Корабли Магеллана: “Виктория”. Фернан Магеллан: «Великий Первопроходец

И стал первым, кто побывал в кругосветном путешествии. Мореплаватель сделал географическое открытие: стал первооткрывателем новых территорий и проливов, а также доказал, что Земля шарообразна.

Нередко бывает такое, что место и время рождения великих людей неизвестно. До современников не дошла точная биография Фернана Магеллана, поэтому о жизни мореплавателя можно судить только по догадкам ученых.

По мнению историков, Фернан родился в конце 15 века, в 1480 году. А вот насчет даты рождения ученые расходятся во мнении: одни считают, что это событие произошло 17 октября, а другие уверены, что будущий мореплаватель появился на свет 20 ноября. Родным городом Магеллана считается либо поселок Саброза, который находится в Португалии, либо город Порт, находящийся в этой же стране. О родителях Фернана также известно мало: они принадлежали к небогатому, но знатному дворянскому сословию. Отец Руй (Родриго) ди Магальяйнш служил алькальдом, а чем занималась мать путешественника Алда де Москита (Мишкита), остается неизвестным.

Помимо Фернана в семье было еще четверо детей.

Когда будущему мореплавателю было 12 лет, он был слугой при дворе Леоноры Ависской, супруги португальского короля Жуана II Совершенного. Вместо придворных церемоний и фехтования необщительного слугу интересовали точные науки: паж часто уединялся в комнате и изучал астрономию, космографию и навигацию.

На службе придворным пажом будущий мореплаватель пробыл до 24-летнего возраста.

Экспедиции

В 1498 году португальцы открыли морской путь в Индию, поэтому, когда Фернану Магеллану исполняется 25 лет, будущий путешественник покидает королевский двор и отправляется добровольцем на службу во флот, а затем на завоевание востока под руководством Франсишку ди Альмейды.

Отслужив морскому флоту 5 лет, Магеллан предпринимает попытку вернуться в родную страну, однако в силу обстоятельств остается в Индии. За проявленную отвагу и мужество Фернан получает звание офицера и почет среди военных.

В 1512 году Магеллан возвращается в Португалию в город Лиссабон. Несмотря на смелость, проявленную в ходе завоеваний востока, на родине мореплавателя встречают без почестей.

Во время подавления восстания в Марокко Магеллан был ранен в ногу, что сделало португальского мореплавателя хромым на всю жизнь, поэтому бывший офицер вынужден был уйти в отставку.

Кругосветное путешествие

В свободное время путешественник изучал секретные архивы короля Португалии, где Фернан и нашел старинную карту некоего Мартина Бейхема. Мореплаватель обнаруживает пролив, соединяющий Атлантический океан с неизученным Южным морем. Карта немецкого географа и вдохновила Фернана на морское путешествие.

Во время личного приема у правителя Магеллан просит разрешение на проведение мореплавательской экспедиции, однако получает отказ из-за того, что действовал в подавлении марокканских волнений самопроизвольно, чем разгневал пятого короля Португалии Мануэла Первого. Причиной отказа было еще то, что король отправлял судна в Индию вокруг Африки, поэтому не увидел выгоды в предложении Магеллана.

Кругосветный маршрут Фернана Магеллана

Но Мануэл дает понять Фернану, что не выскажет недовольства, если путешественник покинет португальскую службу. Оскорбленный резким отказом и гневом короля Португалии Фернан отправляется в солнечную страну Испанию, где покупает дом и продолжает работать над идеей морского кругосветного путешествия.

В 15 веке в европейских странах восточные приправы и специи ценились, как золото. В Европе пряностей не изготавливали, а арабы продавали их на рынке по высокой цене. Богачей в те времена даже шутливо называли мешками с перцем.

Поэтому смысл морских экспедиций заключался в открытии кратчайшего пути к индийским островам пряностей. В Испании Фернан обращается в «Палату Контрактов» с идеей мореплавательного путешествия, однако не получает поддержки ведомства. Некий Хуан де Аранда в частном порядке обещает Магеллану помочь за 20% от прибыли, если морская экспедиция по завоеванию островов специй пройдет успешно. Но Фернан при помощи приятеля астронома Руи Фалера заключил более выгодную договоренность, которая была официально заверена нотариусом на одну восьмую часть прибыли.

Согласно документу, составленному Папой римским в 1493 году: территории, которые открывались к востоку, принадлежали Португалии, а к западу становились собственностью Испании. Король солнечной страны Карл одобрил морское путешествие Фернана Магеллана 22 марта 1518 года. Правитель надеялся доказать, что богатые острова, на которых произрастают черный перец и мускатный орех, лежат ближе к западу, а следовательно, переходят к Испании, хотя в то время их подчиняла португальская корона, следуя Тордесильясскому договору.

Мореплаватели получали одну двадцатую долю от всех богатств, добытых во время экспедиции.

В плавание готовились корабли с запасами продовольствия, которых бы хватило на два года пребывания на судне. В мореплавании участвовали 5 кораблей:

1. «Тринидад» (флагманский корабль Магеллана),
2. «Сан Антонио»,
3. «Концепсьон»,
4. «Виктория»,
5. «Сантьяго».

Великий мореплаватель командовал «Тринидадом», а «Саньтьяго» управлял Жуан Серран. На трех остальных кораблях главными были представители испанской знати, и, несмотря на масштабность путешествий, у моряков были стачки друг с другом. Испанцы были недовольны тем, что кругосветной экспедицией, суть которой заключалась в достижении Азии путем следования на запад, командует португалец, поэтому отказывались подчиняться. К тому же Фернан не разглашал план действий, что вызывало у командующих другими кораблями подозрения. Король Испании приказал безукоризненно повелеваться Магеллану, однако испанцы заключили тайный договор между собой, что уберут португальского капитана, если понадобится.

Сподвижник Магеллана, астроном Руй Фалейра, не смог поучаствовать в экспедиции, так как у него начались приступы безумства.

Кругосветное путешествие Фернана Магеллана началось 20 сентября 1519 года, 256 моряков отправились от порта Сан-Лукарас в сторону Канарских островов.

Судна долго двигались вдоль восточного побережья Южной Америки в поисках Южного моря. Команда Магеллана стала первооткрывателями архипелага Огненная Земля, находящегося в южной части континента и весьма красивого, судя по современным фото. Португалец считал, что группа островов – составная часть «Неведомой Южной земли». Острова казались пустыми, но, когда путешественники проплывали мимо, в ночи зажглись огни. Фернан полагал, что это вулканические извержения, за что и дал архипелагу название, связанное с огнем. Но на самом деле это индейцы разжигали костры.

Судна прошли между Патагонией и Огненной Землей (тот пролив называется сейчас Магеллановым), затем путешественники оказались в Тихом океане.

Из кругосветного путешествия, которое совершил Фернан, он доказал, что Земля имеет форму шара, через 1081 день плавания в 1522 году возвратился только один корабль «Виктория» с 18 моряками на борту, которыми командовал Элькано.

Личная жизнь

Внешне Фернан Магеллан не напоминал потомка дворян, так как напоминал больше крестьянина: у него была обычная внешность, крепкое телосложение и низкий рост. Путешественник считал, что в человеке главное – это не внешние данные, а его поступки.

На юге Испании Фернан Магеллан знакомится с Диего Барбозой и женится на его дочери, красавице Беатриче. У возлюбленных рождается сын, который умирает из-за болезни. Супруга Фернана пыталась родить второго ребенка, но не выдержала родов и скончалась. Поэтому у великого путешественника не осталось потомков.

Смерть

Хотя перед экспедицией подготовились значительные запасы продовольствия, через несколько месяцев мореплавания продукты и вода закончились. Из-за нехватки еды мореплавателям приходилось жевать обшивку парусов, чтобы хотя бы чуть-чуть утолить голод. Путешественники потеряли 21 мореплавателя, которые умерли от истощения и цинги.

Моряки, долго не видевшие суши, добрались до филиппинской провинции. Команда Магеллана могла сделать запасы продовольствия и дальше отправиться в кругосветку, однако Фернан ввязался в ссору с вождем острова Мактан Лапу-Лупу. Португалец хотел показать туземцам мощь Испании и организовать военную экспедицию против Мактана. Но, к удивлению европейцев, они проиграли из-за недостаточной подготовки и ловкости туземцев.

Поиски западного морского пути в Индию и Магеллан

В те годы, когда делались географические открытия по берегу Мексиканского залива, испанцы предпринимали плавания и по другим направлениям. Португальцы, проникшие в Малайский архипелаг, с изумлением услышали о появлении испанцев на Молуккских островах. Отважный мореплаватель, который привел западным путем испанские корабли в эти моря, был португалец Фернан Магельяэнс (около 1480-1521). Фамилия его получила у испанцев форму Магеллан. Он служил в эскадре Альбукерка при завоевании Малакки, потом участвовал в походах португальцев против берберов, был ранен копьем в колено и от этой раны остался на всю жизнь хромым. Обиженный тем, что король Эммануэль отказал ему в прибавке жалованья, он перешел из португальской службы в испанскую. Магеллан полагал, что надо искать морской путь в Индию, плывя от южных берегов Южной Америки. Говорят, что мысль о таком плавании была возбуждена в Магеллане картой Бехайма , которую видел он в архиве королевского казначейства и на которой был начерчен пролив, существовавший по соображениям Бехайма в южной части Нового Света. Говорят также, что упрочению этой мысли в Магеллане содействовали его разговоры с Франсиско Серрано, португальцем, посетившим Молуккские острова. Но Колумб уже давно утверждал, что должен существовать между Атлантическим и Тихим океаном пролив, подобный тому, что соединяет Средиземное море с Атлантическим океаном. Колумб искал этого пролива в Карибском море, Кабот на северном краю Америки; Кортес в Мексиканском заливе.

Фернан Магеллан. Портрет работы неизвестного художника XVII века

В 1515 году испанский моряк Диас Солис проплыл вдоль восточного берега Южной Америки до 34 градуса южной широты, вошел в широкое устье Ла-Платы, поплыл вверх по реке, полагая, что это пролив, который он искал. Выйдя с несколькими спутниками на берег, он был убит дикарями в виду каравелл. Матросы в ужасе поплыли назад. Магеллан продолжал дело, начатое Солисом. Оно было тем заманчивее, что существовало ошибочное предположение относительно Тихого океана: в то время думали, что южный конец Америки находится не очень далеко от Малайского архипелага и что между Азией и Южной Америкой лежат острова, на которых очень много золота, дорогих камней и жемчуга.

Фернан Магеллан. Путешествие вокруг света

Магеллан заключил 22 марта 1518 с испанским правительством договор, предоставлявший ему и его спутнику Фалеро (тоже португальцу) должности правителей и часть доходов тех земель, которые будут ими открыты. Магеллан и Фалеро поехали в Севилью хлопотать, чтобы Фонсека скорее снарядил для плавания эскадру. Испанские власти предоставили её в их распоряжение на два года. Эскадра должна была состоять из 5 кораблей с 234 матросами. Португальский король досадовал на испанское правительство, заключившее такой трактат с людьми, которых он считал изменниками; он присылал им обещания и угрозы, стараясь отклонить от экспедиции. Фонсека и другие испанцы в Севилье были недовольны тем, что иноземцам даны такие важные права. Португальские матросы, желавшие участвовать в экспедиции, получили отказ. Неприятности до того наскучили Фалеро, что он отступился от своего намерения, и хлопоты остались на руках одного Магеллана. В первое время плавания Магеллану пришлось испытать большие неприятности от своих подчиненных. Хуан Картахена, назначенный начальником одного из кораблей, стал интриговать против Магеллана, склонил к тому же двух других капитанов; они потребовали, чтобы Магеллан отказался от начальства над эскадрой. Но он принял строгие меры и подавил поднятый этими интриганами мятеж.

