Подготовка детей к причащению. Причастие в церкви: как подготовиться к обряду

Как часто причащать младенца? Можно ли причащать детей насильно? Почему ребенок отказывается от причастия? Как ребенку поститься, и нужно ли? В публикуемой статье протоиерей Георгий Крылов, настоятель храма Новомучеников и исповедников Российских в Строгино, отвечая на эти вопросы, предлагает пути решения трудностей, возникающих в процессе воцерковления младенцев.

В нашем храме количество причастников-детей чаще всего превосходит количество взрослых. Спальный район… Гигантская толпа родителей с младенцами поначалу умильно действует на священника. Затем увлекает прагматическая сторона: можно сделать фотографии, повесить на стенде, показать Владыке… И в конце концов не отвертишься от главного вопроса: что делать-то? Ведь вопросов, связанных с причастием детей, - множество, и решать их как-то никто особенно не собирается. Для начала нужно хотя-бы «проговорить» эти вопросы.

Самый главный вопрос я облеку в медицинские термины : как употребить лекарство, чтобы от него был толк? На виду многочисленные и наглядные истории о растущих на приходе детках. Как маленький ангел со сложенными ко причастию ручками постепенно превращается в великовозрастного негодяя, издевающегося над матерью (чаще всего приходится говорить в этом случае именно о матерях-одиночках) и усердно топчущегося по всему тому, что ей дорого и для нее свято. Почему же так, батюшка? Ведь причащала в детстве, просфорки давала, молилась?Подобных примеров не менее десятка у каждого священника. И ответы на эти вопросы заготовлены - слишком часто отвечать приходится. Но ответив другим, ответите ли себе? Ведь феномен юношеского расцерковления затронул и священнические семьи. И подчас интеллигентные, где все «правильно». Отвечать в любом случае нужно, а не списывать все на то, что, дескать, времена такие, антихрист скоро придет и прочее. Ведь фундамент души закладывается в детстве, и причины последующей юношеской потери веры надо искать там же. Конечно, сейчас время индивидуальной отчужденности, и личное христианство не может быть взращенным с детства - в юности каждый сам со всей остротой ставится перед выбором. Но максимально помочь чаду сделать этот выбор - в наших руках.

А какие времена? Если в застойные годы по-церковному воспитанного молодого человека впору было выставлять как музейный экспонат, то теперь «пачками» приходят устраиваться в храм на работу люди, воспитанные в православных семьях. Глазам не верится! Такого никому лет двадцать назад и в райском сне не приснилось бы! Ведь совсем недавно «разрешили», а уже выросло целое поколение, второе назревает! Так что на время «неча пенять», коли душа крива.

Так где же все-таки кривизна? Вернемся «к началу», к детскому причастию. Младенца до года-двух нужно просто причащать (хотя это порой и непросто, как справедливо отметила Анна Гальперина). Причащать почаще - обычно советуешь каждый месяц (а то и чаще - хоть каждую литургию!). Маме при этом самой нужно забыть о богослужебной молитве - практически организовать привоз ребенка можно только к моменту причастия, но даже если и раньше, то немного обрящется подвижниц, способных выстоять с ребенком на руках Литургию. И с чужими людьми грудничка не оставишь… Если говорить о практике, то в глазах наглядная картина «чередующихся» родителей: один с ребенком в коляске на улице, другой - в храме на молитве: сегодня твоя очередь. Хорошо, если при храме есть где перепеленать, памперс поменять, подмыть и проч. А если грудничок не первый, и рядом бегает табунчик сорванцов, намеревающихся разобрать храм по винтикам? Но именно «грудничковый» этап воспитания принципиально важен, потому что если его не было, все последующие этапы могут быть под вопросом. Потому что потом ребенок может просто не дать себя причастить.

Теперь перейдем к следующему этапу - от двух и старше. Можно ли причащать детей насильно? И нужно ли? Могу дать подробную инструкцию , как это сделать (опытные протоиереи организовывают такое причастие мастерски - при помощи, конечно, диаконов и алтарников). Во-первых, фиксировать руки (лучше связать), затем раздвинуть сжатые зубы. В-третьих, сразу после причастия закрыть платом рот - чтобы не выплюнул! И при этом крепко-крепко держать, лучше вдвоем или втроем. Вам это описание ничего не напоминает? Что-то из инструкций по Освенциму… Или еще вспоминаешь практику насильного причастия староверов, которая существовала в XVIII веке.

Я стараюсь не причащать детей насильно. Потому что были прецеденты, когда после такого причастия ребенка потом вообще невозможно было поднести к храму - он начинал кричать и сопротивляться (кричит «бяка» - вот такое детское кощунство по отношению к причастию). Так что лучше не провоцировать… Советую готовить. Как? Поводить - без насилия - ребенка в церковь к моменту причастия несколько раз, в праздники, когда причащается много детей его возраста, чтобы он на это посмотрел. Коллективная психология сработает, и ребенок причастится вместе со сверстниками. Разговаривать с ребенком - на его уровне объясняя смысл причастия. Вообще приучить его к церкви - чтобы не боялся, приходил, ставил свечи, играл со сверстниками (при храме, а не в храме, естественно) и проч. Чтобы ему хотелось приходить в храм.

Почему ребенок отказывается от причастия? Дело не только в том, что ребенка не приучили с младенчества, что он от природы осторожен или запуган с детства (обычно принимает священника за врача и ждет, что ему сейчас сделают больно). Бывает, что с детства приученный к причастию младенец позже начинает буянить и не хочет причащаться. Причиной может быть незнакомый священник или новый храм. Но не только. Поэтому я всегда в случае крика младенца пытаюсь оставить маму для беседы. Чтобы объяснить, что ребенок связан с мамой во младенчестве гораздо более тесно, чем впоследствии. Что все элементы воспитания (внешние и внутренние) в данной ситуации важны. И что подчас причину крика младенца маме надо искать в собственной душе.

