особой диеты, которая заключается в практически полном отказе от физической пищи. Постоянными физическими тренировками человек должен довести свое тело до полного подчинения разуму и научиться питаться собственной слюной и росой трав и цветов.

Третий постулат Дао – концепция ничегонеделания — заключается в отказе от целенаправленной деятельности, поскольку природа сама все устраивает, так как нужно Небу и Дао, а вмешательство человека только губит всё созданное природой. Основываясь на этой идее, Лао-Цзы выводит следующую формулу, применимую к политической жизни общества: самый лучший правитель тот, кто старается ничего не делать и не менять в государстве, его подданные живут по воле Неба и сами решают собственные проблемы.

Формы проявления даосизма

Даосизм существовал в нескольких формах, каждая из которых удовлетворяла интересы отдельного слоя общества:

Философско-этическая - помогала самовыражаться образованной аристократии, позволяла понять и объяснить чувства и суть мировоззрения, цену человеческого бытия и цели пребывания каждого человека на земле.

Мистическая – воспитывала малообразованные слои населения, которые шли к монахам за советами и помощью в решении каждодневных бытовых проблем. Эта форма прививала нравственные ценности и определённые нормы поведения.

Научная – в поисках мифического эликсира бессмертия даосские монахи изобрели множество полезных предметов и веществ. Порох, стекло, компас, стенобитные орудия и многое другое появилось благодаря изысканиям этих удалившихся от мира людей. Также в рамках даосизма появлялись первые теории возникновения земли и неба, людей и всех живых существ.

В наши дни чрезвычайно популярно зародившееся в глубокой древности учение – фэншуй, которое связывает воедино стихии и судьбы людей, а также боевое учение – у-шу и дыхательная гимнастика – цигун. Все эти практики выросли на базе даосизма.

Кратко об основных идеях даосизма

Даосизм зародился намного раньше конфуцианства во времена еще более жестоких междоусобных распрей и борьбы за власть. Главная идея даосизма заключается во всеобщем равенстве людей, равных правах на жизнь и свободу. Эти идеи сразу привлекли к новой религии множество сторонников из низших слоёв населения.

Бедняки, исповедавшие даосизм, надеялись, что скоро возникнет новое общество, основанное на принципах справедливости и гармонии. Под лозунгами даосизма даже проходили крестьянские волнения. Одним из самых известных восстаний в Древнем Китае было, так называемое, «восстание желтых повязок», проходившее под руководством даосского монаха. Целью этого восстания было свержение существующего политического строя и образование нового государства — всеобщего равенства и социальной справедливости.

Главная задача даосизма состоит в том, чтобы открыть людям глаза на цели их появления на свет, научить различать добро и зло, открыть секреты мироздания, научить жить в гармонии с природой и вселенной.

Еще в Средние века в Китае была создана целая сеть даосских монастырей, где проживали люди, полностью отошедшие от мира и посвятившие свою жизнь служению Небу и вечному Дао.

Монахи жили изолированно и не допускали непосвященных к лицезрению своих ритуалов. Их обряды всегда интересовали простых смертных, но монахи свято хранили свои тайны и передавали свои секреты только посвящённым ученикам.

Монастыри состояли из множества изолированных небольших полутемных келий, в которых монахи предавались размышлениям в попытках познать вечное Дао. Они иначе смотрели на социальные преобразования. Поскольку даосизм проповедует принцип неделания, то любые попытки изменить мир рассматривались как посягательство на основы вероучения, а созерцательность и уединение, наоборот, помогают слиться с Абсолютом и прожить тысячу лет в гармонии с Небом.

Поэтому особо рьяные последователи учения уходили в горы и вырубали себе каменные кельи, чтобы в полном уединении добиться бессмертия. Причем даосизм, наверное, единственная религия, которая не использует понятия Рая и Ада. Рай – это и есть бессмертная жизнь, дарованная великим Абсолютом, проведенная в размышлениях и созерцании чудес мироздания.

Мужское и женское начало в даосизме

В наши дни практически всем известно о женском и мужском начале в китайской философии – Инь и Ян. Еще в четвертом веке до нашей эры даосские монахи сумели изобразить круг, состоящих из двух начал: темного — женского и светлого — мужского.