Памятник Фернану Магеллану в городе Пунта-Аренас, Чили

Открытие Магелланова пролива

Следуя вдоль восточного берега Южной Америки, Магеллан миновал устье Ла-Платы и продолжал своё плавание на юг. При устье реки Санта-Крус, под 50 градусом южной широты, один из кораблей сел на мель (22 мая 1520). В этой местности Магеллан и его спутники увидели туземцев очень высокого роста; они жили в кожаных хижинах, похожих на шатры. Испанцы сошли на берег, покрытый снегом; но эти дикари (патагонцы) выказали такую вражду к иноземцам, что испанцы поспешно вернулись на корабли и поплыли дальше. Матросы стали требовать, чтоб эскадра плыла на восток к Мадагаскару и в Индию. Но Магеллан высадил на берег двух главных мятежников и объявил, что будет искать пролива, ведущего в Тихий океан, хотя бы пришлось продолжать плавание до 75 градуса южной широты. Проплыв еще три или четыре градуса, эскадра вошла 21 октября (1520 года) в залив, который при следовании по нему на запад всё расширялся. Эскадра Магеллана доплыла до мыса, называющегося теперь Cape Troward, и мореплаватели увидели перед собой широкую площадь воды. Длинный извилистый путь, по которому они плыли, оказался не заливом, а тем проливом, которого они искали.

В этом проливе, получившем имя Магелланова, дуют западные ветры. При его длине и многочисленности делаемых им поворотов, проплыть по направлению его с востока на запад – дело, трудное и теперь. Надо удивляться отваге и искусству Магеллана, прошедшего этим неведомым тогда путем.

Плавание Магеллана по Тихому океану

Один из кораблей эскадры, посланный Магелланом осмотреть берега, повернул назад и скрылся из виду. Магеллан несколько дней ждал его, но, поняв, что он уплыл в Испанию, велел плыть дальше. Матросы боялись плыть в неведомые места, но не отважились противиться своему энергичному начальнику; на замечание о том, что съестных припасов может не достать до того времени, когда эскадра приплывет к какому-нибудь месту, где можно получить новые, Магеллан отвечал: «Даже если придётся есть ремни такелажа, я исполню данное императору обещание». Эскадра доплыла 27 ноября до западного конца пролива; матросы с восторгом приветствовали открывшееся перед ними море. Магеллан продолжил плавание вдоль берега на север до 48 градуса южной широты; оттуда он взял направление на северо-запад.

Эскадра долго шла по широтам между экватором и Тропиком Козерога, но случилось так, что она не видела ни одного из многочисленных архипелагов Тихого океана, и он казался беспредельной водяной пустыней. Перейдя экватор, достигнув 13 градуса северной широты, Магеллан и его спутники наконец увидели острова; это было 6 марта 1521. Нагие туземцы оливкового цвета кожи дерзко лезли на корабли и воровали все, что попадется; их прогоняли, но они возвращались. Испанцы поэтому назвали их архипелаг Островами воров, Ladrones. На протяжении четырех месяцев плавания Магеллан и его моряки не видели ничего, кроме неба и воды, не имели никакой пищи, кроме сухарей, источенных червями, рассыпавшихся в порошок; они обрадовались, найдя на этих островах кокосовые орехи, ямс и сахарный тростник.

В конце марта 1521 эскадра приплыла к Филиппинским островам. Магеллан остановился тут, чтобы дать отдых утомленным матросам. Князьки и народ приняли испанцев дружелюбно, угощали их. Один из князьков острова Себу крестился и признал испанского короля своим государем. Вместе с князьком крестилось несколько сот человек его подданных.

Магеллан требовал, чтобы другие князьки повиновались крестившемуся; некоторые из них не согласились на это. Магеллан стал жечь селения сопротивлявшихся князьков; они с своими воинами уплыли на небольшой остров Мактан. Он посадил на три шлюпки 50 матросов и поплыл на Мактан, надеясь легко победить многочисленных туземцев. Но в сражении с ними Магеллан получил в голову удар копья и упал мертвым (27 апреля 1521). Вместе с ним были убиты капитан одного из кораблей, Крестоваль Равело, и шесть матросов.

Гибель Магеллана. Рисунок XIX века

Остальные спутники Магеллана успели сесть в шлюпки и возвратились на Себу. Крестившийся князек осмелел. Продолжая притворяться другом испанцев, он 1 мая пригласил каштанов и других начальников на обед. Они пришли к нему, их было 24 человека. Воины князька внезапно напали на соратников Магеллана и убили всех мучительной смертью. При стонах умирающих товарищей и радостном крике туземцев остальные спутники Магеллана, которых было уже только 100 человек, уплыли на двух кораблях, предав огню третий. Они несколько раз выходили на берег островов Манданао и Палавана, приплыли потом в гавань Бруни на острове Борнео. Раджа той местности, мусульманин, хотел истребить их, но они успели уплыть и в ноябре пришли к Молуккским островам, стали на якорь у Тидори.

Плавание Элькано

Один из помощников Магеллана, Хуан Себастьян Элькано, капитан «Виктории», того из двух кораблей, который был менее другого поврежден, взял груз гвоздики и в конце года продолжил плавание по направлению к острову Тимору, оттуда в мае (1522 года) пришел к Мысу Доброй Надежды. На этом пути умерли от голода 15 испанцев и 6 тиморцев, взятых ими с собой, так что на корабле оставалось только 30 человек. Обогнув Мыс Доброй Надежды, Элькано пришел к островам Зеленого мыса. Португальцы арестовали там 12 человек из уцелевших матросов Магеллана и Элькано, считая нарушением прав Португалии то, что испанцы проникли в Малайский архипелаг. Элькано едва спасся от преследования. Наконец 6 сентября 1522 он с 13 европейцами и 3 азиатами вошел в сан-лукарскую гавань и отправился с уцелевшими христианами в Севилью воздать в соборном храме благодарение Богу за счастливое совершение первого кругосветного плавания . Гибель Магеллана поначалу доставила Элькано славу первого человека, совершившего кругосветное плавание. В его герб внесено было изображение земного шара.

Памятник Хуану Себастьяну Элькано на его родине (Страна басков)

Через четыре года (в 1526 году) прошла Магеллановым проливом новая эскадра под начальством Гарсии Лоайсы и Элькано; одна из её каравелл обогнула южный конец Нового Света, мыс Горн. Испанцы прибыли на Молуккские острова. Оба начальника эскадры умерли во время этого плавания. Португальцы, построившие форт на важнейшем из Молуккских островов, Тернате, и подчинившие себе мусульманских князьков архипелага, утверждали, что по демаркационной линии он находится в той половине океана, которая принадлежит исключительно им и что испанцы не имеют права плавать туда. Спор длился несколько лет. В 1529 году император Карл V признал Молуккские острова принадлежащими королю португальскому, получив от него за эту уступку 350.000 дукатов.

Молуккские острова остались крайним завоеванием португальцев на юго-востоке. Филиппины, открытые испанской эскадрой, были покорены испанцами.

Плаванием Магеллана был разрешен вопрос о западном морском пути в юго-восточную Азию . Кругосветные плавания вскоре стали делом обыкновенным; на Тихом океане открыто было множество островов; но положение их долго обозначалось на картах неверно по неточности тогдашних средств определять географическую долготу.

24.05.2017 23893

История о первой кругосветной экспедиции И.Ф. Крузенштерна и Ю.Ф. Лисянского. О том, как два капитана обогнули земной шар впервые под флагом российского военного флота вопреки жестоким обстоятельствам, которые препятствовали их мечте.

Предпосылки и цель экспедиции

Прошения капитана Ивана Крузенштерна пылились в столах чиновников Адмиралтейства. Столоначальники считали Россию сухопутной державой и не понимали, зачем во­обще нужно ехать на край света - составлять гербарии и карты?! Отчаявшись, Крузенштерн сдается. Теперь его выбор - же­нитьба и тихая жизнь… И проект капитана Крузенштерна наверняка затерялся бы в дальних ящиках чиновников Адмиралтейства, если бы не частный капитал - Российско-Американская компания. Основной ее бизнес – торговля с Аляской. В ту пору - бизнес сверхприбыльный: купленную на Аляске за рубль шкурку соболя в Петербурге можно было продать за 600. Но вот беда: путь из столицы на Аляску и обратно занимал… 5 лет. Какая уж тут торговля!

29 июля 1802 года компания обратилась к императору Александру I, - тоже, кстати, ее акционеру, - с просьбой разрешить кругосветную экспедицию по проекту Крузенштерна. Цели - доставить на Аляску необходимые припасы, забрать товар, а заодно установить торговлю с Китаем и Японией. Подавал прошение член правления компании Николай Резанов.

7 августа 1802 года, всего через неделю после подачи прошения, проект был утвержден. Решено было также отправить с экспедицией посольство в Японию, возглавить которое предстояло Николаю Резанову. Начальником экспедиции был назначен капитан-лейтенант Крузенштерн.

Слева - Иван Федорович Крузенштерн, справа - Юрий Федорович Лисянский

Состав экспедиции, подготовка к плаванию

Летом 1803 года из гавани Кронштадта вышли два парусных шлюпа – «Надежда» и «Нева». Капитаном Надежды был Иван Крузенштерн, капитаном Невы – его друг и однокашник Юрий Лисянский. Шлюпы «Надежда» и «Нева» - трехмачтовые корабли Крузенштерна и Лисянского, способные нести до 24х пушек. Были куплены в Англии за 230 000 рублей, первоначально назывались «Леандр» и «Темза». Длина «Надежды» - 117 футов, т.е. около 35 метров при ширине 8.5 метров, водоизмещение 450 тонн. Длина «Невы» - 108 футов, водоизмещение 370 тонн.

На борту «Надежды» находились:

мичманы Фаддей Беллинсгаузен и Отто Коцебу, впоследствии прославившие русский флот своими экспедициями

посол Резанов Николай Петрович (для установления дипотношений с Японией) и его свита

ученые Горнер, Тилезиус и Лангсдорф, художник Курлянцев

загадочным образом в экспедицию попал и известный скандалист и дуэлянт граф Федор Толстой, вошедший в историю как Толстой-Американец

Иван Крузенштерн. 32 года. Потомок обрусевшего немецкого дворянского рода . Выпущен из Морского корпуса досрочно в связи с русско-шведской войной. Неоднократно участвовал в морских сражениях. Кавалер ордена Святого Георгия IV степени. Служил волонтером на судах английского флота, посетил берега Северной Америки, Южной Африки, Ост-Индии и Китая.

Ермолай Левенштерн. 26 лет. Лейтенант «Надежды». Отличался слабым здоровьем, но службу нес исполнительно и аккуратно. В своем дневнике подробно описал все происшествия экспедиции, включая курьезные и малопристойные. Давал нелестные характеристики всем своим товарищам, - за исключением Крузенштерна, которому был искренне предан.

Макар Ратманов. 31 год. Первый лейтенант шлюпа «Надежда». Одноклассник Крузенштерна по Морскому корпусу. Самый старший из офицеров экспедиции. участвовал в русско-шведской войне, затем, в составе эскадры Федора Ушакова, во взятии крепости Корфу и Ионических островов. Отличался редкой храбростью, а также прямотой в высказываниях.

Николай Резанов. 38 лет. Из обедневшей дворянской семьи. Служил в Измайловском лейб-гвардии полку, затем секретарем различных канцелярий. Вызвав ревность фаворита императрицы Платона Зубова, был отправлен в Иркутск инспектировать деятельность предпринимателя Григория Шелихова. Женился на дочери Шелихова и стал совладельцем огромного капитала. Добился у императора Павла разрешения на основание Российско-Американской компании и стал одним из ее руководителей.

