В чем особенность языка сказа левша. Разделы

Поэтика Н.С. Лескова (Сказовая манера. Специфика стиля и объединения рассказов. Рассказ "Левша")

Н.С. Лесков сыграл значимую роль в русской литературе, в частности, в разработке особых стилистических форм. Изучая творчество Н.С. Лескова, следует отметить, что он обращался к особой манере повествования - сказ. Сказ, являясь структурно-типологическим образованием, имеет определенный набор признаков и примет. Помимо этого, в пределах того или иного жанра, в работах разных писателей сказ видоизменяется в связи с использованием новых стилистических приемов, а типологические стилистические свойства, не изменяясь, пополняются новым содержанием.

Лесков, безусловно, писатель первого ряда. Значение его постепенно растет в нашей литературе: возрастает его влияние на литературу, возрастает интерес к нему читателей. Однако назвать его классиком русской литературы трудно. Он изумительный экспериментатор, породивший целую волну таких же экспериментаторов в русской литературе, - экспериментатор озорной, иногда раздраженный, иногда веселый, а вместе с тем и чрезвычайно серьезный, ставивший себе большие воспитательные цели, во имя которых он и вел свои эксперименты.

Первое, на что на что следует обратить внимание, - это на поиски Лесковым в области литературных жанров. Он все время ищет, пробует свои силы в новых и новых жанрах, часть которых берет из "деловой" письменности, из литературы журнальной, газетной или научной прозы.

Очень многие из произведений Лескова имеют под своими названиями жанровые определения, которые им дает Лесков, как бы предупреждая читателя о необычности их формы для "большой литературы": "автобиографическая заметка", "авторское признание", "открытое письмо", "биографический очерк" ("Алексей Петрович Ермолов"), "фантастический рассказ" ("Белый орел"), "общественная заметка" ("Большие брани"), "маленький фельетон", "заметки о родовых прозвищах" ("Геральдический туман"), "семейная хроника" ("Захудалый род"), "наблюдения, опыты и приключения" ("Заячий ремиз"), "картинки с натуры" ("Импровизаторы" и "Мелочи архиерейской жизни"), "из народных легенд нового сложения" ( "Леон дворецкий сын (Застольный хищник)"), "Nota bene к воспоминаниям" ("Народники и расколоведы на службе"), "легендарный случай" ("Некрещеный поп"), "библиографическая заметка" ("Ненапечатанные рукописи пьес умерших писателей"), "post scriptum" ("О „квакерах""), "литературное объяснение" ("О русском левше"), "краткая трилогия в просонке" ( "Отборное зерно"), "справка" ("Откуда заимствованы сюжеты пьесы графа Л.Н. Толстого „Первый винокур""), "отрывки из юношеских воспоминаний" ("Печерские антики"), "научная записка" ("О русской иконописи"), "историческая поправка" ("Нескладица о Гоголе и Костомарове"), "пейзаж и жанр" ("Зимний день", "Полунощники"), "рапсодия" ("Юдоль"), "рассказ чиновника особых поручений" ("Язвительный"), "буколическая повесть на исторической канве" ("Совместители"), "спиритический случай" ("Дух госпожи Жанлис") и т.д., и т.п.

Лесков как бы избегает обычных для литературы жанров. Если он даже пишет роман, то в качестве жанрового определения ставит в подзаголовке "роман в трех книжках " ("Некуда"), давая этим понять читателю, что это не совсем роман, а роман чем-то необычный. Если он пишет рассказ, то и в этом случае он стремится как-то отличить его от обычного рассказа - например: "рассказ на могиле" ("Тупейный художник").

Лесков как бы хочет сделать вид, что его произведения не принадлежат к серьезной литературе и что они написаны так - между делом, написаны в малых формах, принадлежат к низшему роду литературы. Это не только результат очень характерной для русской литературы особой "стыдливости формы", но желание, чтобы читатель не видел в его произведениях нечто законченное, "не верил" ему как автору и сам додумывался до нравственного смысла его произведения. При этом Лесков разрушает жанровую форму своих произведений, как только они приобретают какую-то жанровую традиционность, могут быть восприняты как произведения "обычной" и высокой литературы, "Здесь бы и надлежало закончить повествование", но... Лесков его продолжает, уводит в сторону, передает другому рассказчику и пр.

Странные и нелитературные жанровые определения играют в произведениях Лескова особую роль, они выступают как своего рода предупреждения читателю не принимать их за выражение авторского отношения к описываемому. Этим предоставляется читателям свобода: автор оставляет их один на один с произведением: "хотите - верьте, хотите - нет". Он снимает с себя известную долю ответственности: делая форму своих произведений как бы чужой, он стремится переложить ответственность за них на рассказчика, на документ, который он приводит. Он как бы скрывается от своего читателя Калецкий П. Лесков // Литературная энциклопедия: В 11 т. [М.], 1929-1939. Т. 6. М.: ОГИЗ РСФСР, гос. словарно-энцикл. изд-во "Сов. Энцикл.", 1932. Стб. 312--319. .

Нужно отметить, что сказ Н.С. Лескова отличается от сказовых произведений других писателей по многим критериям. В его сказе большое внимание уделяется деталям. Речь рассказчика небыстрая, он стремится все тщательно объяснить, так как слушатель может быть разным. В неспешности и аргументированности сказового монолога появляется чувство собственного достоинства рассказчика, в связи с чем он получает право на сказ, и аудитория ему доверяет.