Перечень советов известен: освятите дом, выключайте хотя бы иногда телевизор и громкий рок, ласкайте ребенка, живите по-христиански сами, наконец! Покажите ребенку своим примером, как причащаются. Не курите, не пейте, будьте мирны, молитесь. Окружите ребенка святыней. И проч., проч., проч… Советовать легко - выполнить непросто. Как бы научиться давать посильные советы, советы любви, а не законнического надмения.

Вообще беседы с мамами младенцев просто необходимы, хорошо бы при храме иметь некую организацию для мам (клуб «Первые шаги», например). Потому что когда женщина становится матерью, она духовно «открывается». Да и трудно духовно не открыться, общаясь с таким маленьким чудом. Поэтому часто мамы через собственных младенцев приходят в храм. Цепочка такова: по совету подруг начинают причащать младенцев, а затем доходят до первой исповеди и сами. Хорошо, если так, но часто бывает и по-другому: приносящие младенцев сами и не крещены, и не воцерковлены, и даже не пытаются двигаться в этом направлении - считают это ненужным. Это магическое отношение к причастию - причастить, чтобы ребенок не болел. Тут поле для нашей, священнической, деятельности. И, может быть, вполне возможно вспомнить средневековую практику причащения младенцев, когда за них перед их причастием говели родители (постились, и молитвенное правило читали! - эту традицию сохранили и староверы). И рассказать об этой практике современным мамам, чтобы дать понять, насколько связано духовное состояние мамы с состоянием младенца…

Большая часть проблем с причастием в период «от двух и старше» - это исправление несделанного во младенчестве. Однако не только это. Тут уже встает вопрос о сознательном участии в Таинстве и о подготовке к нему. Главной и основной причиной последующего расцерковления детей обычно называют отсутствие внутреннего христианства у родителей. Внешнее, обрядовое участие в Таинстве противопоставляется сознательному участию, с подготовкой. Но как можно подготовить «взросленького» младенца? Вначале скажем о богослужении.

Родительское невнимание и приходская неорганизованность почти ежевоскресно приводят к одной и той же картине: наигравшаяся на улице толпа «взросленьких» младенцев продолжает свою игру в храме при причастии, пролезая вперед и отталкивая партнеров по игре, в игровом раже не слыша священнических окриков, - о какой сознательности можно говорить в подобной обстановке? Начинаются бесконечные проповеди священника, обращенные к родителям: о бесполезности для ребенка простого обрядового причащения, о необходимости готовить детей, объяснять и проч.

В то время, когда дети играют «в индейцев» на подступах к храму, родители их обычно молятся в храме. А как иначе? Дети и дома надоели - хоть здесь от них отдохнуть. Заставить их стоять в храме рядом с родителями - не заставишь! На самом деле в храме нетрудно организовать, чтобы «и волки были сыты, и овцы целы». Необходимо организовать институт волонтеров, которые бы присматривали за детьми, пока родители их молятся. И не просто присматривали - отвечали бы за детей, сданных им под надзор на прихрамовую детскую площадку. Чтобы родители забрали его за некоторое время перед причастием (кое-где волонтеры и не беспокоят родителей, а организованно ведут своих «овечек» к причастию сами - благо, в некоторых храмах существует «детская» Чаша). Патриарх на одном из московских епархиальных собраний рекомендовал западную практику: дети находятся на богослужении в комнате рядом с храмом. В идеале эта комната имеет стеклянную стену: дети видят и слышат то, что происходит в храме (в комнате установлены динамики). А вот их не слышат - они не мешают богослужению. В комнате рекомендуется проводить «соответствующие игры» - до какого-то определенного момента. А потом - спеть, например, Символ веры. Или Отче наш. Немножко постоять, чтобы дети отошли от игры. В общем, как-то немного помолиться, приготовив детей к причастию. Есть некоторая неправильность в подобном подходе, но это на настоящий момент почти единственный способ решить «детскую» проблему на «многодетных» приходах.

Наиболее «благочестивые» прихожане встречают детскую комнату в штыки. Как так, ребенок не выстаивает службу в храме, а находится неизвестно где и занимается неизвестно чем, а затем причащается? Я вижу изрядную долю ханжества в этих претензиях. Конечно, существуют дети, которые с детства приучены молиться за богослужением вместе со взрослыми. Для таких детей детская комната становится соблазном. Но из двух зол, как известно, выбирают меньшее: детская комната полезна для превалирующего большинства детей и родителей. Совершенно очевидно, что из всех детей «маленьких монахов» (по слову Анны Гальпериной) не вырастить. Даже в церковных семьях «с традициями» опытные родители часто сталкиваются с индивидуумами, которых при всех «правильных» усилиях заставить стоять час в определенном возрасте невозможно. Все дело в характере и темпераменте - и это вовсе не «бесовское действие», как спешат заключить храмовые бабули. Ну а уж если «образцово-показательные» родители не могут, что говорить обо всех остальных (и сами родители то подчас едва выстаивают!). Дети, скопом загнанные в храм, превращают службу в бардак. Так что, уж извините, средневековой благочестивой картинки на практике, увы, никак не получить.

И все же к храмовой молитве детей нужно приучать - это одна из функций детской комнаты при храме. Научить хотя бы на какое-то время сосредоточиться. Постоять. Научить храмовому благоговению. Но в любом случае эта наука, конечно, должна начинаться с дома, с домашней молитвы и домашнего бытового благочестия. Про богослужебную подготовку я вроде бы написал, теперь перейду к подготовке домашней.

Как ребенку говеть? Этот вопрос соприкасается с вопросом о детском посте вообще. Нужно ли ребенку поститься? Диапазон мнений велик. От отрицания детского поста вообще (вот как вырастет - тогда; зачем лишать ребенка детства) до рекомендаций поста наравне со взрослыми (не научите поститься - потом пожалеете). Об актуальности вопроса часто говорит металл в глазах и в голосе при разговорах на эту тему. Бывают разные дети и разные семьи, поэтому однозначного ответа на эти вопросы нет…

И все же есть. У меня имеется готовый и удобный ответ на эти вопросы, который часто приходится повторять (у любого священника есть ряд заученных, красивых, но не всегда практически полезных советов ): не нужно заставлять ребенка насильно поститься и молиться - нужно воспитать в ребенке желание поста и молитвы, желание христианского подвига. Чтобы он постился и молился сам, без внешнего понуждения. Сказать легко, а вот сделать… И если откровенно говорить, за свои без малого двадцать лет пастырской практики я не встречал ни одного ребенка, у которого родителям удалось бы воспитать подобную жажду. Да, требование правильное, но уж больно невыполнимое - только в житиях можно прочитать о подобной жажде у будущих святых во младенчестве. Не скажешь же родителю: Вы обязаны воспитать святого…А много вы знаете взрослых, которые воспитали в себе подобную жажду?