Граф Федор Толстой, 21 год. Гвардии поручик, член свиты Резанова. Прославился в Петербурге как интриган, авантюрист и шулер. В экспедицию попал случайно: вызвал на дуэль своего командира полка, и во избежание неприятностей по решению семьи оказался в плавании вместо двоюродного брата.

Вильгельм-Теофиль Тилезиус фон Тиленау. 35 лет. Немецкий врач, ботаник, зоолог и, натуралист. Великолепный рисовальщик, составивший рисованную хронику экспедиции. Впоследствии сделает себе имя в науке. Бытует версия, что многие его рисунки скопированы с работ его коллеги и соперника Лангсдорфа.

Барон Георг-Генрих фон Лангсдорф, 29 лет. Доктор медицины. Работал врачом в Португалии, в свободное время проводил естественнонаучные исследования, собирал коллекции. Действительный член Физического общества Геттингенского Университета. Санкт-Петербургской Академии наук.

Иоганн-Каспар Горнер, 31 год. Швейцарский астроном. Вызван из Цюриха для участия в экспедиции в качестве штатного астронома. Отличался редким спокойствием и выдержкой.

Шлюп "Надежда"

Шлюп «Нева»: Командир - Лисянский Юрий Федорович.

Общая численность команды корабля – 54 человека.

Юрий Лисянский. 29 лет. С детства мечтал о море. В возрасте 13 лет досрочно выпущен из Петербургского морского корпуса в связи с Русско-Шведской войной. Участвовал в нескольких сражениях. В 16 лет произведен в мичманы. Кавалер ордена Святого Георгия 4-й степени. Отличался исключительной требовательностью к себе и подчиненным.

Подготовка к экспедиции

В начале 19 века на картах Атлантического и, главное, Тихого океанов белели пятна. Пересекать Великий океан русским морякам предстояло почти вслепую. Корабли должны были идти через Копенгаген и Фалмут на Канары, затем в Бразилию, далее - остров Пасхи, Маркизские острова, Гонолулу и Камчатка, где корабли разделятся: «Нева» отправится к берегам Аляски, а «Надежда» - в Японию. В Кантоне (Китай) корабли должны встретиться и вместе вернуться в Кронштадт. Суда шли по регламенту русского военного флота. Дважды в день - утром и ближе к вечеру - проводились учения: постановка и уборка парусов, а также тревоги на случай пожара или пробоины. Для обеда команды в кубриках опускались подвесные столы, прикрепленные к потолку. За обедом и ужином давали одно блюдо – щи с мясом или солониной или кашу с маслом. Перед едой команда получала чарку водки или рома, а тем, кто не пил, ежемесячно уплачивалось по девять копеек за каждую не выпитую чарку. По окончании работ раздавалось: «Команде петь и веселиться»!

Шлюпы «Нева» и «Надежда» во время кругосветного плавания. Художник С.В.Пен.

Маршрут экспедиции Крузенштерна и Лисянского

Экспедиция вышла из Кронштадта 26 июля по старому стилю (7 августа по новому стилю), взяв курс на Копенгаген. Далее маршрут следовал по схеме Фалмут (Великобритания) - Санта-Крус-де-Тенерифе (Канарские острова) - Флорианополис (Бразилия) - Остров Пасхи - Нукухива (Маркизские острова) - Гонолулу (Гавайские острова) - Петропавловск-Камчатский - Нагасаки (Япония) - остров Хоккайдо (Япония) - Южно-Сахалинск - Ситка (Аляска) - Кадьяк (Аляска) - Гуанчжоу (Китай) - Макао (Португалия) - остров Святой Елены - острова Корву и Флориш (Азорские острова) - Портсмут (Великобритания). 5 (17) августа 1806 года экспедиция вернулась в Кронштадт, совершив все путешествие за 3 года и 12 дней.

Описание плавания

Экватор

26 ноября 1803 года корабли под российским флагом «Надежда» и «Нева» впервые пересекли экватор и попали в Южное полушарие. По морской традиции был устроен праздник Нептуна.

Мыс Горн и Нука-Хива

В Тихий океан Нева и Надежда вышли порознь, но капитаны предусмотрели этот вариант и заранее договорились о месте встречи – Маркизский архипелаг, остров Нукухива. Но Лисянский решил по дороге зайти еще и на остров Пасхи – проверить, не занесло ли сюда «Надежду». «Надежда» же благополучно обогнула мыс Горн и 3 марта 1804 вышла в Тихий океан, а ранним утром пасхального воскресенья 24 апреля 1804 года, на 235-й день плавания, в солнечном мареве показалась земля. Нука-Хива сегодня – маленький сонный остров. Всего две дороги и три деревушки, одна из которых – столица под названием Таиохае. На весь остров – 2770 душ, которые неспешно занимаются производством копры и подсобным хояйством. Вечерами, когда спадает жара, сидят у домов или играют в петанг, привезенную французами забаву для взрослых… Центр жизни – крохотный причал, единственное место, где можно увидеть сразу несколько человек сразу, да и то ранним утром в субботу, когда рыбаки привозят на продажу свежую рыбу. На 4й день стоянки у Нуку-Хива к капитану прибыл гонец от короля со срочной вестью: на рассвете с горы увидели далеко в море большой корабль . Это была долгожданная «Нева».

Экватор

Аляска

Русской Америкой с 1799 по 1867 год назывались владения Российской империи в Северной Америке , - полуостров Аляска, Алеутские острова, Александровский архипелаг и некоторые поселения на побережье Тихого Океана. «Нева» благополучно достигла цели и подобралась к берегам Аляски 10-го июля 1804 года. Пункт назначения - Павловская бухта на острове Кодьяк, столицы Русской Америки. После мыса Горн и острова каннибалов это часть плавания представлялась морякам тихой и скучной… Но они ошибались. В 1804 году экипаж «Невы» оказался здесь в самом центре боевых действий. Воинственное племя тлинкитов восстало против русских, перебив небольшой гарнизон форта.

Российско-Американская торговая компания была основана в 1799 году «русским Колумбом» - купцом Шелиховым, тестем Николая Резанова. Компания торговала добытыми мехами, моржовыми клыками, китовым усом, ворванью. Но ее главной задачей было укрепление далеких колоний... Управляющим компании был Александр Баранов. Погода на Аляске даже летом переменчива – то дождь, то солнце… Оно и понятно: север. Уютный городок Ситка живет сегодня рыбной ловлей и туризмом. Здесь тоже многое напоминает о временах русской Америки. Сюда, на подмогу Баранову, и спешил Лисянский. Отряд под командой Баранова, который отправился на Ситку, насчитывал 120 промысловиков и около 800 алеутов и эскимосов. Им противостояло несколько сотен индейцев, укрепившихся в деревянной крепости… В те жестокие времена тактика противников повсеместно была одна и та же: в живых не оставляли никого. После нескольких попыток переговоров Баранов и Лисянский решают штурмовать крепость. На берег высаживается десант - 150 человек - русских и алеутов с пятью пушками.

Потери русских после штурма составили 8 человек убитых, (в том числе - трое матросов с «Невы») и 20 раненых, включая начальника Аляски - Баранова. Подсчитывали потери и алеуты… Еще несколько дней осажденные в крепости индейцы самоуверенно стреляли в русские баркасы и даже в «Неву». А потом вдруг прислали гонца с просьбой о мире.

Шлюп "Нева" у берегов Аляски

Нагасаки

Русское посольство Николая Резанова и Ивана Крузенштерна ожидало ответа сегуна у берегов Японии. Только спустя два с половиной месяца «Надежде» позволили войти в порт и приблизиться к берегу, и в гавань Нагасаки корабль Крузенштерна с послом Резановым вошел 8 октября 1804 года. Японцы заявили, что дней через 30 из столицы приедет «большой человек» и объявит волю императора. Но неделя проходила за неделей, а « большого человека » все не было... Спустя полтора месяца переговоров японцы выделили, наконец, посланнику и его свите небольшой дом. А затем отгородили возле дома садик для моционов – 40 на 10 метров.

Послу объявили: принять его при дворе нет никакой возможности. Также сёгун не может принять подарки, потому что он должен будет ответить тем же, а Япония не располагает большими кораблями, чтобы послать их царю… Японское правительство не может заключить с Россией соглашение о торговле, потому что закон запрещает сношения с другими нациями... И по этой же причине всем российским кораблям впредь запрещалось входить в японские гавани… Однако император распорядился снабдить моряков провизией. И выдал 2000 мешков соли, 2000 шелковых ковриков и 100 мешков пшена. Дипломатическая миссия Резанова была провалена. Для экипажа «Надежды» это означало: после многих месяцев на рейде Нагасаки они могут, наконец, продолжить плавание.

Сахалин

«Надежда» обошла всю северную оконечность Сахалина. По дороге Крузенштерн называл открытые мысы именами своих офицеров. Теперь на Сахалине есть мыс Ратманова, мыс Левенштерна, гора Эспенберга, мыс Головачева… Один из заливов был назван именем корабля – залив Надежда. Только спустя 44 года капитан-лейтенант Геннадий Невельской сумеет доказать, что Сахалин – остров, проведя корабль по узкому проливу, который получит его имя. Но и без этого открытия - исследования Крузенштерна на Сахалине были весьма значительны. Он впервые нанес на карту тысячу километров сахалинских берегов.

В Макао

Следующим местом встречи «Невы» и «Надежды» был определен расположенный неподалеку порт Макао. Крузенштерн прибыл в Макао 20 ноября 1805 года. Военный корабль не мог долго находиться в Макао даже с грузом мехов на борту. Тогда Крузенштерн заявил, что намеревается купить столько товаров, что они не поместятся на его судне, и ему необходимо подождать прибытия второго корабля. Но неделя шла за неделей, а «Невы» все не было. В начале декабря, когда «Надежда» уже собиралась выходить в море, появилась, наконец, «Нева». Ее трюмы были забиты пушниной: 160 тысяч шкурок морского бобра и котика. Такое количество «мягкого золота» было вполне способно обрушить меховой рынок Кантона. 9 февраля 1806 года «Надежда» и «Нева» покинули китайский берег и взяли курс на родину. «Нева» и «Надежда» довольно долго шли вместе, но 3 апреля, у мыса Доброй Надежды, при пасмурной погоде потеряли друг друга. Местом встречи на такой случай Крузенштерн назначил остров Святой Елены, куда и прибыл 21 апреля.

В обход Ла-Манша

Крузенштерн, чтобы избежать встречи с французскими каперами, выбрал обходной путь: вокруг северной оконечности Шотландии в Северное море и далее через Кильский пролив – в Балтийское. Лисянский в районе Азорских островов узнал о начале войны, но все равно пошел через Ла-Манш, рискуя встретить французов. И стал первым капитаном в мировой истории, который совершил безостановочный переход из Китая в Англию за 142 дня.

Что открыли Иван Крузенштерн и Юрий Лисянский

На карту мира были нанесены новые острова, проливы, рифы, бухты и мысы

Исправлены неточности карт Тихого океана

Русские моряки составили описание побережья Японии, Сахалина, Курильской гряды и многих других районов
Крузенштерн и Лисянский провели всесторонние исследования океанических вод Русским мореплавателям удалось изучить различные течения и открыть Межпассатные противотечения в Атлантическом и Тихом океанах

Экспедиция собрала богатые сведения о прозрачности, удельном весе, плотности и температуре морской воды на различных глубинах

Экспедиция собрала богатые сведения о климате, давлении атмосферы, приливах и отливах в различных районах океанов и другие данные, которые положили начало новой морской науке - океанографии, изучающей явления в Мировом океане и его частях

Значение экспедиции для развития географии и других наук

Первая русская кругосветная экспедиция внесла огромный вклад в географическую науку: она стерла с карты мира несуществующие острова и уточнила координаты островов настоящих. Иван Крузенштерн описал часть Курильских островов, островов Японии и побережья Сахалина. Появилась новая наука - океанология: никто до Крузенштерна не проводил исследования морских глубин . А еще участники экспедиции собрали ценные коллекции: ботанические, зоологические, этнографические. За последующие 30 лет было совершено еще 36 русских кругосветных плаваний. В том числе, при непосредственном участии офицеров «Невы» и «Надежды».