Есть у Лескова такая придуманная им литературная форма - "пейзаж и жанр" (под "жанром" Лесков разумеет жанровые картины). Эту литературную форму (она, кстати, отличается очень большой современностью - здесь предвосхищены многие из достижений литературы XX в.) Лесков создает для полного авторского самоустранения. Автор даже не прячется здесь за спины своих рассказчиков или корреспондентов, со слов которых он якобы передает события, как в других своих произведениях, - он вообще отсутствует, предлагая читателю как бы стенографическую запись разговоров, происходящих в гостиной ("Зимний день") или гостинице ("Полунощники"). По этим разговорам читатель сам должен судить о характере и нравственном облике разговаривающих и о тех событиях и жизненных ситуациях, которые за этими разговорами постепенно обнаруживаются перед читателем.

Рассказ Лескова "Левша", который обычно воспринимается как явно патриотический, как воспевающий труд и умение тульских рабочих, далеко не прост в своей тенденции. Он патриотичен, но не только... Лесков по каким-то соображениям снял авторское предисловие, где указывается, что автора нельзя отождествлять с рассказчиком. И вопрос остается без ответа: почему же все умение тульских кузнецов привело только к тому результату, что блоха перестала "дансы танцевать" и "вариации делать"? Ответ, очевидно, в том, что все искусство тульских кузнецов поставлено на службу капризам господ. Это не воспевание труда, а изображение трагического положения русских умельцев.

Обратим внимание еще на один чрезвычайно характерный прием художественной прозы Лескова - его пристрастие к особым словечкам-искажениям в духе народной этимологии и к созданию загадочных терминов для разных явлений. Прием этот известен главным образом по самой популярной повести Лескова "Левша" и неоднократно исследовался как явление языкового стиля.

"Интересность" подаваемого материала с 70-х годов начинает доминировать в творчестве Н.С. Лескова. Установка на сообщение "интересных" фактов приводит писателя к документализму и к своеобразной экзотичности материала. Отсюда же портретность героев его произведений, в которых современники не без основания усматривали памфлеты. Автор обращается для своих рассказов к историческим мемуарам, архивам, используя старинные народные легенды, сказания, "прологи", жития, тщательно собирая фольклорный материал, ходячие анекдоты, каламбуры и словечки.

Отталкиваясь от традиций дворянской литературы по линии тематики и композиции, Лесков отталкивался от нее и по линии языка. Господствующему в литературе стершемуся языку Лесков противопоставляет тщательную работу над словом. Сказ и стилизация - основные методы лесковской стилистики. "Почти во всех его рассказах повествование ведется через рассказчика, особенности говора которого писатель стремится передать. Одной из своих главных заслуг он считает "постановку голоса", заключающуюся "в уменьи овладеть голосом и языком своего героя и не сбиваться с альтов на басы. В себе я старался развивать это уменье и достиг кажется того, что мои священники говорят по-духовному, мужики - по-мужицкому, выскочки из них и скоморохи - с выкрутасами и т.д. От себя самого я говорю языком старинных сказок и церковно-народным в чисто литературной речи". Одним из излюбленных приемов языка писателя были искажения речи и "народная этимология" непонятных слов" Калецкий П. Указ. соч. С. 318-319..

В произведениях Н.С. Лескова часто используются лексико-синтаксические элементы: архаическая лексика, фразеологические единицы, речевые клише, просторечные элементы и диалектизмы, пословицы и поговорки, бытовые анекдоты, повторы и фольклорные элементы. Также нужно сказать и об окказиональных образованиях (окказионализмах), построенных по типу "народной этимологии".

Лесков как бы "русский Диккенс". Не потому, что он похож на Диккенса вообще, в манере своего письма, а потому, что оба - и Диккенс, и Лесков - "семейные писатели", писатели, которых читали в семье, обсуждали всей семьей, писатели, которые имеют огромное значение для нравственного формирования человека, воспитывают в юности, а потом сопровождают всю жизнь, вместе с лучшими воспоминаниями детства. Но Диккенс - типично английский семейный писатель, а Лесков - русский. Даже очень русский. Настолько русский, что он, конечно, никогда не сможет войти в английскую семью так, как вошел в русскую Диккенс. И это - при все увеличивающейся популярности Лескова за рубежом и прежде всего в англоязычных странах.

Творчество Лескова имеет главные истоки даже не в литературе, а в устной разговорной традиции, восходит к тому, что называется "разговаривающей Россией". Оно вышло из разговоров, споров в различных компаниях и семьях и снова возвращалось в эти разговоры и споры, возвращалось во всю огромную семейную и "разговаривающую Россию", давая повод к новым разговорам, спорам, обсуждениям, будя нравственное чувство людей и уча их самостоятельно решать нравственные проблемы.

Стиль Лескова - часть его поведения в литературе. В стиль его произведений входит не только стиль языка, но отношение к жанрам, выбор "образа автора", выбор тем и сюжетов, способы построения интриги, попытки вступить в особые "озорные" отношения с читателем, создание "образа читателя" - недоверчивого и одновременно простодушного, а с другой стороны - изощренного в литературе и думающего на общественные темы, читателя-друга и читателя-врага, читателя-полемиста и читателя "ложного" (например, произведение обращено к одному-единственному человеку, а печатается для всех).

Сказ является одной из наиболее важных проблем современного языкознания и рассматривается с языковедческой точки зрения как прозаическое произведение, в котором способ повествования выявляет реальные речевые и языковые формы его существования. Исследование сказа началось еще в 20-е годы прошлого столетия в связи с началом процесса переоценки художественных ценностей. Межъязыковой аспект исследования представляется актуальным с точки зрения решения насущных задач поиска способов перевода отдельных лексико-синтаксических средств художественной прозы.