Правда, жажду эту дети легко профанируют - и с подобными профанациями встречаться как раз приходится нередко. Есть категория детских характеров, которые «с лёта» учатся угождать родителям, подстраиваться под них, а родители не желают замечать этого приспособленчества, воспринимая поведение детей «за чистую монету» - как вполне искреннее. Дети остро чувствуют, чего от них хотят родители, и имитируют желаемое, получая в награду родительское благорасположение со «всеми вытекающими». Причем наука этого обмана постигается детьми очень рано, лет этак с трех и даже ранее, и учителями очень часто являемся мы сами - нам так удобнее. Поначалу этот обман устраивает обе стороны, но позже оборачивается, как и всякая неискренность, бунтом и ненавистью.

Итак, значит - насилие. Любая подготовка к причастию неизбежно будет насилием и понуждением, как, впрочем, и большая часть наших воспитательных мероприятий для детей. И надо подумать, чтобы это насилие было разумным и не вызвало со временем реакцию отторжения в детской душе. Чтобы насилие было как бы опосредованным, чтобы оно вовлекало, а не ломало. Благоговение насилием не воспитаешь - оно может родиться лишь как плод Благодати. А вот приверженность определенным правилам и постоянство воспитать можно. А также верность, мужество, терпение и еще очень многое-многое...

Да, ребенок должен понимать, на своем уровне, зачем все это нужно: все молятся - и я молюсь, как взрослый; все постятся - и я пощусь, как взрослый!И собственное детское «богословие» ему тоже необходимо - родители, подскажите, сформируйте! И отношение к причастию у маленького человека изменится, если он приложил какие-то усилия к подготовке - хотя бы отказался от конфеты с утра. Хорошо, когда окружающий мир церковной семьи нелицемерно вовлекает и увлекает ребенка - это пока единственная доступная для него вселенная, и надо, чтобы в ней не было «черных дыр». Но любое даже самое смиренное чадо рано или поздно будет стремиться выбраться за границы этой вселенной. И рано или поздно все равно придется учить его ходить самостоятельно, а не вместе с вами.

Детские психологи говорят, что три года - первый детский сложный возраст, когда маленький человек начинает ощущать себя личностью и, соответственно, бунтовать против насилия над собой, делать наоборот, вопреки. И мне приходилось встречать «благочестивый» детский бунт: А я буду делать не так, как ты, а как в церкви!Это детское бунтарство нельзя не учитывать в воспитании. Молитва и посещение храма никогда не должны восприниматься как наказание. Скорее наоборот: хочешь наказать, отлучи от общей домашней молитвы, не возьми в храм, не веди к причастию. И бунтующий ребенок всеми силами будет стремиться к запретному! Обычно младенческий бунт и истерики рекомендуется спокойно и твердо усмирить и перебороть: кнутом и пряником. Эти средства годятся, но только не в религиозной сфере! Пусть религиозное стремление станет для ребенка с «бунтарским» темпераментом не столько общественным (как все!), сколько личным (вопреки всем!) устремлением. Общественное теряется быстро, а вот личное - надолго.

Бунтарские стремления связаны вообще со стремлением к борьбе, в особенности характерным для мальчиков (но не обходящим и девочек). Как бы через все эти игрушечные пистолеты, мечи, танки и сражения со сверстниками научить свое чадо воевать с собой, с соблазнами, с растущими ростками страстей и грехов? И в этой «воинской» системе координат причащение сделать главной вершиной, которую необходимо завоевать… Дети всегда имеют собственные представления о мужестве - как бы спроецировать их в духовную сферу?

Дети живут в своем особом мире , и понятно, что их духовное воспитание превращается для нас в наше собственное воспитание. Не мы их, а они нас начинают воспитывать и учить молитве и богообщению. В любом случае это наш совместный путь, и он должен быть творческим. Это общая тропинка к Богу, которую топчем мы втроем - я, ребенок и Бог. Без экзальтированности, трезво ловить то, что в ребенке вдруг открывает Бог, и помогать этому росточку вырасти, по крайней мере не мешать ему, не погубить его собственным менторством и доктринерством. Ростки эти могут быть довольно необычными и удивительными. Я вспоминаю, как один из «моих» вдруг перестал есть мясо и рыбу (и не ел их довольно долго) - не из аскетических побуждений, а из жалости: Ведь у них же глазки!И в слезы! А почему бы и не положить этот непонятно откуда взявшийся и неправильный, «вегетарианский», но искренний посыл в основу своеобразной детской аскезы… Хотя бы не мешать!

Таинство Причастия установлено Самим Господом на тайной вечери - последней трапезе с учениками в пасхальную ночь перед Его взятием под стражу и распятием. "И когда они ели, Иисус взял хлеб и, благословив, преломил и, раздавая ученикам, сказал: приимите, ядите: сие есть Тело Мое. И, взяв чашу и благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая во оставление грехов" (Мф. 26, 26-28), "…сие творите в Мое воспоминание" (Лк. 22, 19). В Таинстве Плоти и Крови Господних (Евхаристии - греч. "благодарение") происходит восстановление того единства между природой Творца и творения, которое существовало до грехопадения; это наше возвращение к потерянному раю . Можно сказать, что в Причастии мы получаем как бы зародыши будущей жизни в Царствии Небесном. Мистическая тайна Евхаристии укоренена в Крестной Жертве Спасителя. Распяв Свою Плоть на кресте и пролив Свою Кровь, Богочеловек Иисус принес Жертву Любви за нас Творцу и восстановил падшую человеческую природу . Таким образом, причастие Тела и Крови Спасителя становится нашим участием в этом восстановлении.