Монахи считали, что эти два понятия нераздельны и не могут существовать друг без друга, так и жизнь каждого человека не может быть ни только светлой, ни только темной. Для женского начала характерно спокойствие и равновесие, а для мужского - активность, мощь и активный образ жизни.

Монахи считали, что эти два начала полностью дополняют друг друга, а если в человеке преобладает какое-либо одно, то жизнь его не может считаться правильной и он не сможет достичь Дао.

Обряды в даосизме

В отличие от всех других религий, даосизм не имел пышных и торжественных ритуалов, даосы проповедовали обращение к живой природе и принцип созерцательности. На обрядах не могли присутствовать непосвящённые. По этой причине и не существует даосских храмов. Единственными религиозными постройками даосов были только монастыри.

В настоящее время в Китае довольно много последователей данного учения, постоянно открываются новые монастыри и порой монахи демонстрируют свои достижения в овладении боевыми искусствами перед зрителями.

Даосизм – национальная религия Китая, которая наряду с этико-политическим учением конфуцианства и пришедшим из Индии буддизмом составляет так называемую триаду учений (сань цзяо), которые и лежали в основе духовной культуры Китая на протяжении тысячелетий. Однако, сказать о даосизме только это – значит ничего не сказать. Ибо слово “даосизм” вызывает у человека, знакомого с китайской культурой, самые разнообразные и разнородные ассоциации. Это и стремление к единению с природой, возвращению к первозданной простоте, естественности, отображенное во множестве поэтических текстов и живописных свитков. Это и глубина философских размышлений о сущности бытия и внутренних принципах его вечного движения. Это и таинства даосской алхимии, направленной на создание эликсира бессмертия. И, наконец, это сам человек, следующий даосскому учению, – созерцатель-подвижник и обескураживающий парадоксами юродивый, мыслитель и поэт, политик и ученый.

Столь же сложной, многогранной, как и сам даосизм, является и его история, как бы воплотившая в себе принцип единства многоразличного. Говоря о китайской культуре, мы привыкли рассматривать ее как некий монолит, нечто единое и цельное. Однако, это совершенно неверно применительно к китайской древности. Подобно тому, как сам Китай (тогда царство Чжоу) был разделен, начиная со второй половины первого тысячелетия до н. э. и до iii в. до н. э., когда была создана единая империя, на множество отдельных, враждовавших между собой царств, так и культура его являла собой картину значительного многообразия; существовало несколько типов культур, только позднее сплавленных в великом общекитайском синтезе. В наибольшей степени отличались друг от друга культуры севера и юга Китая. Если для севера, давшего начало конфуцианству, характерно внимание к этической проблематике и ритуалу, рассудочное стремление к рациональному переосмыслению архаических основ цивилизации, то для юга (царство Чу, южная часть бассейна реки Янцзы) – господство стихии мифопоэтического мышления, процветание экстатичности шаманских культов. И даосизм, созревший видимо в лоне южной традиции, соединил в себе материнскую стихию экзальтированной архаики юга и отцовскую стихию рационального севера. Первая дала ему содержание, вторая наделила формой, предоставив созданный ею философский способ освоения творческих потенций. Без южной традиции даосизм не стал бы даосизмом, без северной – не сумел бы сказать о себе языком великой культуры и книжной образованности.

К iv – iii вв. до н. э. даосизм из стихии архаических культов и неупорядоченных мировоззренческих представлений выступает на сцену китайской культуры. Он сразу же заговорил о себе языком философии, но философии, не чуждавшейся притчи, языком мифологического образа, переосмысленного в духе новой эпохи, языком вызывающего изумление парадокса. Первым даосским философом (а иногда и основателем даосизма) традиционно считается Лао-цзы (Ли Эр, Лао Дань), живший, по преданию, на рубеже vi – v вв. до н. э. Перед тем, как уйти навсегда из Китая на запад, он оставил у начальника заставы Инь Си (Гуань Инь-цзы) изложение своего учения под названием “Дао-дэ цзин” (“Каноническая книга о пути Дао!! и его благой силе де”). Однако, Лао-цзы уже в древности казался фигурой полу мифической, а его прозвание (Лао-цзы означает или Престарелый мудрец, или даже Престарелый ребенок) открыло широкие возможности для мифотворчества. Так, одна из легенд говорит, что он пробыл в утробе своей матери 81 год и родился уже мудрым старцем, за что и получил свое прозвище.