В произведении великого русского писателя XIX в.Н.С. Лескова "Левша" наиболее ярко проявляется образ сказово-эпического повествователя. Литературный сказ как особое явление русского национального языка и культуры представляет собой научную проблему в межъязыковом аспекте, поскольку несет в себе черты стилевой и речевой безэквивалентности.

Сказ Н.С. Лескова в "Левше" построен на стилистическом речевом контрасте. В качестве субъектов речи можно выделить два автора: литературного рассказчика (автора) и собственно рассказчика, который отображает истинный смысл вещей.

Вопрос о сказе остается дискуссионным, сохраняет свою остроту и в наши дни. До сих пор не существует определения сказа, которое в полной мере может отразить противоречивую сущность этого художественного явления. Он вошел в литературу в начале XIX века как художественно обособленное произведение устного народного творчества Гельгардт Р. Р. Стиль сказов Бажова,. Пермь: 1958. С. 156 (482 с.). По мнению Г.В. Сепик, "литературный сказ - это речевой тип, а стилизация под этот речевой тип в литературно-художественной практике помещает сказ в плоскость представлений о типе и форме повествования, о жанровых разновидностях эпической литературы" Сепик Г. В. Особенности сказового построения художественного текста: На материале новелл и повестей Н. С. Лескова. Автореф. дис. ... канд. филол. наук / Моск. гос. пед. ин-т им. В. И. Ленина. Специализир. совет Д 113.08.09. - М., 1990. -(17 с). С12.

В.В. Виноградов считает, что "сказ - это своеобразная комбинированная стилевая форма художественной литературы, понимание которой осуществляется на фоне сродных конструктивных монологических образований, бытующих в общественной практике речевых взаимодействий…" Виноградов. Проблемы русской стилистики. - М., 1981 С. 34 (320 с). В монографии Е.Г. Мущенко, В.П. Скобелевой, Л.Е. Кройчик приводится следующее определение: "сказ - это двухголосое повествование, которое соотносит автора и рассказчика…" Мущенко Е. Г., Скобелев В. П., Кройчик Л. Е. Поэтика сказа. Воронеж, 1979: 34.

Б.М. Эйхенбаум, В.Г. Гофман, М.М. Бахтин делают установку сказа на "устную речь" Эйхенбаум.Б.М. Лесков и лит. народничество, в сб.: Блоха, Л., 1927 Бахтин М.М. Эстетика поэтического творчества и др.. Различные подходы к сказу как к речевому типу и как к форме повествования отражаются в "Большой советской энциклопедии".

В западных работах сказ понимается как "рассказ в рассказе" McLean H. Nikolai Leskov. The Man and His Art. Harvard, 2002.: 299-300. Эту же идею поддерживает И.Р. Титуник, выделяя в сказе два вида текстов. Первый состоит из высказываний, адресованных автором читателю напрямую, второй же состоит из высказываний, адресованных лицами, отличными от автора, лицам, отличным от читателя Sperrle I.C. The Organic Worldview of Nikolai Leskov. Evanston, 2002. В некоторых работах исследуется языковая сторона сказа Safran G. Ethnography, Judaism, and the Art of Nikolai Leskov // Russian Review, 2000, 59 (2), p. 235-251, но нужно заметить, что в последней работе осуществляется попытка охарактеризовать функции языковых единиц различных уровней в тексте повествования, а вопрос о связи стилистических элементов со всей словесно-художественной системой произведения не рассматривается вообще.

Изучение теоретических источников по раскрытию сущности понятия "сказовая манера" ("сказ") дает возможность прийти к выводу о том, что в исследованиях термин "сказ" в широком смысле рассматривается как речевой тип, а в узком смысле - как прозаическое произведение, в котором способ повествования выявляет его основные речевые и языковые формы.

В данной диссертации сказ рассматривается с языковедческой точки зрения как прозаическое произведение, в котором способ повествования выявляет реальные речевые и языковые формы его существования.

Из-за своей жанровой специфики литературно-сказовое произведение базируется на контрасте, что отражается в речевой композиции, а основой контраста является разграничение автора и рассказчика, поскольку в сказе всегда есть две речевые партии: партия рассказчика и партия автора. Категории "образ автора" и "образ рассказчика" рассматриваются многими учеными: В.В. Виноградов 1980, М.М. Бахтин 1979, В.Б. Катаев 1966, А.В. Клочков 2006, Н.А. Кожевникова 1977, Б.О. Корман 1971, Е.Г. Мущенко 1980, Г.В. Сепик 1990, Б.В. Томашевский 2002 и др.

Термин "категория образа автора" появился в начале 20-х годов XX века. В.Б. Катаев выделяет два вида авторов: автора, как реальную личность, создавшего произведение и автора, как структуру, в которой элементы объективной действительности соотнесены с человеческим к ним отношением и тем самым организованы "эстетически" и которая шире категорий авторского субъективизма, таких, как авторский замысел, авторская позиция, авторский голос, введение автора в число действующих лиц и т.д. - входят в нее как составные части Катаев В.Б. Проблемы интерпретации творчества А.П. Чехова. Автореф. дис. на соиск. учен. степ. д-ра филол. наук. М. 1984 С. 40. А.В. Клочков выделяет три типа авторов-повествователей в прозаическом произведении:

3)"персонифицированный автор-повествователь", обозначенный (каким - либо именем) повествователь Клочков Лингвостилистические особенности литературного сказа в межъязыковом аспекте: автореф. дис. насоиск. учен. степ. канд. филол. наук 2006 (24 с). С. 16.