Вкушение Плоти и Крови Христовых в Таинстве Евхаристии есть действие не символическое, но вполне реальное. Не все могут вместить эту тайну. Рационалисты пытаются "обойти" тайну, низводя мистику к символу. Гордецы воспринимают недоступное их разуму как оскорбление: Лев Толстой кощунственно называл причастие "каннибализмом". Для иных это дикое суеверие, для кого-то анахронизм. Но чада Церкви Христовой знают, что в Таинстве Евхаристии они под видом хлеба и вина воистину причащаются Тела и Крови Христовых в Их сущности. Действительно, человеку не свойственно употреблять в пищу сырые плоть и кровь, и потому при Причащении Дары Христовы сокрыты под образом хлеба и вина. Тем не менее под внешней оболочкой тленной материи сокрыто нетленное вещество Божественной природы. Иногда, по особому соизволению, Господь приоткрывает сие покрывало тайны, и дает видеть сомневающимся подлинную природу Святых Даров. В частности, в моей личной практике было два случая, когда Господь восхотел дать увидеть причащающимся Тело и Кровь Свою в их подлинном виде. Оба раза это были первые причастия; в одном случае человека в Церковь из своих соображений послали экстрасенсы. В другом причиной прихода в храм было весьма поверхностное любопытство. После столь чудесного события оба стали верными чадами Православной Церкви.

Как хотя бы приблизительно понять нам смысл происходящего в Таинстве Причастия? Природа творения создана Творцом сродственной Себе: не только проникаемой, но и как бы неотрывной от Создателя. Это естественно при святости тварной природы - ее изначального состояния вольного единения и подчинения Творцу. В таковом состоянии пребывают ангельские миры. Однако природа нашего мира искажена и извращена грехопадением ее хранителя и возглавителя - человека. Тем не менее она не потеряла возможности воссоединения с природой Создателя: ярчайшее свидетельство этого - вочеловечение Спасителя. Но человек отпал от Бога вольно, и воссоединиться с Ним он может также только в свободном волеизъявлении (даже на вочеловечение Христа требовалось согласие человека - Девы Марии!). В то же время обожение неодушевленной, не обладающей свободой воли, природы, Бог может совершить естественным образом , самовольно. Таким образом в богоустановленном Таинстве Причастия благодать Духа Святого в учрежденный момент богослужения (и тоже по просьбе человека!) снисходит на вещество хлеба и вина и прелагает их в вещество иной, высшей природы: Тело и Кровь Христовы. И вот теперь принять эти высшие Дары Жизни человек может, только явив свою свободную волю! Господь дарует Себя всем, но принимают Его те, кто верит Ему и любят Его - чада Его Церкви.

Итак, Причастие есть благодатное приобщение души к высшей природе и в ней к вечной жизни. Низводя эту величайшую тайну до области обыденного образа мы можем сравнить Причастие с "питанием" души, которое она должна получать после своего "рождения" в Таинстве Крещения. И как плотию человек рождается в мир единожды, а питается затем до конца жизни, так и Крещение событие единоразовое, а к Причастию мы должны прибегать регулярно, желательно не реже раза в месяц, возможно и чаще. Причастие один раз в год является минимально приемлемым, но столь "голодный" режим может поставить душу на грань выживания.

К участию в Евхаристии необходимо должным образом приготовиться. Достойное причащение требует осознанного и трепетного отношения к этому событию. До?лжно иметь благоговение перед Жертвой Спасителя и осознание своего недостоинства принятия сего великого Дара (мы принимаем Его не как заслуженную награду, но как явление милости любящего Отца). Должно быть умирение души: нужно в сердце искренне простить всех, так или иначе "нас опечаливших" (помня слова молитвы "Отче Наш") и постараться по возможности с ними примириться; еще в большей степени это касается тех, кто по той или иной причине считает себя обиженными нами. Перед Причастием следует прочесть определенные Церковью и составленные святыми отцами молитвы, которые так и называются: "Последование ко Святому Причащению"; эти молитвенные тексты присутствуют, как правило, во всех изданиях православных молитвословов (сборники молитв). Точный объем чтения этих текстов желательно обсудить с тем священником, к которому вы обращаетесь за советами и кто знает специфику вашей жизни. После совершения Таинства Причастия положено прочитывать "Благодарственные молитвы по Святом Причащении". Наконец, готовясь принять в себя - в свою плоть и в свою душу - Страшные своим величием Тайны Тела и Крови Христовых, должно очиститься телом и душой. Этой цели служат пост и Исповедь.

Телесный пост предполагает воздержание от вкушения скоромной пищи. Продолжительность поста перед Причастием, как правило, до трех суток. Непосредственно в канун Причастия до?лжно воздерживаться от супружеских отношений и с полуночи не положено вкушать никакой пищи (по сути дела не есть и не пить ничего с утра перед службой). Впрочем, в конкретных случаях возможны существенные отступления от этих норм; обсуждать их следует, опять же, индивидуально со священником.

Дети, больные и престарелые, кто не может говеть по строгим правилам, могут причащаться. Дети до семи лет не говеют и не исповедуются и желательно их причащать как можно чаще. Пожилые, больные люди, дети (до 14 лет), а также беременные женщины тоже освобождаются от строгого поста.

Само Таинство Причастия происходит в Церкви на богослужении, которое называется литургия. Как правило, литургия совершается в первой половине дня; точное время начала богослужений и дни их совершения следует узнавать непосредственно в том храме, в который вы собираетесь пойти. Обычно службы начинаются в интервале от семи до десяти часов утра; продолжительность литургии в зависимости от характера службы и отчасти от количества причастников от полутора до четырех-пяти часов. В соборах и монастырях литургии служатся ежедневно; в приходских храмах по воскресным дням и в церковные праздники.

Готовящимся к Причастию желательно присутствовать на службе с ее начала (ибо это единое духовное действо), а также накануне быть на вечернем богослужении, которое является молитвенной подготовкой к литургии и Евхаристии.