Рекорды и Награды

Ивана Крузенштерна наградили орденом Святой Анны II степени

Император Александр I по-царски наградил И.Ф. Крузенштерна и всех участников экспедиции. Все офицеры получили следующие чины:

командиры ордена св. Владимира 3 степени и по 3000 руб.

лейтенанты по 1000

мичманы по 800 рублей пожизненного пенсиона

нижние чины, по желанию, уволены в отставку и награждены пенсионом от 50 до 75 рублей.

По высочайшему повелению была выбита особая медаль для всех участников этого первого кругосветного путешествия

Юрий Лисянский стал первым капитаном в мировой истории, который совершил безостановочный переход из Китая в Англию за 142 дня.

Короткая справка о жизни участников экспедиции по ее завершении

Участие в этом походе изменило судьбу Лангсдорфа. В 1812 году он будет назначен русским консулом в Рио-де-Жанейро и организует экспе­дицию во внутренние районы Бразилии. Собранные им гербарии, описания языков и традиций индейцев до сих пор считаются уни­кальным, непревзойденным собранием.

Первое пересечение экватора русскими моряками

Из офицеров, совершивших кругосветное плавание, многие с честью служили в русском флоте. Кадет Отто Коцебу стал командиром корабля и сам позже совершил в этом качестве кругосветное путешествие. Фаддей Беллинсгаузен позднее возглавил кругосветную экспедицию на шлюпах «Восток» и «Мирный» и открыл Антарктиду.

За участие в кругосветном путешествии Юрий Лисянский был произведен в капитаны второго ранга, получил от императора пожизненную пенсию в 3000 рублей и единовременную награду от Российско-Американской компании в 10 000 рублей. После возвращения из экспедиции Лисянский продолжил службу в Военно-Морском флоте. В 1807 году возглавлял эскадру из девяти кораблей на Балтике и ходил к Готланду и Борнгольму для наблюдения за английскими военными судами. В 1808 году был назначен командиром корабля "Эмгейтен".

А я бы с радостью писал вам письма,

П

осле того как Бальбоа открыл Южное море, испанцы стали очень подозрительно относиться к появлению в карибских водах португальских судов. Испанские власти на о. Эспаньола (Гаити) в конце 1512 г. получили от короля Фердинанда распоряжение «следить за несуществующим проливом» и захватывать любой корабль. Первым пострадавшим от этого приказа стал португальский капитан Иштеван Фроиш в 1512 г., охотившийся за рабами у северных берегов Южной Америки. Его каравелла требовала ремонта, и он решил подойти к берегам Эспаньолы. Здесь он сразу же был схвачен и со всей командой брошен в тюрьму. Сопровождающей Фроиша другой каравелле под командой уже знакомого нам Жуана Лижбоа удалось исчезнуть и благополучно добраться до Мадейры; затем, видимо, уже без опаски он зашел в испанский порт Кадис, где продал свой груз бразильского дерева. В порту или на Мадейре у него, как теперь говорят, взял интервью «корреспондент» маленькой газетки, выходившей в г. Аугсбурге. Лижбоа рассказал «журналисту», что где-то в Южной Америке существует длинный пролив, по которому можно пройти к «Восточным Индиям». Заметка об этом открытии, опубликованная не позднее 1514 г., сообщала, не упоминая имен и названий судов, о плавании «к реке Плате». Историки открытий в наши дни, считают, что И. Фроиш и Ж. Лижбоа достигли приблизительно 35° ю. ш., вошли в залив Ла-Плата, но не исследовали до конца - длина его 320 км - и потому приняли за пролив. Можно, следовательно, говорить, что они открыли побережье Южной Америки от 26° 15" ю. ш. до 35° ю. ш. на протяжении более 1,5 тыс. км.

Т

рудно сказать, знали ли испанцы о плавании Фроиша и Лижбоа, но точно известно, что король Фердинанд, в 1514 г. получивший известия об открытии Южного моря, решил направить на поиски пролива флотилию из трех кораблей. Ее командиром он назначил Хуана Диаса Солиса, ставшего с 1512 г. (после Америго Веспуччи) главным пилотом Кастилии. Солис отплыл не ранее 8 октября 1515 г., но не известно, где коснулся Южно-Американского материка, и, двигаясь вдоль уклоняющегося к юго-западу бразильского берега, у 35° ю. ш. достиг нового «Пресного моря». Затем он обогнул незначительный выступ (Монтевидео) и прошел на запад около 200 км, вероятно убежденный, что нашел проход в Восточный океан. Но открыл он устья двух больших рек - Параны и Уругвая. Солис высадился на берег в середине февраля 1516 г. и был там убит индейцами. Два судна его флотилии в сентябре того же года вернулись в Испанию. Позднее Магеллан назвал общее устье двух рек Рио-де-Солис (с середины XVI в. - Ла-Плата).

Проект Магеллана и состав его экспедиции

В

завоевании Индии и Малакки с 1505 по 1511 г. участвовал бедный португальский дворянин Фернан Магеллан - так его принято называть; подлинная же его фамилия - Магальянш. Он родился около 1480 г. в Португалии, в 1509 и 1511 гг. на португальских судах достигал Малаккии, а по С. Мориcону, даже «Островов пряностей» (о. Амбон). В 1512 - 1515 гг. он воевал в Северной Африке, где был ранен. Вернувшись на родину, он просил у короля повышения по службе, но получил отказ. Оскорбленный Магеллан уехал в Испанию и вступил в компанию с португальским астрономом Руй Фалейру , который уверял, что будто нашел способ точно определять географические долготы. В марте 1518 г. оба явились в Севилью в Совет Индии Учреждение, ведавшее делами новооткрытых территорий. и заявили, что Молукки, важнейший источник португальского богатства, должны принадлежать Испании, так как находятся в западном, испанском полушарии (по договору 1494 г.), но проникнуть к этим «Островам пряностей» нужно западным путем, чтобы не возбудить подозрений португальцев, через Южное море, открытое и присоединенное Бальбоа к испанским владениям. И Магеллан убедительно доказывал, что между Атлантическим океаном и Южным морем должен быть пролив к югу от Бразилии. Магеллан и Фалейру потребовали сначала тех же прав и преимуществ, какие были обещаны Колумбу.

После долгого торга с королевскими советниками, выговорившими себе солидную долю ожидаемых доходов, и после уступок со стороны португальцев с ними был заключен договор: Карл I обязался снарядить пять кораблей и снабдить экспедицию припасами на два года. Перед отплытием Фалейру отказался от предприятия, и Магеллан, несомненно, душа всего дела, стал единоличным начальником экспедиции. Он поднял адмиральский флаг на «Тринидаде» (100 т). Капитанами остальных судов были назначены испанцы: «Сан-Антонио» (120 т) - Хуан Картахена , получивший также полномочия королевского контролера экспедиции; «Консепсьон» (90 т) - Гаспар Кесада ; «Виктория» (85 т) - Луис Мендоса и «Сантьяго» (75 т) - Хуан Серрано . Штатный состав всей флотилии исчислялся в 293 человека, на борту находилось еще 26 внештатных членов экипажа, среди них молодой итальянец Антонио Пигафетта , будущий историк экспедиции. Поскольку он не был ни моряком, ни географом, очень важным первоисточником служат записи в судовых журналах, которые Франсиско Альбо, помощник штурмана, вел на «Тринидаде». В первое кругосветное плавание отправился интернациональный коллектив: кроме португальцев и испанцев, в его состав вошли представители более 10 национальностей.

сентября 1519 г. флотилия вышла из порта Сан-Лукар в устье Гвадалквивира. При переходе через океан Магеллан выработал хорошую систему сигнализации, разнотипные корабли его флотилии ни разу не разлучались. Несогласия между ним и капитанами-испанцами начались очень скоро: за Канарскими о-вами Картахена потребовал, чтобы начальник советовался с ним относительно всякой перемены курса. Магеллан спокойно и гордо ответил: «Ваша обязанность следовать днем за моим флагом, а ночью за моим фонарем». Через несколько дней Картахена снова поднял этот вопрос. Тогда Магеллан, отличавшийся, несмотря на малый рост, большой физической силой , схватил его за шиворот и приказал держать под стражей на «Виктории», а капитаном «Сан-Антонио» назначил своего родственника, «сверхштатного» моряка Алвару Мишкиту .

26 сентября флотилия подошла к Канарским о-вам, 29 ноября достигла побережья Бразилии близ 8° ю. ш., 13 декабря - бухты Гуанабара, а 26 декабря - Ла-Платы. Штурманы экспедиции были лучшими в то время: выполняя определения широт, они внесли коррективы в карту уже известной части материка. Так, мыс Кабу-Фриу, по их определению, находится не у 25° ю. ш., а у 23° ю. ш. - их ошибка составила менее 2 км от его истинного положения. Не доверяя сообщениям спутников Солиса, Магеллан около месяца обследовал оба низменных берега Ла-Платы; продолжив открытие равнинной территории Пампы, начатое Лижбоа и Солисом, он послал «Сантьяго» вверх по Паране, и, конечно, не нашел прохода в Южное море. Далее простиралась неведомая, малонаселенная земля. И Магеллан, боясь пропустить вход в неуловимый пролив, 2 февраля 1520 г. распорядился сняться с якоря и двигаться как можно ближе к побережью только днем, а к вечеру останавливаться. На стоянке 13 февраля в обнаруженном им большом заливе Баия-Бланка флотилия выдержала ужасающую грозу, во время которой на мачтах судов появились огни святого Эльма. Электрические разряды в атмосфере, имеющие форму светящихся кисточек. 24 февраля Магеллан открыл другой крупный залив - Сан-Магиас, обогнул выявленный им п-ов Вальдес и укрылся на ночь в небольшой гавани, которую назвал Пуэрто-Сан-Матиас (залив Гольфо-Нуэво наших карт, у 43° ю. ш.). Южнее, в районе устья р. Чубут, 27 февраля флотилия наткнулась на огромное скопление пингвинов и южных морских слонов. Для пополнения запасов пищи Магеллан направил к берегу лодку, но неожиданно налетевший шквал отбросил суда в открытое море. Оставшиеся на берегу матросы, чтобы не погибнуть от холода, укрылись телами убитых животных. Забрав «заготовителей», Магеллан двинулся к югу, преследуемый штормами, обследовал еще один залив, Сан-Хорхе, и провел шесть штормовых дней в узкой бухте (эстуарий р. Рио-Десеадо, близ 48° ю. ш.). 31 марта, когда стало заметно приближение зимы, он решил зимовать в бухте Сан-Хулиан (у 49° ю. ш.). Четыре корабля вошли в бухту, а «Тринидад» стал, на якоре у входа в нее. Офицеры-испанцы хотели заставить Магеллана «выполнить королевские инструкции»: повернуть к мысу Доброй Надежды и восточным путем пройти к Молуккам. В ту же ночь начался бунт. Картахена был выпущен на свободу, мятежники захватили «Викторию», «Консепсьон» и «Сан-Антонио», арестовали Мишкиту, а Кесада смертельно ранил помощника, преданного Магеллану. Они навели пушки на «Тринидад» и потребовали, чтобы Магеллан явился к ним для переговоров. Против двух кораблей адмирала были три мятежных, приготовившихся к бою. Но мятежники не доверяли своим матросам, а на одном судне даже разоружили их.