В качестве субъектов речи в сказе Н.С. Лескова можно выделить "литературного рассказчика" ("автора"), а также "собственно рассказчика". Но часто наблюдается смешение голосов автора и рассказчика.

При рассмотрении "образа автора (рассказчика)" нельзя забывать об "образе слушателя (читателя)". По мнению Е.А. Поповой "слушатели - такой же необходимый компонент сказа, как и рассказчик" Попова Е.А. Нарративные универсалии. Липецк, 2006 (144 с) С. 131. Ориентированность сказового повествования на слушателя, связана с фольклорной сутью сказа как искусства устного, предполагающего прямое общение с аудиторией. Кроме этого, сказ предполагает обращение не просто к слушателям, а к сочувствующей аудитории.

Связь рассказчика со слушателями может осуществляться разными способами.Е.Г. Мущенко, рассматривая особенности сказа, указывает на такой интересный аспект, как "потолок громкости". Сказ - это не только устный рассказ, "это всегда негромкая беседа, и уловить ее можно косвенно. Думается, что такими косвенными приметами негромкости сказового повествования служит и разговорная интонация, и ее ритм" Мущенко Е. Г., Скобелев В. П., Кройчик Л. Е. Указ. соч. С. 31.

Диалогические отношения рассказчика со слушателями развиваются при помощи разнообразных средств и приемов: риторических вопросов, употребления конструкций с усилительными частицами и междометиями, использования форм фамильярности для выражения своего отношения, употребления конструкций с усилительными частицами и междометиями и т.д.

В исследовании основной акцент сделан на речевое поведение рассказчика. Его речь отличается от авторской стилистически (с помощью различных стилеобразующих элементов). В сказовом монологе, в процессе повествования, рассказчик часто обращается к своим слушателям, выражая собственное отношение к сообщаемому. На присутствие собеседника могут указывать обращения, а также местоимения второго лица.

Другой особенностью сказового построения можно считать его установку на устную речь. Разные установки сказа зависят от представлений о сказе. Если сказ рассматривается как "речевой тип", то идет установка на устные нелитературные элементы речи, а если как "форма повествования", то идет установка на устный монолог повествующего типа как один из жанров эпической прозы, т.е. установка на чужое слово.

Изучая сказ, ученые выделяют его различные виды и типы. Так, Н.А. Кожевникова говорит о наличии двух видов сказа: "однонаправленного", при котором оценки автора и рассказчика лежат в одной плоскости или близко соприкасаются, и "двунаправленного", при котором оценки автора и рассказчика лежат в разных плоскостях, не совпадают Кожевникова Н.А. Типы повествования в русской литературе XIX-XX вв. М, 1994. (333 с) С. 99.

С.Г. Бочаров считает, что сказ может меняться в речевом отношении в том случае, если меняется дистанция между прямой речью автора и сказом. На этом основании разграничиваются виды сказа: "простой однонаправленный сказ Неверова", "изысканный сказ Бабеля", "комический сказ Зощенко" Бочаров С. Г. Роман Л. Толстого “Война и мир” М. 1971. С. 18.

Е.В. Клюев выделяет три типа сказа: "свободный", "подчиняющий" и "подчиняемый". Под "свободным" сказом он понимает такой сказ, в котором автор и рассказчик равноправны в том смысле, что ни один из них не подчинен другому. "Подчиняющий" сказ выделен исследователем по признаку доминирующей роли писателя, предлагающего адресату воспринять идейно-образное содержание сказового текста в определенном аспекте. И, наконец, "подчиняемый сказ" - это сказ, в котором автор демонстративно предоставляет повествователю полную свободу самовыражения" Клюев. Литературный сказ как проблема стилистики художественной и публицистической речи. Автореф. дис. на соиск. учен. степ. к. филол. н М. 1981 С. 15..

В произведениях Н.С. Лескова в основном присутствуют сказовые произведения со "свободным" и "подчиняющим" сказом. Данные виды сказа отличаются друг от друга композиционным введением в более сложную структуру целого, а также принципами разграничения автора и рассказчика. "Свободный" сказ более сложен в композиционном оформлении, он построен по принципу внутрикомпозиционного контраста. Произведения с "подчиняющим" сказом структурно построены таким образом, что невозможно выделить авторское повествование, а значит, в них отсутствует внутрикомпозиционный контраст. На основе данных структурных особенностей объединяются рассказы в творчестве писателя.

Выводы

Художественный перевод - это перевод произведения или в целом текстов художественной литературы. Следует отметить, что тексты художественной литературы противопоставлены в данном случае всем иным каким-либо речевым произведениям на основе того, что для художественного произведения одна из коммуникативных функций является доминантной - это художественно-эстетическая или поэтическая.

При переводе с одного языка на другой лексика распределяется в зависимости от передачи смысла на эквивалентную, частично эквивалентную и безэквивалентную. В связи с особенностями лексического состава при переводе используются различные способы и приёмы переводческих трансформаций. В теории перевода особую трудность вызывают реалии - такие слова и выражения, которые обозначают подобного рода предметы. В этом ряду также стоит и содержащие в себе такие слова собственно устойчивые выражения.