Во время литургии нужно безвыходно пребывать в храме , молитвенно участвуя в службе до тех пор, пока священник выйдет из алтаря с чашей и провозгласит: "Со страхом Божиим и верою приступите". Тогда причастники выстраиваются один за другим перед амвоном (сначала дети и немощные, затем мужчины и за ними женщины). Руки должны быть сложены крестообразно на груди, при чем правая рука должна быть на левой; перед чашей креститься не положено. Когда подойдет очередь, нужно стать перед священником, назвать свое имя и открыть рот так, чтобы можно было вложить лжицу с частицей Тела и Крови Христовых. Лжицу нужно тщательно облизать губами, и после того, как промокнут губы платом, с благоговением поцеловать край чаши. Затем, не прикладываясь к иконам и не разговаривая, нужно отойти от амвона и принять "запивку" - св. воду с вином и частицу просфоры (таким образом как бы омывается полость рта, дабы мельчайшие частицы Даров случайно не исторгнуть из себя, например, при чихании). После причастия нужно прочитать (или выслушать в Церкви) благодарственные молитвы и в дальнейшем тщательно хранить душу свою от грехов и страстей.

Протоиерей Алексий Уминский, рассказал об общих принципах подготовки детей к причащению Святых Христовых Таин, о поведении детей в храме и об отношении родителей к церковной жизни своих детей.

— В нашем храме с каждым годом все больше детей: дети разновозрастные. Именно поэтому часть родителей приходит с детьми сразу на службу, другие – к середине службы: некоторые дети ходят на занятия, некоторые – не ходят, то есть все происходит по-разному. И мне бы хотелось озвучить определенные общие принципы , чтобы у всех было понимание того, что такое служба, что такое Евхаристия.

Первое, на что хотелось бы обратить ваше внимание: я думаю, очень неправильно, когда дети причащаются без родителей . Это становится не очень хорошей традицией – просто приносить детей к причастию. А что при этом с ребенком происходит? Как он это осмысливает для себя эмоционально, ведь по-другому ребенок понимать это не может? Получается, что причащение Святых Христовых Таин для младенца – это некий почти магический акт: родители думают, что если часто причащать ребенка, то с ним все будет хорошо. Мне кажется, это результат глубокого непонимания родителями того, что происходит в храме. Понятно, что и дети, вырастая, не будут понимать смысла Литургии.

Понимаем ли мы, когда подносим своего ребенка к Святой чаше, зачем это делаем? Может сейчас кто-нибудь из родителей ответить на этот вопрос?

– Чтобы ребенок соединился со Христом, чтобы Христос участвовал в его жизни.

Вы правильно сказали: и для ребенка и для взрослого – это одно и то же, это соединение со Христом, чтобы Христова жизнь и жизнь ребенка были общими. А что за этим следует? Давайте дальше развивать эту мысль.

– Мы вручаем жизнь нашего ребенка Богу.

– Правильно. А дальше что? Вы понимаете, что в этот момент происходит огромный риск, который совершает родитель по отношению к своему ребенку? В этот момент мы отдаем своего ребенка в руки Божии, делая его участником Евангелия. Но себя вместе с ним мы в руки Божии не отдаем. Это очень важно осознать: если мы не приходим к причастию вместе с ребенком, не разделяем его с ним, в этом есть какое-то несоответствие, ущербность. Может быть, мы думаем, что причащаясь, ребенок болеть не будет? Или будет питаться благодатью и вырастет добрым хорошим человеком ? Или с ним что-то само по себе будет происходить: неведомое, мистическое, что сделает его глубоко верующим человеком помимо нас? Но это ошибочное, недостаточное, осознанно не продуманное и ущербное представление.

Ребенок действительно ничего не понимает, даже когда ему семь лет, даже в десять лет он почти ничего в этом не понимает. И думать, что само по себе в его уме, в его душе и сердце что-то происходит помимо нас – это величайшая иллюзия.

Гораздо удобнее, если дети причащаются отдельно, но ведь дети видят, как родители не причащаются, и не видят, как родители причащаются. Это очень серьезная вещь: это значит то, что мы представляем себе, как общую жизнь, остается декларативным и только. Мы потом можем сколько угодно объяснять детям, что причастие – это истинное Тело и Кровь Христовы, хотя вообще-то это никому не понятно… А тем более детям… Они воспринимают все совсем по-другому, прежде всего, эмоционально: у них работают глаза, уши в этот момент, им важно, что на них обращают внимание. И в этот важный момент родители оказываются просто – подносящими. Они не разделяют эмоциональную радость ребенка, и эта радость не идет вместе с ними домой. Вот они причастились вместе и с этой радостью возвращаются домой, вместе переживают эту радость общего причастия – этого всего нет, а это и есть самое главное. Это то, что детей учит тому, и что такое причастие, и что такое вера – что такое разделить свою жизнь со Христом. По-другому донести это до детей бывает очень сложно.

Поэтому первое, на что я хочу обратить ваше внимание, дорогие родители, давайте у нас такого не будет, и родители будут причащаться вместе с детьми.

– Что делать, если муж неверующий, много работает, дома только по выходным и я должна уделить ему время и не могу подготовиться к причастию, поэтому причащаюсь в другой день?

– Конечно, иногда приходится идти на компромиссы. Момент подготовки у детей и родителей разный, и частота причастия может быть разная, я согласен. Я понимаю, что не всегда родители и дети могут причащаться вместе, но это не должно быть превалирующим. Я против того, чтобы они причащались вместе только в виде исключения.

Главное – стремиться, чтобы семья причащалась вместе, ради этого можно в чем-то ослабить и пост, и внешнюю подготовку к причастию, но не внутреннее благоговение, состояние страха Божия. Главное – это общая жизнь , и здесь она должна быть общей.