В тяжелых обстоятельствах Магеллан обнаружил спокойную решимость. Он послал верного ему альгвасила (полицейского офицера) Гонсало Гомеса Эспиносу с несколькими матросами на «Викторию» - пригласить ее капитана для переговоров на адмиральский корабль. Тот отказался, тогда альгвасил вонзил ему в горло кинжал, а один матрос добил его. Шурин Магеллана, португалец Дуарти Барбоза, немедленно завладел «Викторией» и был назначен ее капитаном. Теперь у мятежников было только два судна, а чтобы они не дезертировали, предусмотрительный адмирал, как сказано выше, заранее занял удобную позицию у выхода из бухты. «Сан-Антонио» пробовал было прорваться в океан, но матросы после залпа с «Тринидада» связали офицеров и сдались. То же произошло на «Консепсьоне». Магеллан круто обошелся с бунтовщиками-капитанами: он приказал отрубить голову Кесаде, четвертовать труп Мендосы, высадить на пустынный берег Картахену вместе с заговорщиком-священником, но остальных бунтовщиков пощадил.

В начале мая адмирал послал на юг на разведку Серрано на «Сантьяго», но 3 мая корабль разбился о скалы у р. Санта-Крус (у 50° ю. ш.) и команде его с трудом удалось спастись (погиб один матрос).

Магеллан перевел Серрано капитаном на «Консепсьон». К месту зимовки подходили индейцы очень высокого роста. Они были названы патагонцами (по-испански «патагон» - большеногий), их страна с того времени именуется Патагонией. Пигафетта преувеличенно описывал патагонцев как настоящих великанов. Название этого племени техуэльчи. Накидки из шкур гуанако с высокими капюшонами и мокасины делали их выше, чем они были в действительности: рост индейцев по замерам конца 1891 г. составлял от 183 до 193 см. 24 августа флотилия вышла из бухты Сан-Хулиан и достигла устья Санта-Крус, где пробыла до середины октября, ожидая наступления весны. 18 октября флотилия двинулась на юг вдоль патагонского берега, который образует на этом участке (между 50 и 52° ю. ш.) широкий залив Баия-Гранде. Перед выходом в море Магеллан заявил капитанам, что будет искать проход в Южное море и повернет на восток, если не найдет пролива до 75 ю. ш., т. е. он сам сомневался в существовании «Патагонского пролива», но хотел продолжать предприятие до последней возможности. Залив, или пролив, ведущий на запад, был найден 21 октября 1520 г. за 52° ю. ш., после того, как Магеллан открыл неизвестное ранее Атлантическое побережье Южной Америки на протяжении около 3,5 тыс. км (между 34 и 52° ю. ш.).

Обогнув мыс Дев (Кабо-Вирхенес), адмирал выслал вперед два корабля, чтобы выяснить, существует ли на западе выход в открытое море. Ночью поднялся шторм, который длился два дня. Посланным кораблям грозила гибель, но в самый тяжелый момент они заметили узкий пролив, устремились гуда и оказались в сравнительно широкой бухте; по ней они продолжали путь и увидели другой пролив, за которым открылась новая, более широкая бухта.

Молодой Карл I, король Испании (позднее - император Карл V), внук Фердинанда и Изабеллы

Художник: Бернард ван Орли

Тогда капитаны обоих кораблей - Мишкита и Серрано - решили вернуться и доложить Магеллану, что, видимо, нашли проход, ведущий в Южное море. «...Мы увидели эти два корабля, подходившие к нам на всех парусах с развевающимися по ветру флагами. Подойдя к нам ближе... они стали стрелять из орудий и шумно приветствовать нас». Однако до выхода в Южное море было еще далеко: Магеллан шел несколько дней на юг через узкие проливы, пока не увидел два канала у о. Доусон: один - на юго-восток, другой - на юго-запад. Он послал «Сан-Антонио» и «Консепсьон» на юго-восток, а на юго-запад - лодку. Моряки вернулись «через три дня с известием, что видели мыс и открытое море». Адмирал прослезился от радости и назвал этот мыс Желанным.

«Тринидад» и «Виктория» вошли в юго-западный канал, простояли там на якоре в ожидании четыре дня и вернулись назад для соединения с двумя другими кораблями, но там был только «Консепсьон»: на юго-востоке он зашел в тупик - в залив Инутиль - и повернул обратно. «Сан-Антонио» попал в другой тупик; на обратном пути, не застав на месте флотилию, офицеры ранили и заковали в кандалы Мишкиту и в конце марта 1521 г. вернулись в Испанию. Дезертиры обвинили Магеллана в измене, чтобы оправдать себя, и им поверили: Мишкита был арестован, семья Магеллана лишена казенного пособия. Жена его и два ребенка вскоре умерли в нищете. Но адмирал не знал, при каких обстоятельствах исчез «Сан-Антонио». Он полагал, что корабль погиб, так как Мишкита был его испытанным другом. Следуя вдоль северного берега сильно сузившегося Патагонского пролива (так называл его Магеллан), он обогнул самую южную точку Южно-Американского континента - мыс Фроуорд (на п-ове Брансуик, 53°54" ю. ш.) и еще пять дней (23–28 ноября) вел три корабля на северо-запад будто по дну горного ущелья. Высокие горы (южное окончание Патагонской Кордильеры) и голые берега, казалось, были безлюдны, но на юге днем были видны дымки, а по ночам - огни костров. И Магеллан назвал эту южную землю, размеров которой он не знал, «Земля Огня» (Тьерра-дель-Фуэго). По другой версии, он назвал южную страну «Землей Дымов» (очагов) - Тьерра-де-лос-Умос (так показано на испанской карте 1529 г) Но Карл I переименовал ее в «Землю Огней» на том основании, что «нет дыма без огня». На наших картах она неточно называется Огненной Землей. Через 38 дней, после того как Магеллан нашел атлантический вход в пролив, действительно соединяющий два океана, он прошел мыс «Желанный» (теперь Пилар) у тихоокеанского выхода из Магелланова пролива (около 550 км).

так, Магеллан вышел 28 ноября 1520 г. из пролива в открытый океан и повел оставшиеся три корабля сначала на север, стараясь поскорее покинуть холодные высокие широты и держась при мерно в 100 км от скалистого побережья. 1 декабря он прошел близ п-ова Тайтао (у 47° ю. ш.), а затем суда удалились от материка - 5 декабря максимальное расстояние составило 300 км. 12 - 15 декабря Магеллан вновь довольно близко подошел к берегу у 40° и 38°30" ю. ш., т. е. не менее чем в трех точках видел высокие горы - Патагонскую Кордильеру и южную часть Главной Кордильеры. От о. Моча (38°30" ю. ш.) суда повернули на северо-запад, а 21 декабря, находясь у 30° ю. ш. и 80° з. д.,- на запад-северо-запад.

Нельзя, конечно, говорить, что во время своего 15-дневного плавания на север от пролива Магеллан открыл побережье Южной Америки на протяжении 1500 км, но он по крайней мере доказал, что в диапазоне широт от 53°15" до 38°30" ю. ш. западный берег материка имеет почти меридиональное направление.

«...Мы... погрузились в просторы Тихого моря. Три месяца и двадцать дней мы были совершенно лишены свежей пищи. Мы питались сухарями, но то уже не были сухари, а сухарная пыль, смешанная с червями... Она сильно воняла крысиной мочой. Мы пили желтую воду, которая гнила уже много дней. Мы ели также воловьи кожи, покрывающие реи... Мы вымачивали их в морской воде в продолжение четырех-пяти дней, после чего клали на несколько минут на горячие уголья и съедали. Мы часто питались древесными опилками. Крысы продавались по полдуката за штуку, но и за такую цену их невозможно было достать» (Пигафетта). Почти все болели цингой; 19 человек умерло, в том числе бразилец и патагонский «гигант». К счастью, погода была все время хорошая: потому-то Магеллан и назвал океан Тихим.

Вероятно, именно во время перехода через Тихий океан в южном полушарии спутники Магеллана обратили внимание на две звездные системы, получившие позднее название Большого и Малого Магеллановых облаков. «Южный полюс не такой звездный, как северный, - пишет Пигафетта, - здесь видны скопления большого числа небольших звезд, напоминающие тучи пыли. Между ними расстояние небольшое, и они несколько тусклые. Среди них находятся две крупные, но не очень яркие звезды , двигающиеся очень медленно». Он имел в виду две звезды околополярного созвездия Гидры. Испанцы обнаружили также «пять необычайно ярко сверкающих звезд, расположенных крестом...» - созвездие Крест, или Южный Крест.

Пересекая Тихий океан, флотилия Магеллана прошла не менее 17 тыс. км, из них большую часть в водах Южной Полинезии и Микронезии, где разбросано бесчисленное множество небольших островов. Поразительно, что при этом моряки встретили за все время лишь «два пустынных островка, на которых нашли одних только птиц да деревья». По записям Альбо, первый (Сан-Пабло), открытый 24 января 1521 г., находится на 16°15", а второй (Тивуронес, т. е. «Акулы», 4 февраля) - на 10° 40" ю. ш. Магеллан и Альбо очень точно для того времени определяли широту, но так как о правильном исчислении долготы в XVI в. не приходится говорить, то нельзя уверенно отождествить эти островки с какими-нибудь островами на наших картах. Наиболее вероятно, что Сан-Пабло - один из северо-восточных островов архипелага Туамоту, Тивуронес, - один из южных островов Лайн (Центральная Полинезия). На этом отрезке Магеллан выполнил первое измерение морских глубин, которое может быть классифицировано как «научное». Достичь дна с помощью шести связанных линей в несколько сотен морских саженей он не смог и пришел к выводу, что обнаружил самую глубокую часть океана.

Историки недоумевают, почему Магеллан пересек экватор и зашел за 10° с. ш. - он же знал, что Молукки находятся у экватора. Но ведь именно там лежит Южное море, уже известное испанцам. Возможно, Магеллан хотел убедиться, действительно ли оно является частью новооткрытого океана.

6 марта 1521 г. на западе наконец появились два обитаемых острова (Гуам и Рота, самые южные из группы Марианских). Десятки лодок с балансирами вышли навстречу чужеземцам. Они плыли с помощью треугольных «латинских» парусов, сшитых из пальмовых листьев. У Гуама (13°30" с. ш.) жители - смуглые, хорошо сложенные люди, голые, Женщины носили набедренные повязки, «узкую полоску тонкой, как бумага, коры ». но в небольших шляпах из пальмовых листьев - взобрались на корабль и хватали все, что им попадалось на глаза, вследствие чего эта группа названа была «Разбойничьими островами» (Ладронес).

Когда островитяне похитили лодку, привязанную за кормой, раздраженный Магеллан высадился на берег с отрядом, сжег несколько десятков хижин и лодок, убил семь человек и вернул лодку. «Когда кто-нибудь из туземцев бывал ранен стрелами из наших арбалетов, которые пронзали его насквозь, он раскачивал конец стрелы во все стороны, вытаскивал его, рассматривал с великим изумлением и так умирал...»

15 марта 1521 г., пройдя на запад еще около 2 тыс. км, моряки увидели встающие из моря горы - это был о. Самар восточно-азиатской группы островов, позднее названных Филиппинами. Магеллан тщетно искал место для якорной стоянки - скалистый берег острова не представил ни единого шанса. Суда продвинулись немного на юг, к островку Сиаргао близ южной оконечности о. Самар (у 10°45" с. ш.) и там провели ночь. Длина пути, пройденного Магелланом от Южной Америки до Филиппин, оказалась во много раз больше расстояния, которое показывали на картах того времени между Новым Светом и Японией. На деле Магеллан доказал, что между Америкой и тропической Азией лежит гигантское водное пространство, гораздо шире Атлантического океана . Открытие прохода из Атлантического океана в Южное море и плавание Магеллана через это море произвело настоящую революцию в географии. Оказалось, что большая часть поверхности земного шара занята не сушей, а океаном, и доказано было наличие единого Мирового океана.