Особенность поэтики Н.С. Лексова заключается в разработке стилистического жанра - сказовой формы. В произведениях Н.С. Лескова в основном присутствуют сказовые произведения со "свободным" и "подчиняющим" сказом. Данные виды сказа отличаются друг от друга композиционным введением в более сложную структуру целого, а также принципами разграничения автора и рассказчика.


Языковые особенности сказа «Левша» явились предметом изучения нашей работы. Структура нашей работы- описание языковых изменений разных разделов языка, хотя следует сразу оговориться, что классификация эта весьма относительна, потому что некоторые языковые изменения можно отнести сразу к нескольким разделам (впрочем, как и многие явления современного языка). Цель работы - изучить произведение Н. С. Лескова «Левша» (Сказ о тульском косом левше и о стальной блохе) на предмет его языковых особенностей, выявить несвойственные современному русскому языку словоупотребления на всех языковых уровнях и по возможности найти им объяснения.


2. Причины возникновения несоответствий словоупотребления в сказе Н. С. Лескова «Левша» и современном русском языке. Первая причина - «Сказ о тульском косом Левше и о стальной блохе» был напечатан в 1881 году. Вторая причина - это жанровая особенность. Сказ-это, по определению В. В. Виноградова, «художественная ориентация на устный монолог повествующего типа, это художественная имитация монологической речи». Третья причина заключается в том, что источниками языка Н. С. Лескова являлись и старинные светские и церковные книги, исторические документы. «От себя самого я говорю языком старинных сказок и церковно- народным в чисто литературной речи»,- говорил писатель.


Просторечные выражения: -«…так и поливали без милосердия», то есть били. -«…чем- нибудь отведет…», то есть отвлечет. -«аглицкие мастера» Замена букв: -бюстры - люстры -керамиды- пирамиды -буфта- бухта Слова с народной этимологией, образованные чаще всего соединением слов: -непромокабли – непромокающая одежда -мелкоскоп- микроскоп+мелко -долбица умножения- таблица+долбить -буреметры (барометры)- мерить+буря


Устаревшие слова и формы слов. Причастие «услужающий» в роли существительного от утратившегося глагола «услужати»: «… показал услужающему на рот». Устаревшая форма наречия «одначе» вместо «однако».(Как «далече» у Пушкина: « далече грянуло: ура»). « соберутся по парочкЕ». («…и завидуют оне (ткачиха с поварихой) государевой жене» А. С. Пушкин). «…бежат, бежат да не оглянутся» (должно быть «бегут»).


Словообразование. Использование приставки ВЗ- (как особенность книжного стиля): -«взахался»-разахался; -«вздвигнул» плечами –подвигал -«одоление» от глагола «одолеть»; -«встречник»-тот, кто идет навстречу -«средственно» –от посередине: « Не пей мало, не пей много, а пей средственно». Слова, имеющиеся в языке, но с другим значением: «позвали из противной аптеки», то есть аптеки напротив; «…в середине в ней (блохе) завод» (механизм, то, что заводится, а не в значении «предприятие»


Фонетические особенности: -«ухи» вместо «уши», в тексте представлена старая форма, непалатализованная; Синтаксис: -«..допытаюся, какие есть ваши хитрости»; -«…захотел духовную исповедь иметь..» Текстоведение: -«…никаких экстренных праздников» (особенных); «…хочет насчет девушки обстоятельное намерение обнаружить…». Паронимы: «… Николай Павлович был ужасно какой … памятный » (вместо «памятливый») Тавтология: «..с одним восторгом чувств». Оксюморон: «тесная хороминка».



Своеобразие языка в рассказе 8220 Левша 8221

Рассказ Н.С. Лескова “Левша” – это особое произведение. Его замысел возник у автора на основе народной прибаутки о том, как “англичане из стали блоху сделали, а наши туляки ее подковали да назад отослали”. Таким образом, рассказ изначально предполагал близость к фольклору не только по содержанию, но и по манере повествования. Стиль “Левши” очень своеобразен. Лескову удалось максимально приблизить жанр рассказа к устному народному творчеству, а именно к сказу, в то же время сохраняя определенные черты литературной авторской повести.

Своеобразие языка в рассказе “Левша” проявляется прежде всего в самой манере повествования. У читателя сразу возникает ощущение, что рассказчик непосредственно принимал участие в описываемых событиях. Это важно для понимания основных идей произведения, ведь эмоциональность главного героя заставляет переживать вместе с ним, читатель воспринимает несколько субъективный взгляд на поступки других героев рассказа, но именно эта субъективность делает их максимально реальными, читатель сам как бы переносится в те далекие времена.

Помимо этого сказовая манера повествования служит явным признаком того, что рассказчик – простой человек, герой из народа Он выражает не только свои мысли, чувства и переживания, за этим обобщенным образом стоит весь рабочий русский народ, живущий впроголодь, но заботящийся о престиже родной страны. С помощью описаний взглядов на быт оружейников и мастеров глазами не стороннего наблюдателя, а сочувствующего собрата, Лесков поднимает вечную проблему: почему судьба простого народа, который кормит и одевает все высшее сословие, безразлична власть имущим, почему об умельцах вспоминают только тогда, когда нужно поддержать “престиж нации”? Горечь и гнев слышится в описании смерти Левши, и особенно ярко автор показывает контраст между судьбой русского мастера и английского полшкипера, попавших в схожую ситуацию.