Нашим многодетным семьям мы позволяем приезжать не к началу Литургии, но и не в самый последний момент. Можно приехать к концу службы, но все-таки не к самому причастию. Для нас очень важно, чтобы дети со всей семьей какое-то время побыли на Литургии в спокойном состоянии, чтобы не было беготни, чтобы все увидели красоту храма, послушали песнопение, чтобы для всех это, пусть небольшое время, стало временем молитвенного благоговейного состояния. Очень прошу: не прибегать в последний момент к Чаше. Родители сами должны определить, какая часть Литургии для их детей приемлема.

Может быть, это покажется странным, но я против того, чтобы детей обязательно причащали на каждой Литургии. Как это иногда происходит? Приехали в суматохе, поругались все с утра, доехали до храма к концу службы, быстро причастили и ушли… Я этого не понимаю: на Литургии никто не был, к ней не готовился… Суматоха, суета.. Но лишь бы причастить… Это тоже видится мне величайшей ошибкой: когда все выстраивается как механическое действие – есть младенец и его надо каждую неделю причащать… Почему? Зачем? Эти вопросы не задаются. И если это происходит как преодоление каких-то страшных препятствий, не надо такого. Ребенок, которого так причащают, будет кричать, вырываться, потому что родители приехали в раздраженном, озлобленном состоянии. В таком состоянии не надо приходить в храм. Вот так причащать – не надо. Пусть мы будем причащаться не каждое воскресенье, но пусть это будет семейный, нормальный, спокойный поход в храм.

Если мы сами боимся причащаться в суд или в осуждение, то зачем же ребенка причащать в таком состоянии?.. Что же мы делаем?.. Думаем, что он безгрешный, и ему ничего не будет?.. Нет, будет. Это не значит, что Господь будет осуждать ребенка, но мы понесем ответственность за то, что принесли ребенка в таком состоянии, и он воспринял причастие как акт насилия над собой. Нужно ли это? Нет, это вредно.

– А если ребенок всегда кричит при причастии?

– Я не думаю, что это связано с духовной проблемой, скорее это какая-то психологическая ситуация… Может быть, ребенок болел, ему давали лекарства и причастие стало у него ассоциироваться с приемом чего-то невкусного. А может быть, в храме его кто-то испугал… Значит подождите, не надо его в таком состоянии причащать. Пусть он от своей проблемы освободится.

Не всем детям с семи лет надо исповедоваться, некоторые к этому еще не готовы: они тормозят, боятся, им пока еще рано. Также не обязательно всем детям в раннем возрасте исповедоваться каждое воскресенье. Некоторые дети к этому готовы: они знают что говорить на исповеди, а есть дети, которые не могут ничего о себе сказать. Зачем их мучить? Им достаточно исповедоваться, может быть, раз в месяц. Надо исходить не только из возраста ребенка, но из его развития, его психологического состояния . Если дети не исповедуются, пусть просто подходят под благословение, чтобы у них присутствовала какая-то форма, показывающая, что подойти к причастию – это не так просто.

Готовятся к причастию все по-разному , и, конечно, готовиться надо . Каким-то образом ребенок должен настраиваться на то, что он будет причащаться.

Потом можно прочитать молитву Иоанна Златоустого: «Верую, Господи, и исповедую…» и постепенно добавлять из правила две молитвы, четвертую и пятую, они достаточно простые. И обязательно объяснять смысл этих молитв. Думаю, достаточно такого небольшого правила. Все остальные молитвы из последования к детям никак не могут относиться, они никак не могут их к себе применить. Может быть, можно добавить какие-то отдельные тропарики из канона, посмотрите сами, перепечатайте их на отдельный листок, но тропари и каноны сложней для понимания, чем молитвы.

Считается, что лет с четырех ребенка можно уже не кормить перед причастием. Но, опять-таки, дети разные: если служба начинается в десять часов, а причастие около двенадцати, не все это могут выдержать.

Известно, что скорость эскадры определяется по самому медленному кораблю. Самое слабое звено в семье – должно быть главным, по нему вымеряется строй всей семьи : если младший устал – все остальные тоже должны отдыхать. Воцерковленные семьи считают, что детей надо воцерковить так, чтобы им мало не показалось. Я знаю семью, где ребенок с удовольствием ходит в храм, на литургию и всенощное бдение, посещает воскресную школу, но в обычной школе вдруг пошел в полный разнос. Родительский запрос таков, что ребенок должен явить себя святым. И ребенок старается, хочет быть хорошим, он видит, как это родителям важно, но его хватает только на это, на этот воскресный день, а потом он ни собраться, ни учиться уже не может. Не надо из детей делать экспериментальные площадки по святости. Не может ребенок в восемь лет три часа отстоять на всенощном бдении и два часа на Литургии, а потом – воскресную школу. Дети видят, как вам это важно, они будут стараться, но в обычной школе они учиться не смогут, у них нет отдыха. Поэтому устраивайте своим детям выходные, особенно младшим школьникам. Дайте им отоспаться, сходите с ними в парк, в музей, на лыжах покатайтесь… Видите: ребенок устал – дайте отдохнуть, отдохните с ним вместе, даже если семья воцерковленная.

Если вы приезжаете с детьми к началу Литургии, то уж за своими детьми, пожалуйста, следите . Не надо делать вид, что это не ваши дети. А то получается, что тот, который на руках, присмотрен, а остальные … И зачем это для детей? Они начинают бегать, шуметь, заниматься своими делами, другие прихожане начинают их успокаивать, а родители начинают возмущаться: как это моему ребенку делают замечание?! Это очень нехорошо. Дети в храме хоть какое-то время должны молиться. Ради этого мы приводим их в храм. Если дети в храме совсем не молятся, то зачем тогда все это?

Во время службы родители устраиваются на лавочках в дальней части храма, и дети не видят Литургии, потому что она заслонена от них спинами прихожан. Будьте любезны: идите вперед, занимайте лучшие места , это место для детей .