На рубеже новой эры Лао-цзы под именем Лао Цзюнь – Престарелый государь – был обожествлен в качестве воплощения первоначала мира – великого Дао Пути, а его книга получила статус текста откровения. Оставляя открытым вопрос об историчности прототипа легендарного Престарелого ребенка, отметим только, что большинство ученых считает, что в любом случае он не мог быть автором “Дао-дэ цзина”, который написан не в vi – v, а в iv – iii вв. до н. э. Но о чем же возвещает откровение Лао-цзы, чему учит “Дао-дэ цзин”? “Путь, который можно пройти, не есть настоящий Путь. Имя, которое можно назвать, не есть постоянное Имя. Безымянное – Неба и Земли начало. Именуемое матерью сущего стало. В неявном тайну вещей созерцать стремись, а в явном – предел бытия созерцать стремись. Те двое родятся вместе, но их имена различные. Их вместе назову я Сокровенным. И Сокровенное вновь Сокровенным стало. Таковы врата всех тайн”, – говорится в первом разделе (чжане) “ Дао-дэ цзина” (§ 1). Прежде всего, здесь речь идет о едином первоначале всего сущего – субстанции и одновременно мировой закономерности Дао (досл. – “Путь”). Это понятие дало название и всему даосизму (кит. Дао цзяо – “учение Пути”). Впрочем, ничего собственно даосского в самом понятии Дао нет. Это одна из важнейших категорий всей китайской культуры. Специфично лишь ее осмысление даосизмом. Если в конфуцианстве Дао – путь нравственного совершенствования и правления на основе этических норм, то в даосизме Дао космологизируется, приобретя значение высшего первопринципа, мировой субстанции, источника бытия, всего сущего. Здесь же следует добавить, что ни автор “Дао-дэ цзина”, ни другие древние даосы свое учение даосизмом не называли. Это название появляется позднее в исторических сочинениях для обозначения философии Дао пути и закрепляется в ходе объединения различных даосских направлений в рамках единой религии. Точнее, речь должна идти об их осознании себя представителями единой религии, поскольку полного объединения не было и даосизм всегда существовал в виде отдельных школ и направлений.

Но вернемся к “Дао-дэ цзину”. В первом его разделе, говорится о двух аспектах Дао: именуемом и не именуемом, порождающем вещи и “вскармливающем” их. Последнее позже получает название дэ – благой силы Дао, его энергии. Весь мир оказывается как бы проявлением, развертыванием Дао, Путем, воплощенным в сущем. Каждая вещь, дойдя до предела своего созревания, вновь возвращается в сокровенную глубину первопринципа Дао. Однако, человек может сходить с этого Пути, отступать от него, нарушая первозданную простоту естественности как своего бытия, так вселенной. Проявляется это и в приверженности к многознанию, созданию усложненных социальных институтов. Призыв “Дао-дэ цзина” – возвращение к изначальной природе, опрощение и естественность. И выражен этот призыв прежде всего в понятии “недеяние”(у вэй). Впрочем, он отнюдь не означает бездействия, оцепенелого квиетизма. Точнее, у вэй означает отказ от нарушения собственной природы и природы сущего, отказ от несообразной с природой, основанной исключительно на эгоистическом интересе субъекта, целеполагающей деятельности и вообще снятие всякой изолирующей субъективности во имя включенности в единый поток бытия.