Однако помимо сказовой манеры повествования можно отметить довольно широкое использование просторечий в рассказе. Например, в описаниях действий императора Александра I и казака Платова появляются такие просторечные глаголы, как “проездиться” и “дерябнуть”. Это не только лишний раз свидетельствует о близости рассказчика к народу, но и выражает отношение к властям. Люди прекрасно понимают, что их насущные проблемы нисколько не заботят императора, но они не злятся, а придумывают наивные отговорки: царь Александр в их понимании такой же простой человек, он, может быть, и хочет изменить жизнь провинции к лучшему, но вынужден заниматься более важными делами. Абсурдное приказание вести “междоусобные переговоры” вкладывается рассказчиком в уста императора Николая с тайной гордостью, но читатель угадывает иронию Лескова: наивный мастеровой изо всех сил старается показать значительность и важность императорской личности и не подозревает, как сильно ошибается. Таким образом, возникает и комический эффект от несоответствия излишне напыщенных слов.

Также улыбку вызывает стилизация под иностранные слова, рассказчик с тем же гордым выражением говорит об “ажидации” Платова, о том, как блоха “дансе танцует”, но он даже не догадывается, как это глупо звучит. Здесь Лесков вновь демонстрирует наивность простых людей, но помимо этого данный эпизод передает дух времени, когда под искренним патриотизмом все-таки скрывалось тайное желание быть похожими на просвещенных европейцев. Частное проявление этого – переделывание под родной язык слишком неудобных для русского человека названий произведений искусства, например, читатель узнает о существовании Аболона Полведерского и снова удивляется в равной степени как находчивости, так и опять же наивности русского мужика.

Даже русские слова собрату Левши надо обязательно использовать по-особому, он снова с важным и степенным видом сообщает, что Платов “не вполне” мог разговаривать по-французски, и авторитетно замечает, что “оно ему и ни к чему: человек женатый”. Это очевидный речевой алогизм, за которым кроется ирония автора, вызванная жалостью автора к мужику, причем, ирония грустная.

Особое внимание с точки зрения своеобразия языка привлекают неологизмы, вызванные незнанием той вещи, о которой говорит мужик. Это такие слова, как “бюстры” (люстра плюс бюст) и “мелкоскоп” (назван так, видимо, по выполняемой функции). Автор замечает, что в сознании народа предметы барской роскоши слились в непонятный клубок, люди не отличают бюсты от люстр, в такой трепет их приводит их бессмысленная помпезность дворцов. А слово “мелкоскоп” стало иллюстрацией другой идеи Лескова: русские мастера с опасением относятся к достижениям чужеземной науки, их талант настолько велик, что никакие технические изобретения не победят гений мастера. Однако в то же время в финале рассказчик грустно замечает, что машины все-таки вытеснили человеческий талант и мастерство.

Своеобразие языка рассказа “Левша” заключается в манере повествования, в использовании просторечий и неологизмов. С помощью этих литературных приемов автору удалось раскрыть характер русских умельцев, читателю демонстрируются яркие, самобытные образы Левши и рассказчика.

Своеобразие поэтики Лескова

Что касается собственного творчества, писатель шел «против течений». Он любит жанры новеллы и анекдота, в основе которых — новость, неожиданность, т.е. то, что вступает в противоречие с привычным взглядом на вещи.

Лесков стремился не выдумывать, а искать в жизни интересные сюжеты и характеры. В этих поисках он обратился к социальным группам, в которые никто до него пристально не всматривался: священникам, мастеровым, инженерам, управляющим, старообрядцам.

Лесков изобразил героя-«праведника», по терминологии писателя.

Размышляя над таким характером, Лесков искал проявления добра в повседневной жизни, среди служебной суеты и обыденных занятий. Писателя интересовало не столько наличие идеала, сколько возможность и разнообразие проявления его в конкретных жизненных ситуациях.

Самое главное, что большинство его положительных героев — не титаны и не «идиоты», им присущи человеческие слабости и вечные человеческие достоинства: честность, доброта, бескорыстие, умение прийти на помощь — то, что в общем-то по силам всякому. Не случайно в произведениях крупной формы (особенно в «Соборянах») Лесков окружает своих любимых героев близкими людьми. Протопоп Туберозов («Соборяне»), за которого весь город встал, до сих пор является непревзойденным примером человеческой стойкости и мужества, духовной независимости и силы. Туберозова сравнивали со знаменитым протопопом Аввакумом, но жил он в XIX в., когда аввакумовская твердая вера была, мягко говоря, не в моде.

Герои "Запечатленного ангела" - рабочие-каменщики, герой "Очарованного странника" - конюх, беглый крепостной, "Левши" - кузнец, тульский оружейник, "Тупейного художника" - крепостной парикмахер и театральный гример.

Чтобы ставить в центр повествования героя из народа, надо прежде всего овладеть его языком, суметь воспроизвести речь разных слоев народа, разных профессий, судеб, возрастов.

Задача воссоздать в литературном произведении живой язык народа требовала особенного искусства, когда Лесков пользовался формой сказа . Сказ в русской литературе идет от Гоголя, но в особенности искусно разработан Лесковым и прославил его как художника. Суть этой манеры состоит в том, что повествование ведется как бы не от лица нейтрального, объективного автора; повествование ведет рассказчик, обычно участник сообщаемых событий. Речь художественного произведения имитирует живую речь устного рассказа. При этом в сказе рассказчик - обычно человек не того социального круга и культурного слоя, к которому принадлежит писатель и предполагаемый читатель произведения. Рассказ у Лескова ведет то купец, то монах, то ремесленник, то отставной городничий, то бывший солдат. Каждый рассказчик говорит так, как свойственно его образованию и воспитанию, его возрасту и профессии, его понятию о себе, его желанию и возможностям произвести впечатление на слушателей.