з осторожности Магеллан 17 марта перешел от Сиаргао к необитаемому острову Хомонхон, Акватория к западу от него стала знаменитой в наше время: 24–26 октября 1944 г. американские военно-морские силы разгромили здесь японский флот; в итоге американцы заняли все Филиппинские о-ва, кроме о. Лусон. лежащему к югу от большого о. Самар, чтобы запастись водой и дать отдохнуть людям. Жители соседнего островка доставляли испанцам фрукты, кокосовые орехи и пальмовое вино. Они сообщили, что «в этом краю много островов». Магеллан назвал архипелаг Сан-Ласаро. У местного старейшины испанцы видели золотые серьги и браслеты, хлопчатобумажные ткани, вышитые шелком, холодное оружие, украшенное золотом. Через неделю флотилия двинулась на юго-запад и остановилась у о. Лимасава (10° с. ш., 125° в. д., южнее о. Лейте). К «Тринидаду» подошла лодка. И когда малаец Энрике, раб Магеллана, окликнул гребцов на своем родном языке , они его сразу поняли. Через пару часов прибыли две большие лодки, полные людей, с местным правителем, и Энрике свободно объяснялся с ними. Магеллану стало ясно, что он находится в той части Старого Света, где распространен малайский язык, т. е. недалеко от «Островов пряностей» или среди них. И Магеллан, побывавший на о. Амбон (128° в. д.) в составе экспедиции А. Абреу, завершил таким образом первое в истории кругосветное плавание.

Правитель острова дал Магеллану лоцманов, которые сопровождали корабли до крупного торгового порта Себу. В журнале Альбо и у Пигафетты появляются новые для европейцев названия островов - Лейте, Бохоль, Себу и т. д. Западноевропейские историки называют это открытием Филиппин, хотя они давно уже посещались азиатскими мореходами, и Магеллан и его спутники видели там китайские товары, например фарфоровую посуду. В Себу они встретили порядки настоящего «цивилизованного» мира. Раджа (правитель) начал с того, что потребовал от них уплаты пошлины. Платить Магеллан отказался, но предложил ему дружбу и военную помощь, если тот признает себя вассалом испанского короля. Правитель Себу принял предложение и через неделю даже крестился вместе со своей семьей и несколькими сотнями подданных. Вскоре были крещены, по утверждению Пигафетты, «все жители этого острова и некоторые с других островов». На о. Себу он беседовал с несколькими арабскими купцами, сообщившими ему сведения о других островах архипелага. В итоге впервые в географический обиход с незначительными искажениями вошли такие названия, как Лусон, Минданао и Сулу.

В роли покровителя новых христиан Магеллан вмешался в междоусобную войну правителей островка Мактан, расположенного против города Себу. В ночь на 27 апреля 1521 г. он отправился туда с 60 людьми на лодках, но они из-за рифов не могли подойти близко к берегу. Магеллан, оставив в лодках арбалетчиков и мушкетеров, с 50 людьми переправился вброд на островок. Там, у селения, их ожидали и атаковали три отряда. С лодок начали стрельбу по ним, но стрелы и даже мушкетные пули на таком расстоянии не могли пробить деревянных щитов нападающих. Магеллан приказал поджечь селение. Это разъярило мактанцев, и они стали осыпать чужеземцев стрелами и камнями и кидать в них копья. «...Наши, за исключением шести или восьми человек, оставшихся при капитане, немедленно бросились в бегство... Узнав капитана, на него накинулось множество людей... но все же он продолжал стойко держаться. Пытаясь вытащить меч, он обнажил его только до половины, так как был ранен в руку... Один [из нападающих] ранил его в левую ногу... Капитан упал лицом вниз, и туг его закидали... копьями и начали наносить удары тесаками, до тех пор, пока не погубили... наш свет, нашу отраду... Он все время оборачивался назад, чтобы посмотреть, успели ли мы все погрузиться в лодки» (Пигафетта). Кроме Магеллана, погибли восемь испанцев и четверо союзных островитян. Среди моряков имелось немало раненых. Подтвердилось старое изречение: «Господь бог дал португальцам очень маленькую страну для жизни, но весь мир для смерти». На пустынном берегу о. Мактан, где нашел смерть Магеллан, ему поставлен памятник в виде двух кубов, увенчанных шаром.

осле гибели Магеллана капитанами флотилии были избраны Д. Барбоза и X. Серрано. Новокрещенный правитель Себу, узнав, что корабли собираются уходить, пригласил своих союзников на прощальный пир. 24 моряка, в том числе Барбоза и Серрано, приняли приглашение и сошли на берег, но двое - Г. Эспиноса и пилот «Консепсьона» португалец Жуан Лопиш Карвалью - вернулись, заподозрив недоброе. Услышав на берегу крики и вопли, они приказали кораблям подойти ближе к берегу и обстрелять из орудий город. В это время испанцы увидели Серрано раненого, в одной рубахе; он кричал, чтобы прекратили стрельбу, иначе его убьют и что все его товарищи убиты, кроме переводчика малайца Энрике. Он умолял выкупить его, но Корвалью запретил шлюпке подойти к берегу. «...И поступил он так с целью, - пишет Пигафетта,- чтобы они одни остались хозяевами на кораблях. И несмотря на то, что Хуан Серрано плача молил его не поднимать так быстро паруса, так как они убьют его... мы тут же отбыли». Сразу же Карвалью был объявлен начальником экспедиции, а капитаном «Виктории» избран Эспиноса. На судах осталось 115 человек, среди них много больных. Управлять тремя кораблями с таким экипажем было затруднительно, поэтому в проливе между о-вами Себу и Бохоль обветшалый «Консепсьон» был сожжен.

«Виктория» и «Тринидад», выйдя из пролива, прошли мимо острова, «где люди черного цвета, как в Эфиопии» (первое указание на филиппинских негритосов); испанцы назвали этот остров Негрос. На Минданао они впервые услышали о расположенном к северо-западу большом о. Лусон. Случайные лоцманы вели корабли через море Сулу к Палавану, самому западному острову Филиппинской группы.

Пигафетта - точный и тщательный хроникер - не был профессиональным картографом. Но как беспристрастный художник он сделал грубые зарисовки ряда островов Филиппинского архипелага, которых коснулась экспедиция Магеллана. Они не имеют сходства с оригиналами и могут быть идентифицированы лишь по названиям: Самар, первый из посещенных островов, Хомонхон, где произведена первая высадка, Мактан, место гибели Магеллана, а также Панаон, Лейте, Себу и Палаван. От о. Палаван испанцы прибыли - первые из европейцев - к гигантскому о. Калимантан и 9 июля стали на якорь у г. Бруней, по имени которого весь остров они, а затем и другие европейцы стали называть Борнео. Испанцы заключили союзы с местными раджами, покупали продукты и местные товары, иногда грабили встречные суда, но все еще не могли узнать дорогу к «Островам пряностей».

Пигафетта продуктивно использовал месячную стоянку «Виктории» - почти весь июль он провел в качестве гостя султана города Бруней и собрал первые достоверные сведения об о. Калимантан: «Этот остров настолько велик, что потребуется три месяца, чтобы обогнуть его на прау» (малайское судно).

7 сентября испанцы отправились в плавание вдоль северо-западного берега Калимантана При этом обходе Пигафетта усмотрел скалистую вершину и окрестил ее «горой Св. Петра» - это Кинабалу (4101 м), высшая точка Малайского архипелага. и, дойдя до его северной оконечности, простояли почти полтора месяца у небольшого острова, запасаясь продуктами и дровами. Им удалось захватить джонку с малайским моряком, знавшим путь к Молуккам. Карвалью скоро был смещен «за неисполнение королевских указов» и адмиралом избран Эспиноса. Капитаном «Виктории» стал бывший помощник штурмана на «Консепсьоне» баск Хуан Севастьян Элькано , иначе - дель Кано. 26 октября в море Сулавеси корабли выдержали первый шторм после того, как оставили Магелланов пролив. 8 ноября малайский моряк привел суда к рынку пряностей на о. Тидоре, у западного берега Хальмахеры, самого большого из Молуккских о-вов. Здесь испанцы дешево закупили пряности - корицу, мускатный орех, гвоздику. «Тринидад» нуждался в ремонте, и было решено, что по его завершении Эспиноса пойдет на восток, к Панамскому заливу, а Элькано поведет на родину «Викторию» западным путем - вокруг мыса Доброй Надежды.

декабря «Виктория» с экипажем в 60 человек, в том числе 13 малайцев, захваченных на островах Индонезии, двинулась от Тидоре на юг. В конце января 1522 г. лоцман-малаец привел корабль к о. Тимор. 13 февраля испанцы потеряли его из виду и взяли курс на мыс Доброй Надежды, потратив на блуждание среди Малайских о-вов в три раза больше времени, чем на переход через Тихий океан.

Элькано сознательно держался подальше от обычного пути португальских кораблей, встреча с которыми грозила испанцам тюрьмой и, может быть, казнью. В южной части Индийского океана моряки усмотрели только один остров (у 37°50" ю. ш., Амстердам). Это произошло 18 марта. 20 мая «Виктория» обогнула мыс Доброй Надежды.

Пройдя первым в этой части Индийского океана, Элькано доказал, что «Южный» материк не достигает 40° ю. ш. За время перехода по неведомым морским просторам Индийского океана экипаж судна сократился до 35 человек, включая четырех малайцев. На о-вах Зеленого Мыса, принадлежащих Португалии, где была сделана остановка с целью пополнения запасов пресной воды и продовольствия, выяснилось, что моряки «потеряли» один день, обходя землю с запада; За эту «потерю» все оставшиеся в живых члены экипажа «Виктория» были подвергнуты унизительному наказанию - публичному покаянию: с церковной точки зрения подобная «небрежность» привела к неправильному соблюдению постов. Этот факт - яркая иллюстрация невежественности церковников, отказавшихся даже предположить возможность естественного объяснения интересного факта «потери» дня, впервые проявившегося в ходе кругосветного плавания Магеллана и его спутников. здесь, у Сантьягу, отстали еще 12 испанцев и один малаец, арестованные по подозрению в том, что они попали на Молукки восточным путем. 6 сентября 1522 г. «Виктория» потерявшая в пути еще одного матроса, достигла устья Гвадалквивира, совершив за 1081 день первое в истории кругосветное плавание.

Из пяти кораблей Магеллана лишь один обогнул земной шар, а из его экипажа в 265 человек вернулись на родину только 18 (на борту были три малайца). 13 моряков, арестованных на Сантьнгу, прибыли на родину позднее, отпущенные португальцами по требованию Карла I. Но «Виктория» привезла столько пряностей, что продажа их с лихвой покрыла затраты на экспедицию, а Испания получила «право первого открытия» на Марианские и Филиппинские о-ва и предъявила претензии на Молукки.

Магеллан своим кругосветным плаванием доказал, что между Америкой и Азией простирается величайшее водное пространство, и установил наличие единого Мирового океана. Магеллан навсегда положил конец спорам о форме нашей планеты, предоставив практическое свидетельство ее шарообразности. Благодаря ему, наконец, ученые получили возможность установить истинные размеры Земли не умозрительно, а на основании неопровержимых данных.