Важно отметить, что в средние века призывы возвращения к естественности нередко становились лозунгами мощных крестьянских восстаний, руководимых той или другой даосской сектой: ведь природа не знает неравенства и угнетения, равно как и государственных институтов . Так формировалась даосская утопия с ее идеалом “великого равенства-благоденствия” (тай пин), восстанавливающего не только социальную справедливость, но и утраченную мировую гармонию. Кроме Лао-цзы, вспомним и другого даосского мыслителя – Чжуан-цзы (iv – iii вв. до н. э.), автора трактата, названного поего имени. Впрочем, “Чжуан-цзы” даже не хочется называть сухим словом “трактат”: так много в нем парадоксов, притч, эксцентричных и мифологических образов, перетолкованных в духе даосской философии, и литературного блеска. Приведем два примера. Первый – описание “божественных людей”, прообразов будущего идеала даосской религии – бессмертных, живущих на горе Мяогуе. Их кожа бела, как снег и лед, а красота подобна красоте “девы из терема”. Они питаются только ветром и вкушают лишь росу, делают урожаи обильными, а животных здоровыми. И при великом потопе, когда вода зальет мир, и в великую сушь, когда расплавятся даже камни, они не погибнут. А из праха из-под их стоп можно вылепить множество людей, подобных Яо и Шуню – героям конфуцианства, образцам морали и гуманного правления.

Второй пример – космогонический миф (миф о происхождении мира), помещенный в контексте даосского учения о вмешательстве в природу вещей как источнике гибели и разрушения. В мифе рассказывается, что был некогда император Центра Хаос (Хуньдунь).

В гостях у него часто бывали император Севера Поспешный и император Юга Внезапный, и Хаос хорошо угощал их. Они решили отблагодарить его за это. Хаос был безвиден, тогда как у всех людей есть семь отверстий (ноздри, уши, рот, глаза). И императоры в благодарность Хаосу стали сверлить ему каждый день по одному отверстию. На седьмой день Хаос умер. Есть в “Чжуан-цзы” и антитехнократические выпады, удивительные для глубокой древности, но актуально звучащие ныне. В одном фрагменте рассказывается о крестьянине, который предпочел ручной труд техническому приспособлению, чтобы не получить “машинное сердце и не превратиться в машину”. В другом говорится об осуждении мудрецом Гуан Чэнцзы знаменитого Желтого императора (Хуан-ди) за то, что тот, пытаясь управлять силами природы, нарушил чередование сезонов и правильное выпадение осадков. Несомненно, что “Чжуан-цзы” – шедевр не только китайской классической философии, но и мировой литературы. Для мировоззрения “Чжуан-цзы” огромное значение имела концепция “уравнивания сущего” (ци у), согласно которой мир представляет собой некое абсолютное единство. В нем нет места четким границам между вещами, все слито друг с другом, все присутствует во всем. В этом мире нет никаких абсолютных величин, ничто само по себе не является ни прекрасным, ни безобразным, ни большим, ни малым, но все существует только относительно чего-то другого и в теснейшей внутренней связи и взаимообусловленности с ним. Отсюда и знаменитый релятивизм “Чжуан-цзы”. Однако, даосизм не был бы религией, если бы не ставил перед собой цели указать путь к сверхъестественному совершенству. Таким путем и стало сформировавшееся к началу нашей эры учение о бессмертии и путях его обретения. Для традиционной китайской культуры нехарактерна вера в бессмертие души.

Реальным признавалась только единая психофизическая целостность живого существа. Сам дух понимался вполне натуралистически: как утонченная материально-энергетическая субстанция – пневма (ци). После смерти тела она рассеивалась в природе. К тому же даосизм унаследовал от шаманизма учение о множественности душ – животных (по) и мыслящих (хунь). Тело выступало единственной нитью, связывающей их воедино. Смерть тела приводила к разъединению и гибели душ. Поэтому уже в глубокой древности огромное значение придавалось средствам продления физической жизни, а долголетие (шоу) стало одной из важнейших ценностей китайской культуры.

Постепенно возникла вера в возможность обретения бессмертия через употребление особых снадобий растительного или минерального происхождения. Существовали и представления о наличии в океане особых островов, населенных бессмертными, а знаменитый император, объединитель Китая Цинь Ши-хуан (iii в. до н. э.), даже посылал морскую экспедицию с целью отыскать такой остров. Однако, даосизм не удовлетворился идеалом простого физического, пусть и бесконечного, продления жизни. Истинный даосский бессмертный (сянь, шэньсянь) в процессе движения по пути бессмертия радикально трансформировал, преображал свое тело, которое, согласно даосскому учению, приобретало сверхъестественные силы и способности: умение летать по воздуху, становиться невидимым, одновременно находиться в нескольких местах и даже сжимать время. Радикальной трансформации подвергалось и сознание в процессе занятия даосской медитацией: бессмертный в полной мере ощущал и переживал даосскую картину мира, реализовывая идеал единства (единотелесности) со всем сущим и с Дао как таинственной первоосновой мира. Даосизм выделял три основных типа бессмертных: 1) Небесные бессмертные, восходившие на небо и становившиеся небесными чиновниками во дворцах Полярной звезды и созвездия Большой Медведицы ; 2) земные бессмертные, оставшиеся на Земле и жившие или на священных “знаменитых горах” (мин шань), или в особых “пещерных небесах” (дун тянь), напоминавших параллельные пространства современной фантастики, особенно романов К. Саймака; 3) бессмертные, “освободившиеся от трупа”, т. е. святые, преобразившие свою плоть через смерть и последующее воскресение.