Рассказчик в сказе обычно обращается к какому-нибудь собеседнику или группе собеседников, повествование начинается и продвигается в ответ на их расспросы и замечания. Так, в "Очарованном страннике" пароходных пассажиров заинтересовывает своими знаниями и мнениями едущий с ними монастырский послушник, и по их просьбам он рассказывает историю своей пестрой и примечательной жизни. Конечно, далеко не все произведения Лескова написаны "сказом", во многих повествование, как это обычно в художественной прозе, ведет сам автор.

Его речь - речь интеллигента, живая, но без имитации устной беседы. В такой манере написаны и те части "сказовых" произведений, в которых автор представляет и характеризует своих героев. Иногда же сочетание авторской речи и сказа более сложно. В основе "Тупейного художника" - рассказ старой няни ее воспитаннику, девятилетнему мальчику. Няня эта - в прошлом актриса Орловского крепостного театра графа Каменского. (Это тот же театр, который описан и в рассказе Герцена "Сорока-воровка" под именем театра князя Скалинского). Но героиня рассказа Герцена не только высокоталантливая, но, по исключительным обстоятельствам жизни, и образованная актриса. Люба же у Лескова - необразованная крепостная девушка, по природной талантливости способная и петь, и танцевать, и исполнять в пьесах роли "наглядкою" (то есть понаслышке, вслед за другими актрисами). Она не все способна рассказать и раскрыть, что автор хочет поведать читателю, и не все может знать (например, разговоры барина с братом). Поэтому не весь рассказ ведется от лица няни; частью события излагаются автором с включением отрывков и небольших цитат из рассказа няни.

"Левша" - не бытовой сказ, где рассказчик повествует о пережитых им или лично известных ему событиях; здесь он пересказывает сотворенную народом легенду, как исполняют былины или исторические песни народные сказители.

Как и в народном эпосе, в "Левше" действует ряд исторических лиц: два царя - Александр I и Николай I, министры Чернышев, Нессельроде (Кисельвроде), Клейнмихель, атаман Донского казачьего войска Платов, комендант Петропавловской крепости Скобелев и другие.

У рассказчика нет имени, нет личного образа. Правда, в ранних публикациях рассказ открывался предисловием, в котором писатель утверждал, будто "записал эту легенду в Сестрорецке по тамошнему сказу от старого оружейника, тульского выходца...". Однако, подготовляя "Левшу" для собрания своих сочинений, Лесков исключил это предисловие. Причиной исключения могло быть то, что все рецензенты "Левши" поверили автору, будто он напечатал фольклорную запись, и не сходились лишь в том, точно ли записан сказ или Лесков что-то добавлял от себя. Лескову дважды пришлось печатно разоблачить свое предисловие как литературный вымысел. "...Я весь этот рассказ сочинил...- писал он,- и Левша есть лицо, мною выдуманное".

Герой "Очарованного странника" Иван Северьянович Флягин - в полном смысле слова богатырь, и притом "типический, простодушный, добрый русский богатырь, напоминающий дедушку Илью Муромца". Он обладает необычайной физической силой, безгранично смел и мужествен, искренен и прямодушен до наивности, предельно бескорыстен, отзывчив на чужое горе. Как всякий народный богатырь, Иван Северьяныч горячо любит родину. Это ярко проявляется в смертной тоске по родной стороне, когда десять лет ему приходится пробыть в плену у киргизов. К пожилым годам патриотизм его становится шире и сознательнее. Его томит предчувствие грядущей войны, и он мечтает принять в ней участие и умереть за родную землю.

Он необычайно талантлив. Прежде всего в деле, к которому был приставлен еще мальчиком, когда стал форейтором у своего барина. Ко всему, касающемуся лошадей, он "от природы своей особенное дарование получил".

За ним числятся не только проступки, но и преступления: убийства, умышленные и неумышленные, конокрадство, растрата. Но каждый читатель чувствует в Иване Северьяныче чистую и благородную душу. Ведь даже из трех убийств, о которых рассказано в повести, первое - нечаянный результат озорного лихачества и не знающей куда себя деть молодой силы, второе - результат неуступчивости противника, надеющегося "перепороть" Ивана Северьяныча "в честном бою", а третье - это величайший подвиг самоотверженной любви.

Легендарный Левша с двумя своими товарищами сумел выковать и прикрепить гвоздиками подковки к лапкам сделанной в Англии стальной блохи. На каждой подковке "мастерово имя выставлено: какой русский мастер ту подковку делал". Разглядеть эти надписи можно только в "мелкоскоп, который в пять миллионов увеличивает". Но у мастеровых никаких микроскопов не было, а только "глаз пристрелявши".

Лесков далек от идеализации народа. Левша невежествен, и это не может не сказываться на его творчестве. Искусство английских мастеров проявилось не столько в том, что они отлили блоху из стали, сколько в том, что блоха танцевала, заводимая особым ключиком. Подкованная, она танцевать перестала. И английские мастера, радушно принимая присланного в Англию с подкованной блохой Левшу, указывают на то, что ему мешает отсутствие знаний: "...Тогда бы вы могли сообразить, что в каждой машине расчет силы есть, а то вот хоша вы очень в руках искусны, а не сообразили, что такая малая машинка, как в нимфозории, на самую аккуратную точность рассчитана и ее подковок несть не может. Через это теперь нимфозория и не прыгает и дансе не танцует".