Родители, которые пришли на службу с детьми и от начала до конца посвящают свое внимание детям, во время Литургии не молятся. Если вы хотите быть с детьми в храме и молиться, значит, молиться будете вы, а все остальные будут заниматься вашими детьми, или вы будете заниматься вашими детьми, и тогда будут немножечко молиться ваши дети, а вы должны понять, что вам этого не удастся. И вообще, когда растут дети, глубокая, серьезная молитвенная жизнь получиться в принципе не может. Потом она возвращается, но на какое-то время, пока дети маленькие, она отодвигается, и молитва уступает место смирению и терпению, что, собственно говоря, равноценно молитве. Терпеливое смиренное отношение к детям и ближним в этот момент равноценно молитве. Когда вы в храме занимаетесь своими детьми, не бойтесь, – Господь вас видит, Он знает, чем вы сейчас заняты. А вы заняты очень важным делом – заботой о том, чтобы ваши дети сейчас перед Богом предстояли, чтобы он чувствовал вашу заботу. В какой-то момент вы можете с ними из храма выйти, когда кто-то из них устал, потом вернуться… Но именно они – объект вашего внимания. Если они ваше внимание теряют – это беда, это неправильно. Поэтому вы приходите в храм и смотрите за своими детьми – это самое главное.

– А разве не важно, чтобы дети видели, что их родители молятся?

– А вы думаете, что когда вы молитесь, а дети бегают вокруг подсвечников, они вас видят?

После литургии, в день причастия, как бы ни сложился потом день, детей наказывать нельзя . Всякое бывает: они сильно устают, в храме душно, родители тоже устают, а ребенок оказывается виноватым… Как бы плохо дети себя ни вели, как бы ни капризничали – все обязательно должно кончиться миром. Родительское терпение, даже если ребенок не прав, должно победить.

Пусть в этот день дома будет обязательно какой-то маленький праздник, что-нибудь вкусненькое, какой-нибудь тортик. Пусть с самого раннего детства воскресный день воспринимается как праздник, а не как долгое, тяжелое путешествие непонятно зачем.

И хорошо бы, хотя бы в двунадесятые праздники, придти в храм красиво одетыми. Родители: мама, папа, и ребенок – идут в храм как на праздник со всеми атрибутами праздника. И этот праздник потом обязательно должен отмечаться дома. Продумайте это обязательно, пусть этот день будет отмечен какой-то обычной детской радостью, чтобы она зафиксировала для него – это особенный день, это не просто день труда, какого-то напряжения и усталости, но день, который завершается радостным, хорошим событием , самым простым.

Протоиерей Алексий Уминский

(Размышление о воспитание детей священника Илии Шугаева – многодетного отца)

Дети, как и взрослые, готовятся к Причащению постом, исповедью и молитвой. Но подготовка детей к Причастию отличается от подготовки взрослых.

0–3 лет. О подготовке детей ко Причащению в этом возрасте можно сказать очень просто: дети пока никак не готовятся. Грудных детей вы можете покормить, когда они этого требуют, и приходить в храм. Причем приходить можно не к началу службы. В этом возрасте дети не постятся, поскольку они и не могут поститься. Малыши еще не вполне научились управлять своими чувствами и своим поведением. Например, ребенок, с утра зайдя на кухню и увидев там печенье, возьмет его, хотя две минуты назад мама ему строго напомнила, что есть перед причастием нельзя. Он понял это и с легкостью согласился с мамой, его желание вполне совпадает с желанием матери. Но вот перед ним печенье, и возникает уже новое желание. В ребенке два желания, а управлять ими он еще не умеет, поэтому побеждает, как правило, последнее. Ребенок съест это печенье, и не будет виноват в этом. Нельзя требовать от ребенка то, на что он еще не способен. Поэтому ребенка можно покормить перед Причащением в этом возрасте, если это необходимо. Ближе к 3-летнему возрасту желательно не есть перед причастием, но если ребенок что-то случайно съел, это не препятствует ему причащаться. Особые молитвы перед Причастием с ребенком пока не читаются. Очевидно, что исповеди также пока нет.

Приходить на Литургию можно за 15 минут до Причащения. Если в храме служба начинается в 8.00, то приходить с малышами можно примерно к 9.15. Пришли, через 15 минут будет Причащение, причастились, еще через 15 минут - конец службы. Ребенок проводит в храме около получаса, поэтому практически любой ребенок, даже самый беспокойный, обычно выдерживает это время в храме. Надо только заранее выяснить в храме, куда вы будете ходить, когда лучше придти с ребенком на причастие.

Детей в этом возрасте лучше всего причащать каждую неделю. Столь же часто причащались в древности все христиане. Сейчас из-за того, что принято взрослому человеку поститься два-три дня перед причастием, то взрослые причащаются несколько реже: один раз в две-три недели или раз в месяц. Каждую неделю уже есть два постных дня (среда и пятница), а добавлять еще несколько постных дней будет тяжело как взрослых. Поскольку дети не постятся, они могут причащаться и каждую неделю.

3–7 лет. В три года у ребенка наступает определенный переходный возраст, он взрослеет и уже управляет своими чувствами и действиями. Поэтому с 3 до 7 лет дети причащаются уже натощак. В три года ребенку можно объяснить, что до службы есть нельзя, и он уже может себя остановить при виде случайно оставленного лакомства. Если ребенок случайно съест что-то, то он может быть не допущен ко Причастию, что должен решить священник, учитывая возраст ребенка, церковность ребенка и родителей и многое другое.

В этом возрасте ребенка также приводят не к началу службы, хотя и немного раньше, чем малышей. Дома вместе с родителями ребенок может читать 2–3 знакомых ему молитвы. В храм ребенка приводят за 15–30 минут до причастия. Детей можно причащать каждую неделю. Дети в этом возрасте не исповедуются. Некоторые дети могут вполне сознательно исповедоваться и раньше семи лет, например, уже в шесть лет.

7-14 лет. В семь лет наступает следующий этап развития ребенка. Он становится маленьким взрослым, поэтому все делает, как взрослые, только в меньшем объеме. Например, взрослые постятся два-три дня, а ребенок должен поститься хотя бы один день. Взрослые читают полное молитвенное правило, а ребенку достаточно нескольких коротеньких молитв. И, наконец, с семи лет дети начинают исповедоваться. Далее, по мере взросления, дети все больше приближаются к взрослым: постятся чуть дольше, молитв читают побольше, и более серьезно исповедуются.