Вера в “освобождение от трупа”, несомненно, восходила к архаическим обрядам посвящений, предполагавшим веру в мистическую смерть и воскресение к новой жизни в процессе совершения обрядов. Интересно, что, по свидетельству католических миссионеров, вера в “освобождение от трупа” препятствовала китайцам даосам принять христианство, поскольку в воскресении Христа они не видели никакого чуда.

Путь к бессмертию по даосскому учению предполагал занятия сложными методами особой психофизической тренировки, во многом напоминавшей индийскую йогу. Она включала в себя как бы два аспекта: совершенствование духа и совершенствование тела. Первый заключался в занятиях медитацией, созерцании Дао, единства мира и единства с миром и с Дао самого практикующего.

Применялись и различные сложные визуализации божеств, символизирующих собой особые, более высокие, нежели профанические, состояния сознания. Второй заключался в особого рода гимнастических (Дао инь)и дыхательных (син ци) упражнениях, соблюдении принципов своеобразной сексуальной гигиены (для поддержания энергетического баланса организма) и занятиях алхимией.

Собственно алхимия и считалась высшим путем к обретению бессмертия. Алхимия разделялась даосами на два типа: “внешняя” (вайдань) и “внутренняя” (нэй дань). Из них только первая являлась алхимией в собственном смысле этого слова. Она предполагала создание в реторте как бы модели космоса, в котором под действием огня вызревает эликсир бессмертия.

Иногда функцию эликсира могло выполнять волшебное алхимическое золото, полученное, как верили даосы, в процессе превращений других металлов. Главное отличие китайской алхимии от европейской – ее исходная теснейшая связь с медициной: в китайской алхимии даже золото “изготовлялось” как эликсир бессмертия. Вместе с тем, в состав даосских эликсиров очень часто входили различные ядовитые вещества(ртуть, свинец, мышьяк и др.), в результате чего некоторые приверженцы алхимии умерли преждевременной смертью . Не избежали этой участи и некоторые императоры, стремившиеся к обретению бессмертия. И тем не менее, даосскими алхимиками был накоплен ценнейший эмпирический материал в области химии и медицины, значительно обогативший традиционную китайскую фармакологию.

К x в. “внешняя” алхимия пришла в упадок и ей на смену пришла “внутренняя” алхимия. Она представляла собой алхимию лишь по названию, поскольку в действительности была ничем иным, как упорядоченным комплексом сложных психофизических упражнений, направленных на трансформацию сознания адепта и изменение ряда его физиологических параметров. Не случайно поэтому “внутреннюю” алхимию называют иногда “даосской йогой”.

Однако, она заимствовала у собственно алхимии ее терминологию, способы описания практики, сделав названия минералов и веществ символами психофизических процессов и структур. Это привело к тому, что на первый взгляд трудно отличить собственно алхимический текст от трактата “даосской йоги”. Последователи “внутренней” алхимии исходили из положения о полном подобии микрокосма и макрокосма, человеческого тела и Вселенной.

А раз в теле человека есть все, что есть в космосе, то нет никакой необходимости создавать его модель в тиглях и ретортах: само тело является такой моделью. Следовательно, можно создать новое бессмертное тело из веществ, соков и энергий собственного тела. При этом данные субстанции были через процедуру символического соотнесения уподоблены веществам“внешней” алхимии. Особое значение в практике “внутренней” алхимии уделялось управлению энергиями, протекающими согласно ее теории по особым каналам (цзин) тела, аналогично меридианам акупунктуры, и накапливающимися в особых резервуарах – “киноварных полях”(дань тянь), напоминающих чакры индийской йоги. Всего выделялись три таких “поля”: в голове, в районе солнечного сплетения и ниже пупа. При этом нижний центр считался основным. Управление же энергиями достигалось посредством соединения дыхательных упражнений с концентрацией сознания и визуализацией упомянутых парафизиологических структур.