Левша любит свою Россию простосердечной и бесхитростной любовью. Он рвется домой, потому что перед ним встала задача, выполнение которой нужно России; тем самым она стала целью его жизни. В Англии Левша узнал, что дула ружей надо смазывать, а не чистить толченым кирпичом, как было принято тогда в русской армии,- отчего "пули в них и болтаются" и ружья, "храни бог войны, стрелять не годятся". С этим он спешит на родину. Приезжает он больной, снабдить его документом начальство не позаботилось, в полиции его начисто ограбили, после чего стали возить по больницам, но никуда не принимали без "тугамента", сваливали больного на пол, и, наконец, у него "затылок о парат раскололся". Умирая, Левша думал только о том, как довести до царя свое открытие, и еще успел сообщить о нем врачу. Тот доложил военному министру, но в ответ получил только грубый окрик: "Знай свое рвотное да слабительное, а не в свое дело не мешайся: в России на это генералы есть".

Важная роль в сюжете "Левши" отведена "донскому казаку" Платову . Как и в народных исторических песнях и в казачьих сказах о войне с французами, здесь таким именем назван атаман войска донского генерал граф М. И. Платов. В сказе о Левше Платов по приказу царя Николая I повез заморскую диковинку в Тулу, чтобы русские мастера показали, на что они способны, "чтобы англичане над русскими не предвозвышались". Он же привозит Левшу в Петербург в царский дворец.

В рассказе "Тупейный художник" писатель выводит богатого графа с "ничтожным лицом", обличающим ничтожную душу. Это злой тиран и мучитель: неугодных ему людей рвут на части охотничьи псы, палачи терзают их неимоверными пытками.

Образ одного из господских прислужников ярко обрисован в "Тупейном художнике" . Это поп Аркадий, не устрашенный грозящими ему истязаниями, быть может смертельными, пытается спасти любимую девушку от надругательства над ней развратного барина. Их обещает обвенчать и скрыть у себя на ночь священник, после чего оба надеются пробраться в "турецкий Хрущук". Но священник, предварительно обобрав Аркадия, предает беглецов графским людям, посланным на поиски сбежавших, за что и получает заслуженный плевок в лицо.

Особенности языка повести Н.С. Лескова «Левша».

  1. О.Н.У.
  2. Проверка д/з (проверочная работа по тексту)
  3. Словарная работа (слайд 1). Введение в тему урока

На доске слова из текста произведения. Давайте прочитаем их.

Кунсткамера – музей, собрание редких вещей;
Кизлярка – виноградное кислое вино;
Нимфозория – нечто диковинное, микроскопическое;
Дансе – танец;
Мелкоскоп – микроскоп;
Свистовые – вестовые, посланные для передачи вести;
Тугамент – документ;
Озямчик – крестьянская одежда вроде пальто;
Грандеву – встреча, свидание;
Долбица – таблица.

Эти слова обычные, мы употребляем их в своей речи?

А как можно охарактеризовать, назвать эти слова?

Теперь, ответив на мои вопросы, подумайте какова тема нашего урока?

Запишем тему нашего урока: Особенности языка повести Н.С. Лескова «Левша» (слайд 2 ).

А какова цель нашего урока? (обратить внимание на жанровые особенности сказа, на связь сказа с народным творчеством; осмыслить своеобразие изображения Лесковым особенностей русского национального характера).

4. Работа по теме урока

1) Беседа

Почему так много в тексте произведения необычных, искаженных слов?

(Рассказчик – простой человек, малограмотный, который изменяет иностранные слова, чтобы было «понятнее». Многие слова приобрели юмористический смысл в духе народного понимания.)

(Необыкновенный слог и манера повествования автора придают произведению оригинальность).

Какие элементы фольклорных произведений вы заметили?

(Зачин : царь «захотел по Европе проездиться и в разных государствах чудес посмотреть; повторы : император удивляется чудесам, а Платов остается равнодушен к ним; мотив дороги: «сели в карету и поехали»; концовка сказа содержит назидание: «А доведи они Левшины слова в свое время до государя, - в Крыму на войне с неприятелем совсем бы другой оборот был»).

Сюжет произведения прост. Юрий Нагибин определяет его так: «Англичане из стали блоху сделали, а наши туляки ее подковали да им назад отослали».

Скажите, что....

Что такое сюжет художественного произведения?

2) Игра «Рассыпанные открытки» (слайд 3).

Перед вами иллюстрации, на которых изображены основные эпизоды из произведения. Восстановите сюжетную последовательность.

«Англичане дарят русскому императору блоху»

«Николай Павлович посылает Платова в Тулу»

«Работа тульских мастеров»

«Левша на царском приеме»

«Левша в Англии»

«Возвращение Левши в Петербург и его бесславная смерть»

(правильное расположение картинок - 3,1, 2, 5, 4, 6)

3) Работа с таблицей

Давайте понаблюдаем за языком сказа. Начертите таблицу (слайд 4).

Найдите в тексте: просторечия, устаревшие слова, заимствованные слова, фразеологические обороты (заполнение таблицы)

5.Подведение итогов. Рефлексия

Какие выводы о языке сказа мы можем сделать?

Запись в тетрадь:

  1. широко используется лексика разговорного стиля
  2. много неполных предложений, частиц, обращений, междометий, вводных слов
  3. автор прибегает к самым различным средствам художественной выразительности, но отдаёт предпочтение, которые присущи устному народному творчеству

6. Д/задание составить кроссворд по сказу «Левша»

просмотров
просмотров