емонт «Тринидада» затянулся более чем на три месяца, и он отплыл от Тидоре под командой Эспиносы (штурман Леоне Панкальдо ) с экипажем 53 человека и почти 50-тонным грузом пряностей только 6 апреля 1522 г. Обогнув северный конец о. Хальмахера, Эспиноса сразу взял курс на восток, к Панаме. Однако противные ветры вскоре заставили его повернуть на север. В начале мая он обнаружил о-ва Сонсорол (у 5° с. ш., на крайнем западе Каролинской цепи), а между 12 и 20° с. ш. - 14 других островов из группы Марианских. С одного из них, скорее всего с о. Агрихан (у 19° с. ш.), на борт был взят туземец. Борясь с восточными ветрами, штормовой погодой и холодом, 11 июня Эспиноса достиг 43° с. ш. Как далеко к востоку продвинулось судно, ныне можно лишь предполагать - вероятно, испанцы находились между 150 и 160° в. д. 12-дневный шторм, плохая пища и слабость вынудили моряков повернуть назад. От голода и цинги к этому времени умерло больше половины команды. На обратном пути 22 августа Эспиноса открыл еще несколько северных Марианских о-вов, в том числе Мауг на 20° с. ш., и вернулся к Молуккам около 20 октября 1522 г. Дезертировавший у Мауга матрос Гонсало Виго перешел позднее на лодке к о. Гуам с помощью коренных жителей. Ознакомившись таким способом почти со всеми значительными островами между Маугом и Гуамом, он завершил открытие Марианской цепи, протянувшейся более чем на 800 км.

Между тем в середине мая 1522 г. к Молуккам подошла португальская военная флотилия Антониу Бриту . Выполняя задание - завладеть архипелагом и не допускать нарушения португальской монополии, он построил форт на о. Тернате. Получив в конце октября известие, что близ Молукк находится европейское судно, Бриту послал три корабля с приказом захватить его, и они привели к Тернате «Тринидад», на котором было 22 человека. Бриту наложил арест на груз и забрал мореходные инструменты, карты и, несомненно, судовой журнал. Этим объясняется осведомленность португальцев о пути экспедиции Магеллана, его гибели и позднейших событиях, а дополнительные сведения Бриту получил путем допроса «с пристрастием» захваченных им моряков. После четырехлетнего тюремного заключения из команды «Тринидада» выжили и в 1526 г. вернулись в Испанию только четверо, в том числе и Гонсало Эспиноса, также завершив кругосветное плавание.

Веб-дизайн © Андрей Ансимов, 2008 - 2014 год

00:05 — REGNUM

Почти 450 лет назад, 6 сентября 1522 года, в испанской гавани Сан-Лукар-де-Баррамеда пришвартовался потрёпанный корабль. На его борту находилось 18 измученных, голодных людей. Многих застали спящими, в горячке, слишком измученными, чтобы ликовать по поводу возвращения на родину. Так судно «Виктория» вернулось из небывалого кругосветного путешествия, ставшего историческим. После завершения последней экспедиции Фернана Магеллана мир стал таким, каким мы видим его сегодня. В этом путешествии был открыт Тихий океан и определены настоящие размеры нашей планеты. Событие это стало триумфом духа, сагой об отваге и мужестве, подвигах и поражениях. Магеллану же оно принесло лавры величайшего мореплавателя тех времен. Правда, мир об этом, может, и не узнал бы никогда, если бы не один молодой и честолюбивый испанец — капитан Хуан Себастьян Элькано.

Путь в неизвестность

Мечта генерал-капитана Магеллана, к которой он стремился в течение пяти лет, осуществилась 21 сентября 1519 года. По сути, в этот день он оправился в неизвестность. Летописец экспедиции Антонио Пигафетта так описал это событие:

«Флот, снабжённый всем необходимым для морского путешествия и имея на борту разных людей числом всего 241, готовился покинуть Севильский порт. Дав залп из многих орудий, мы вышли в море».

Это была крупнейшая авантюра упрямого португальца. Однако в случае удачи он рассчитывал на богатство и славу. Цель Магеллана была чисто экономической: отыскать для Испании торговый путь к самому ценному товару — пряностям, которые в 16-м веке ценились дороже золота. Но путь к ним для испанцев был закрыт. В 1494 году папа римский поделил мир между двумя великими морскими державами. Испания получила западную половину, а Португалия — восточную, где пролегал единственный известный путь к Островам Пряностей — через Молуккские острова. Целью Магеллана было найти туда западный путь — через испанские воды. Это помогло бы доказать, что Острова Пряностей находятся ближе к Новому Свету, а не к Азии, а значит, источник пряного богатства располагается в сфере влияния Испании, а не Португалии.

Безумный, по сути, план. Но если такой путь все-таки найдется, Испания могла бы стать самой богатой державой, а Магеллан — получить свою долю от прибыли.

Экспедиция состояла из пяти торговых судов-каравелл, приспособленных для длительного плавания в открытом море. Мало кто верил в успех этого путешествия, ведь Магеллан шел в места, не нанесённые на карты (Колумб и его последователи ранее обозначили только берег Бразилии и некоторые острова Карибского моря, а дальше на картах того времени было большое белое пятно : что находится южнее мыса Доброй Надежды, картографам в то время было неизвестно).

Многие считали, что южноамериканский континент перекроет путь путешественникам. Однако из некоторых источников того времени известно, что Магеллан знал: на Острова Пряностей можно попасть, обогнув Америку с юга. Возможно, он действительно располагал некоторыми сведениями (такую информацию мореплаватели держали в тайне), но так и не раскрыл их источник.

«Решив совершить столь длительное плавание по океану, на котором повсеместно свирепствуют неистовые ветры и сильные бури, и не желая в то же время, чтобы кто-нибудь из его экипажа знал о его намерениях в этом предприятии, дабы их не могла смутить мысль о свершении столь великого и необыкновенного деяния, которое он готовился осуществить с помощью Господа Бога», — писал Антонио Пигафетта.

Решимость и «божественная» помощь

Решение держать экипаж в неведении было опасным, оно могло погубить все предприятие. Магеллан впервые командовал не только флотом, но и кораблем. Что же вынудило столь целеустремленного генерала пойти на такой риск? О личности Магеллана мало известно — человека затмили его дела. По некоторым данным, он принимал участие в захвате земель Восточной Африки, строил город в Мозамбике, воевал в Индии и дошел до Индонезии. Всё это время служил португальскому королю честно, воевал храбро и за достаточно короткое время приобрел авторитет, пользовался доверием вице-короля и командующих крупными эскадрами. Во время одной из операций, в результате которой большая группа португальских моряков осталась без корабля, а спасательных шлюпок хватило только на половину несчастных, он оказался единственным дворянином, который согласился ждать с простолюдинами второй рейс, чем предотвратил бунт моряков. Но дома его не встретили как героя. Когда он вернулся в Португалию, то оказался никому не нужен. Королевский казначей назначил Магеллану пенсию, самую маленькую, которую назначают дворянам за военные заслуги.

Вероятно, тогда он и решил доказать всем, что достоин большего, решил закончить дело, которое не довершили Колумб и Васко да Гама. И если первые обогнули Африку, то Магеллан замахнулся на Южную Америку. Эта цель стала его навязчивой идеей.

И первым его противником был Тихий океан, унесший немало жизней. 3 октября 1519 года погода ухудшилась. Моряки выдержали много яростных шквалов.

«Так как не было возможности двигаться вперед, то во избежание кораблекрушения паруса убирали, и таким-то образом нас носило то туда, то сюда все время, пока продолжалась буря, — так яростна была она. При дожде ветер стихал. С появлением солнца наступало затишье. Какие-то большие рыбы , называемые акулами, подплывали к кораблям. У них страшные зубы, и как только им попадается человек, они пожирают его. Мы выловили много рыб при помощи железных крюков, но они непригодны для еды; размерами поменьше лучше, но точно так же не годятся для этой цели», — писал Антонио Пигафетта.

Малегган шел через самые опасные воды в мире. Корабли получали повреждения, теряли прочность. При одном таком шторме ветер был такой силы, что разорвал паруса в клочья, несмотря на то, что они были свернуты и закреплены.

Магеллан был целеустремленным человеком, его вела идея, но силы его людей к тому времени были уже на грани истощения. К тому же их пугала неизвестность. Неудивительно, что они стали молиться о божественном заступничестве.

«Во время этих бурь нам не раз являлось светлое тело, т. е. св. Эльм, в пламени, а в одну очень темную ночь он показался на грот-мачте, пылая, точно ярко горящий факел, где и оставался в продолжении двух с лишним часов, принося нам отраду, так как все мы проливали слезы. Когда этот благословенный свет погас, столь яркой была его последняя вспышка, что она поразила наше зрение, и все мы больше чем одну восьмую часа не могли видеть ничего и молили, чтобы сжалились над нами. Но как раз тогда, когда мы считали себя на краю гибели, море внезапно успокоилось», — писал Антонио Пигафетта.

Просчет и бунт

Через четыре месяца после отбытия из Испании потрепанный флот подошел к берегам Южной Америки. Моряки встали на якорь в диком заливе, где впоследствии возникнет Рио-де-Жанейро. Оттуда они направились вдоль побережья на юг.

А нтонио Пигафетта описывал удивительные открытия экспедиции: «Тут водится бесчисленное множество попугаев; нам давали в обмен на одно зеркало восемь штук. Водятся и маленькие обезьянки, похожие на львов, но желтого цвета и очень красивые < …> Мужчины и женщины такого же сложения, как и мы. Они едят мясо своих врагов, и не потому, чтобы оно было вкусное, а таков уж установившийся обычай».

Вскоре экспедиция достигла края известного мира — 35 градусов южной широты. Южнее еще никто из европейцев не бывал. Здесь Магеллан и рассчитывал найти проход, поскольку берег круто поворачивал на запад, а к югу, казалось, нет никакой земли.

«Мы называли этот мыс мысом Святой Марии и думали, что за ним лежит проход в южное, то есть полуденное море», — вспоминает летописец .

Ужасная правда открылась через 15 дней: это был не легендарный проход, а гигантский залив Ла-Плата. Это была катастрофа. Магеллан зашёл в тупик. Его уверенность в существовании прохода рушилась, но о возвращении не могло быть и речи. Тогда Магеллан принимает смелое решение — переступить за край известного мира плыть туда, где не бывал ни один европеец. Он вслепую пошел на юг, вдоль пустынных берегов, названных им Патагонией, в самые свирепые моря в мире на пороге зимы.

Там моряки увидели тысячи потенциальных проходов — тихие бухты широких рек, огромные заливы. Каждый нужно было проверить. Можно представить, каково это было — в ненастную погоду менять курс неповоротливых кораблей и маневрировать! Три месяца моряки шли на юг, но не могли найти никакого прохода. Припасы были на исходе, дни становились короче. 31 марта 1520 года они встали на зимовку в заливе Святого Хулиана. Голодные и усталые люди мерзли. Моральный дух упал по предела. Последней каплей в чаше терпения команды стало решение Магеллана сократить рацион. Офицеры потребовали, чтобы он повернул назад в Испанию. Человек, который поставил на карту все, чтобы найти путь в обход Южной Америки, на это пойти не мог.

Экспедиция оказалась под угрозой: холод, голод, утрата веры в капитан-генерала. И как итог — мятеж. Магеллана изолировали. Времени на раздумья не было. Он направил верного оружейника к одному из мятежных капитанов с особым поручением — убить его. Оставшийся экипаж сдался. Магеллану удалось также перехватить и другой мятежный корабль и таким образом подавить мятеж. Оставалось наглядно показать — в чьих руках власть. Капитан-генерал восстановил авторитет.

Потеря кораблей и легендарный пролив

После подавления мятежа нужно было думать о том, как прожить зиму. Продовольствия катастрофически не хватало. Чем дальше — тем хуже. Один из кораблей — «Сантьяго» — разбился о скалы. Но ничто не могло остановить Магеллана. После 7-месячной зимовки можно было продолжать поиск прохода. Четыре оставшихся корабля снова шли на юг, вдоль берегов Патагонии, исследуя каждую бухту. Наконец забрезжила надежда — кости китов. Хороший знак — возможно, здесь этим путем мигрируют киты, а значит, впереди океан. 25 октября 1520 года, в день «Одиннадцати тысяч дев» — Святой Урсулы — примерно на 52-й параллели южной широты моряки открыли мыс, который они и назвали в честь этого праздника.