Большинство этих упражнений весьма близки упражнениям и сегодня выполняемым в рамках дыхательной гимнастики ци гун. Подобно “внешней” алхимии“внутренняя” алхимия также дала большой материал для китайской медицины; многое из этого наследия и сейчас пристально изучается врачами и психологами КНР. Вся даосская литература: философские тексты, сочинения по религиозной практике, книги по магии и астрологии были со временем собраны воедино и составили гигантского объема “Сокровищницу Дао”, или “Даосский канон” (“ Дао цзан”), окончательно сформировавшийся в xv – xvii вв.

Его тексты являются ценнейшим источником для изучения всех аспектов даосизма и исследуются учеными многих стран мира, в том числе и нашей страны. Как уже говорилось, даосизм исторически существовал в виде отдельных школ и направлений. Наиболее известной из них является школа Небесных наставников, или школа Пути истинного единства (Чжэн и Дао), созданная в середине ii в. даосским магом Чжан Даолином. Согласно легенде, на горе Хэминшань (современная пров. Сычуань) ему явился обожествленный Лао-цзы и объявил его небесным наставником – своим наместником на земле.

Для этой школы характерна развитая практика богослужений – литургий, наделенных сложным символическим значением . Они проводились для обновления стихий космоса и являли собой как бы алхимическое действо, представленное в виде религиозного ритуала.

В iv в. появились школы Маошань и Линбао, придававшие большее значение отшельничеству и личному самосовершенствованию.

В xii в. в даосизме происходит своеобразная реформация, приведшая к появлению новых школ, важнейшая из которых – школа Учения совершенной истины (Цюань чжэнь цзяо) – остается ведущей в даосизме и поныне. Эта школа особенно подчеркивает необходимость нравственного совершенствования, занятия медитацией по образцу буддийской школы Чань (дзэн), требует от духовенства безбрачия и принятия монашеских обетов. Из этой школы вышел знаменитый монах Чанчунь (xiii в.), встречавшийся с Чингисханом и пытавшийся наставить возжелавшего бессмертия монарха на путь соблюдения даосских этических норм. Чанчунь является также основателем Байюньгуаня – Монастыря белых облаков в Пекине, в настоящее время являющемся центром даосизма в КНР. Впрочем, монашество и монастыри не были органически присущи даосизму и возникли в нем во многом под влиянием буддизма. Более того, ряд даосских школ не признает института монашества и требования безбрачия. Однако, преобладание, начиная с позднего средневековья, в даосизме школы Учения совершенной истины обусловило господствующие позиции именно монашеского даосизма в поздний период его истории.

Даосизм остается живой религией и в настоящее время. В 1957 г. в КНР была создана Всекитайская ассоциация последователей даосизма (Чжунго Дао цзяо сехуэй). Закрытая во время“культурной революции”, Ассоциация возобновила свою работу с1980 г. Ее председателем является один из старейших и авторитетнейших даосских монахов Ли Юйхан. Центр Ассоциации – Байюньгуань в Пекине, кроме него в стране действуют и другие многочисленные храмы и монастыри этой школы. Ассоциация издает свой журнал, ведет религиозную, проповедническую и научную работу. В частности, она планирует издать выполненное даосскими учеными исследование истории даосизма. Даосизм оказал значительное влияние на все аспекты духовной культуры Китая, и без знания его невозможно по-настоящему понять ни литературу, ни искусство, ни традиционную науку Китая. Глубоким было влияние даосизма и на другие страны дальневосточного культурного ареала: Корею, Японию, Вьетнам, образованные люди которых знали и ценили классические тексты даосизма, прежде всего, его философские памятники. Таким образом, даосизм значим не только для китайской культуры. Он внес свой вклад и в культуру сопредельных стран , а также, разумеется, и в общекультурный фонд всего человечества.