Поэтому в этом возрасте ребенок постится 1–2 дня перед Причастием. С момента, когда ребенок научился читать, он читает особые молитвы к Причастию. В 7 лет можно читать всего 3–4 специальные молитвы, а чем старше ребенок , тем ближе его молитвенное правило к взрослому.

Постепенно ребенок приходит к тому, что в 14 лет он совершает все полностью, как взрослые: бывает на всенощном бдении накануне Литургии, молится на Литургии с самого начала службы, постится 2–3 дня (можно и больше), читает полностью Последование ко Причащению, а также каноны: покаянный, Богородице и ангелу-хранителю.

Как и взрослые с семи дети причащаются один раз в две-три недели, обязательно исповедуясь перед этим.

По обычаю Церкви младенцы после их крещения до семилетнего возраста могут причащаться очень часто, не только каждую неделю, но и каждый день, притом без предварительной исповеди и поста. Начиная с 5-6 лет, а если возможно - и с более раннего возраста , полезно приучать детей причащаться натощак.
В храм с младенцами следует приходить не к самому причастию, а заранее, рассчитав время так, чтобы не опоздать к причастию, но вместе с тем, чтобы ребенок мог по мере сил и возраста побыть на литургии. Конечно, здесь у каждого своя мера, но детей необходимо приучать к молитве в Церкви. Делать это нужно постепенно, чтобы не утомить младенца и не причинять беспокойства молящимся в храме. Дети 6–7 лет, если их правильно приучали к службе, могут присутствовать почти на всей литургии.

Пока ребенку не исполнилось семи лет, его можно причащать без исповеди и поста. С трех-четырехлетнего возраста младенцев обычно причащают натощак. Примерно с трехлетнего возраста дети вместе с родителями накануне причащения могут прочесть две-три известные им молитвы.
Конечно, многое зависит от того, какой жизнью живут сами родители, является ли для них храм домом вожделенной встречи с Богом, а молитва — вторым дыханием. Многие родители приносят своих детей к началу службы, вместе с ними молятся, причащаются сами и подносят к Чаше Жизни своих чад, и не стоят перед вопросом, когда же приносить ребенка к причащению. Если в семье несколько другая ситуация, то можно приносить маленьких детей к началу Евхаристического канона или непосредственно к самому моменту причащения.

Но необходимо приучать свое чадо к благодатной церковной атмосфере, тогда будет меньше проблем с поведением ребенка у Святой Чаши. Решение же, как поступить в случае, если ребенок плачет и не желает причащаться, должен принимать тот священник, который в этот момент сам видит поведение ребенка. Ребенка необходимо также готовить к причастию. Прочитайте над его кроваткой канон, акафист, отрывок из Священного Писания . Все это будет способствовать духовному возрастанию вашего чада.

Подходя к святой чаше, грудных младенцев нужно держать горизонтально, головкой на своей правой руке . Ручки следует придерживать, чтобы ребенок случайно не толкнул чашу, или не схватил лжицу (ложку). Грудничков не следует плотно кормит перед литургией, чтобы после причащения они не срыгнули.

Родители, причащая детей, должны также стараться приступать к святым тайнам, показывая тем самым пример своим чадам. Семья – это малая церковь, где люди вместе идут к Богу, вместе спасаются и причащаются от одной чаши.

Маленьких детей обычно причащают под одним видом (только кровью Христовой). Но если младенец причащается часто и ведет себя у чаши спокойно, священник может дать ребенку (не грудному) небольшую частицу.

На литургии Преждеосвященных даров младенцев, не принимающих частицу, не причащают, потому что на этой литургии в чаше находится тело Христово, напоенное кровью, и налито вино, не претворенное в кровь Спасителя.

Некоторые родители по своему неразумию и маловерию боятся причащать детей, лишая их тем самым спасительной и укрепляющей благодати. Объясняют они это тем, что ребенок, принимая причастие от одной ложки и чаши со всеми, может заразиться какой-нибудь болезнью.

Эта боязнь есть неверие в спасительную силу таинства. Как правило, так рассуждают люди нецерковные и малоцерковные, ничего не знающие о жизни Церкви. Евхаристия есть величайшее чудо на земле, совершаемое постоянно, и еще одним доказательством истинности этого чуда является то, что литургия не прерывалась даже во время страшных эпидемий чумы, холеры и других заразных смертельных заболеваний.

В Киеве в XVIII – начале XIX века служил весьма известный в городе протоиерей Иоанн Леванда . Он был знаменит своим даром проповедника, люди специально собирались послушать его проповеди. Служил он в районе, называемым Подол . В 1770 году в городе началась эпидемия чумы, которая особенно свирепствовала на Подоле. Тела умерших увозили целыми обозами. За два месяца в районе умерло шесть тысяч человек. И вот этот священник не прерывал своего служения. Он исповедовал, причащал, окормлял, утешал своих прихожан, и болезнь не тронула его. И таких случаев очень много. Священнослужители – диаконы и священники – после причащения верующих потребляют оставшиеся святые дары. Делали они это всегда, во все времена, не боясь заразиться во время страшных поветрий.

Митрополит Нестор (Анисимов; 1884–1962), миссионер, в бытность епископом Камчатским построил для прокаженных лепрозорий и освятил там храм. После того, как все прокаженные причащались, священнослужители потребляли дары, и никто из них не заразился.

Святителю Московскому Филарету (Дроздову) один чиновник подал рапорт, где повествовал о мужественном поступке одного священника и просил представить его к награде. Этот чиновник стал свидетелем того, как к одному его родственнику, больному холерой, пришел для напутствия святыми тайнами священник. Но больной был настолько слаб, что не смог удержать во рту частицу тела Христова и выронил ее изо рта на пол. И вот этот священнослужитель, не поколебавшись, потребил сам упавшую частичку.

Ни священники, ни диаконы, которые потребляют святые дары и потом замывают святую чашу, выпивая воду, не болеют чаще, чем любые другие люди. Поэтому причащающие детей и сами приступающие к причащению должны оставить всякую брезгливость, боязнь и маловерие.

о. Павел Гумеров