Это произошло чуть ли не через год после начала плавания. Самое главное, что вода в длинной протоке была соленой, а значит, на другом конце находился выход в соленое море. В надежде, что наконец найден путь на восток, флот устремился вперед. На западе пролив открывался в бухту, а за ним начинался еще один пролив. Экспедиция очень долго шла в глубь континента. Перед моряками возникали все новые острова, проливы и бухты. Моряки уже решили, что ходят между горами по кругу. Многим из тех, кто был на кораблях, казалось, что из него нет выхода.

В этих проливах Магеллан лишился второго корабля. Но на сей раз — не из-за ненастья. Экипаж «Сан-Антонио» взбунтовался и повернул в Испанию. Это был тяжелый удар: на том корабле оставалась большая часть запасов продовольствия. Магеллан дал команду держать курс на запад — северо-запад. По коварному проливу протяженностью, как мы теперь знаем, 530 километров. Прошло еще 38 дней, пока Магеллан наконец не увидел долгожданное море. Он нашел легендарный проход.

«Капитан-генерал прослезился от радости и назвал этот мыс Желанным, так как мы долгое время его желали», — вспоминал Антонио Пигафетта.

В этот момент Магеллан должно быть понял, что сравнялся с героями своего детства — Колумбом и Васко да Гамой. Его мечта сбылась. Скорее всего, Магеллан не осознавал исторического значения открытия этого пролива. На 400 лет он стал основным путем в Тихий океан. Сократить его смог лишь Панамский канал, открытый лишь в 1914 году.

Выдающееся открытие. Но для Магеллана и его спутников оно было лишь прелюдией к открытию западного пути к богатствам Островов Пряностей.

Ошибка Птолемея

28 ноября 1520 года Магеллан повернул на север. Погода была хорошей, а океан таким спокойным, что он назвал его Тихим. Безоблачное небо над безбрежным простором. Даже ночью небо было необычным. Путешественники разглядывали Южный Крест и еще нечто непонятное.

«Скопление небольших звезд, напоминающих тучи пыли. Среди них находятся две крупные, но не яркие звезды, двигающиеся очень медленно», писал Антонио Пигафетта. И только через 400 лет ученые поняли, что эти звездные скопления — ближайшие к нам галактики: Магеллановы облака помогли астрономам определить размеры Вселенной и наблюдать за смертью звезд.

18 декабря 1520 года корабли повернули на северо-запад. Магеллан еще не знал, как глубоко заблуждается. Он думал, что до Островов Пряностей осталось всего три дня пути. Расчет этот основывался на картах, а они, в свою очередь, — на трудах Птолемея, который утверждал, что окружность Земли оставляет 29 тысяч километров. Скоро капитан-генерал «потом и кровью» осознал, что Птолемей ошибся боле чем на 11 тысяч километров: Тихий океан занимает 28 процентов площади поверхности Земли. Магеллан вел своих людей в безбрежный, пустынный океан. Сложно представить что чувствовали путешественники, пересекая самый большой водный бассейн на планете, не представляя, насколько он велик. Возможно, самые слабые моряки уже и не думали, что когда-либо увидят землю. Команду сразила цинга, снова начался голод. Дневник Пигафетты, описывающий события того времени, жутко читать:

«В течение трех месяцев и двадцати дней мы были предоставлены Тихому океану, нигде и ни разу нам не удалось существенно пополнить запасы провизии или взять на борт что-нибудь свежее. Мы ели только старые сухари, кишевшие червями и превратившиеся в крошево после их старательной и прожорливой деятельности. Пили тухлую желтую воду. Кроме того, мы ели воловью кожу, очень жесткую, так как солнце, дождь и ветер ее окончательно продубили. Поэтому мы клали ее на четыре-пять дней в соленую воду для размягчения, затем — на короткое время в раскаленную золу и уж потом делили между собой. Крысы считались исключительным лакомством. За полдуката их перекупали и перепродавали».

К концу января 1521 года Магеллан прошел на северо-восток 1000 километров в открытом море.

«Кроме двух пустынных островков, на которых мы нашли одних только птиц да деревья, мы никакой земли не видели. Мы не находим места, куда бы бросить якоря», — отмечал летописец .

Должно быть, и Магеллана стали обуревать немалые сомнения. Ведь лишь через пять месяцев, в 20 тысячах километров от пролива (10 градусов южнее экватора) члены экспедиции увидели землю. Это были нынешние Филиппины. Каким-то чудом Магеллану удалось сохранить оставшиеся корабли. А Острова Пряностей между тем были в нескольких днях пути. Игра стоила свеч.

Самонадеянность и гибель Магеллана

Филиппины казались настоящим раем. Пресная вода, обилие тропических фруктов, дружелюбные туземцы. Чтобы заявить права на Острова Пряностей, нужно было присоединить территорию к Испании, обратить туземцев в христианство. Для этого требовалось доказать его выгоды. Самое стоящее, что мог предложить филиппинцам Магеллан, — это непобедимость, достигаемую за счет превосходства в оружии. Действительно, гром пушек наводил на туземцев ужас, они признали силу пришельцев. Магеллан позаботился о том, чтобы, принимая крещение, туземцы одновременно приносили присягу верности испанской короне как символу верховной власти в мире и религии. Он поставил жесткое условие жить по его законам и подчиняться европейцам: «покоритесь и вы будете непобедимы». По сути это было создание базы для колонизации (испанцам впоследствии потребовался не один десяток лет, чтобы превратить Филиппины в колонию Испании).

Однако же уверенность капитан-генерала в превосходстве своего оружия стала роковой ошибкой. Он решил наказать вождя Силапулапу с соседнего острова Мактан за то, что тот отказался принять христианство.

Накануне сражения, пока команда Магеллана веселилась на «Виктории», будучи уверенной в победе, на Мактане всерьез готовились дать отпор. Вождь отобрал лучших воинов и призвал на помощь богов войны. Это столкновение культур и религий стало для филиппинцев символом борьбы за независимость.

Сначала Магеллан направил через пролив парламентеров. Они пытались уговорить Силапулапу принять христианство и подчиниться Испании, но снова получили отказ. На рассвете 27 апреля 1521 года Магеллан с отрядом из 50 человек высадились на берег Мартана, чтобы сразиться с тысячей воинов Силапулапу. Несмотря на численное превосходство противника, Магеллан не сомневался в победе, поскольку, как уже было сказано, полагался на свое превосходство в оружии и доспехах. Причем он был настолько уверен в победе, что отдал приказ другим капитанам не ввязываться в сражение.

И к тому же допустил роковую ошибку — начал операцию во время отлива. Корабль не смог подойти к берегу, и Магеллану с командой пришлось чуть ли не километр идти к берегу по мелководью. Пушечные ядра до берега не долетали. А когда в ходе боя у отряда Магеллана кончились боеприпасы, воины Силапулапу перешли в наступление.

Магеллан одним из первых был ранен стрелой выше колена. Он приказал организованно отступить, но только шесть человек, самых преданных, подчинились приказу и не бросили своего командира. Два раза ему сбивали с головы шлем, но «смелый капитан и рыцарь не сдался и вместе с оставшимися с ним людьми продолжал еще больше часа мужественно сражаться. Так как он был недалеко от берега, одному аборигену удалось ранить его в лицо. Капитан мгновенно проткнул противника его собственным копьем. Потом он схватился за свой меч, но смог его вытянуть только наполовину, так как брошенное бамбуковое копье разворотило ему руку. Как только враги это увидели, они ринулись на него, и один всадил ему большой дротик… глубоко в ногу. Тут генерал-капитан упал лицом вниз. Тотчас же они бросились на него с бамбуковыми копьями и дротиками и злодейски убили нашу отраду и надежду, утешение и светоч, нашего верного предводителя. Когда они его окружили, он еще успел обернуться, чтобы посмотреть, все ли достигли лодок», — так описывает события той трагедии летописец.

Остров Пряностей. Приобретения и потери

Сначала все в равной степени были объяты ужасом от случившегося. Но оставшиеся в живых знали, что Острова Пряностей совсем рядом. Туда направились два оставшиеся корабля. Командование «Викторией» взял на себя Хуан Себастьян Элькано. История явно недооценила его роль в экспедиции. Под его командованием моряки наконец нашли заветные пряности. Путешествие длиной в 28 тыс. километров унесло 100 жизней, в том числе капитан-генерала. Но остальные исполнили мечту Магеллана. Они достигли конечной цели путешествия. Именно там моряки убедились в том, что мешочек сушёной гвоздики, к примеру, надолго мог обеспечить его владельцу безбедное существование. Но чтобы разбогатеть, пряности еще нужно было довести до Испании. Перед оставшимися двумя кораблями встал выбор: возвращаться тем же путем или продолжить путь на запад — через воды, контролируемые противником. Одни выбрали путь на восток, другие — на запад.

Судно «Тринидат» пошло на восток, через Тихий океан, но было перехвачено португальцами. Они захватили драгоценный товар, экипаж взяли в плен, а корабль сожгли. Элькано на «Виктории» пошел на запад. До Испании было 20 тысяч километров, и весь путь проходил через сферу влияния той же Португалии. Чтобы не попасться, он шел через воды, не нанесенные на карту. Два месяца и почти 5 тысяч километров сквозь постоянные штормы. Некоторые были такими сильными, что значительно повредили корабль. Приходилось постоянно заниматься его починкой. К тому же вновь стали заканчиваться припасы, началась цинга.

«Однако хуже всех бед была вот какая. У некоторых из экипажа верхние и нижние десны распухли до такой степени, что они не могли есть», отмечал летописец.

Как известно, из 30 человек экипажа переболело 25. Многие погибли. Ужасная ирония: заболевание развивается от недостатка витамина С. А экипаж буквально сидел на гвоздике. Но люди не знали, что в ней содержится спасение. По дороге в Испанию больше половины экипажа умерло от цинги и голода. Элькано не погиб, потому что ел айвовое варенье. Он не знал, что от болезни его спас содержащийся в нем витамин С. Возможно, благодаря ему до нас и дошел дневник Пигафетты. Иначе мы бы никогда не узнали о подвиге Элькано. Он провел «Викторию» вокруг мыса Доброй Надежды, мимо Островов Зеленого Мыса в Испанию. Из 241 человека вернулась лишь горстка людей. Таков был итог первого кругосветного плавания. Из пяти кораблей, высланных в плавание, три пропало. Не поддаются счету аборигены, убитые во время плавания европейцами. Дорогая цена.

Как побочное стало главным

Итак, «Виктория» стала первым кораблем, обошедшим земной шар. А теория о том, что Земля круглая, стала неоспоримым фактом. Элькано был пожалован герб с изображением земного шара и надписью: «Ты первый обошёл вокруг меня». Само же кругосветное плаванье хоть и попало в историю, но не оправдало надежд экипажа. Эти люди не стали богачами. Пряности были проданы, и прибыль изъята в пользу королевской казны в компенсацию ущерба за потерю флота. Летописца оклеветали и по решению суда выслали в Италию. Через четыре года Элькано отправился во второе кругосветное плаванье, чтобы закрепить права Испании на Острова Пряностей, но умер в Тихом океане от цинги.

Практические, непосредственные результаты кругосветного плавания Магеллана, завершенного Элькано, тоже оказались незначительными. Путь к Островам Пряностей через Тихий океан был слишком долог и труден. Сопротивление португальцев заставило Карла V временно отказаться от проникновения в Юго-Восточную Азию.

Самое главное, после того как отошли в прошлое меркантильные, политические, военные аспекты плавания Магеллана, игравшие первенствующую роль в организации путешествия, осталось то, что было лишь средством, в лучшем случае побочной целью. Это — познание Земли, соотношения ее океанов, материков и островов. Знакомство же одних народов нашей планеты с другими оказалось долгим, трудным и кровавым. Но другой истории у нас нет.