Х грау сеньор пигмалион читать. Театр создан для людей, но играют в нём Куклы

Спектакль этот, театра на Юго-Западе, вызывает бурю восторгов, эмоций и похвал публики.
http://teatr-uz.ru/

И вправду. Хорошо организованная группа мужиков в трусах и ботфортах - это дестабилизирует психику много кого. Против гомо-эротики (черный цвет, латекс или кожа, много косметики, вырезы там, где интересно) тоже возражений немного.
Зрелищно, вполне стильно, в рамках дешевого публичного стиля, капельку стыдно.
И это - ничего. Все это не отменяет содержания. Где-то глубокого, где-то поверхностного.
Да, актеры кажут трусы и вообще откровенные наряды, но к мельканию тел под короткими майками идут отличные тексты, и они их не забывают произносить, и даже не то чтоб произносить, артикулировать, с темпераментом, почти проповедуя.

Вступительная часть мне была страшно интересна. Все эти перебросы остротами, и классическими театральными монологами - супер-разминка. Актеры, что играют продюсеров - блестящие и обаятельные. Итак. разминка живых перед встречей с механизмами и их управляющим - кукольником Карабасом-Барабасом. Похоже, что Герцог- Буратино готов заранее отдать последнюю рубашку. Он,

( Свернуть )

и трогательно упоминает о любви к театру. К тому же, именно эти куклы, настоящее чудо, и все такое. Прекрасны, совершенны, лучше, чем живые актеры, потому что не устают (в ходе пьесы это тут же опровергается фразой - «ах вы устали!..» и трам-пам-пам), не жалуются и прочее.

Их главное желание - свобода, вернее, воля (и покой? это - будет точно). Интересно, впрочем. Все равно интересно.

Vai, vai, bambino,
Vai vedrai, vai;
Vai, vai, piccino,
Vai vedrai, vai,
Vedrai.

Иди, иди, малыш,
Иди и ты увидишь, иди;
Иди, иди, маленький,
Иди и ты увидишь, иди
Ты увидишь.

Далее герцог действует по обычной схеме - гоняется за самой привлекательной куклой, крадет ее, не особо интересуясь согласием не только хозяина, но и собственно жертвы. Пимпинона - против, ей нужна компания кукол. Но Герцог, видимо, во власти сна и страстной любви. (к театру? да, конечно) Желает ей, отменного качества куклой, единолично обладать. И сразу возникает вопрос - а как же техобслуживание-то? Прежде чем красть, надо было б озаботиться знакомством с мануалом, инструкцией для пользователя. Но нет. Лишь бы стащить чего самого лучшего. О, аристократия везде одинакова, и неисправима. Мое, и все тут. Так и за что тогда дама с волшебным именем Аурелия любит такого незамысловатого мужика, пусть и герцога? За красоту, наверное. Любовь - чудо, не объяснить.

Dove manca la fortuna
Non si va più con il cuore
Ma coi piedi sulla luna,
Oh, mio fanciullo
Vedrai, vai vedrai che un sorriso
Nasconde spesso un gran dolore,
Vai vedrai follia dell"uomo.

Безумие,
Иди и ты увидишь, что за улыбкой
Зачастую скрывается большая боль,
Иди и ты увидишь человеческое безумие.

На месте Кукольника надо бы взять герцога в его команду. Как-то окуклить, и все дела. Отрезать кожаные штаны по самоё…и вперед, на подмостки. Но у пьесы своя логика и финал. Простой. Все умерли. Те, кто соблазнял живых всякой ерундой. Остался сон, марево и воспоминания о будущем. В полном офигении от увиденного, шаркая валенками по снегу, и размышляя непонятно о чем, покинули театр.

Ну ничего себе представления случаются в нашем городе.
Помпонина-ааа, я хочу в цирк! Это - безумие?

«Куклы»

«В театр хочется идти, когда есть ТЕАТР»
Евгений Князев

Сенсация! Сенсация! В Мадрид приезжает наделавшая в Америке шуму кукольная труппа сеньора Пигмалиона. Созданные им куклы практически неотличимы от людей; неутомимые, динамичные, они поражают зрителей гармонией движения, чистотой интонации, завораживающим сценическим существованием. Местные актёры в ужасе – их спектакли отменены, антрепренёры - в нетерпеливом волнении: чем обернутся эти странные гастроли, фантастическими барышами или крупным денежным фиаско. Вот вкратце сюжетная канва юго-западных «Кукол». Всё в этом спектакле перемешалось, переплелось – люди, куклы, страхи, желания, мир реальный и театральный, а от того спектакль получился зрелищным, насыщенным, к тому же музыкально выразительным. В этом спектакле – взрыв накопленных режиссёрских и актёрских ощущений, идей, ибо в нём и ирония, и фарс, и лирика, и трагедия, и гротеск, и немного понятной каждому философии, и ослепляющая яркостью актёрства юго-западная труппа.

«Куклы» - из тех спектаклей, в которых не чувствуешь дна. Вот кажется постиг замысел, уловил, укрепился и разглядываешь пристально, но нет, тебя снова поднимает на поверхность, и крутит, и переворачивает, и ты слышишь новые темы. Это как полифония Баха. Или как мозаичное панно. Уже первая сцена с антрепренёрами и актёрами, обсуждающими предстоящие гастроли труппы сеньора Пигмалиона, тихим пиано рождает тему «люди-куклы». Человек, зависимый от других людей, от их положения в обществе, слов, поступков, предпочтений, обстоятельств и ситуаций. А ведь каждому хочется занять место поближе к солнцу… Актёрская зависимость – от режиссёров, кассы, реакции зрителей, продюсеров, спонсоров – она ещё страшнее, ибо тяжелее и горестнее. Уверена, что благодаря живой, тонкой актёрской иронии и дописанным Валерием Беляковичем «фразам-пулям» каждый из нас уже на первых минутах спектакля примерил на себя этот костюмчик живой марионетки.

Выход первого лже-Пигмалиона из мира выстроенного на сцене зазеркалья эффектен. Юркими перебежками, он выскакивает на середину сцены, и нас накрывает цунами эксцентрики! Первый лже-Пигмалион, оказывающийся куклой Брандахлыстом, важничает, повторяя вложенные в него хозяином слова, гримасничает, мгновенно меняет мимику, интонации, и аффектированно выкрикивает: «Они - совершенны! Они – куклы!» Позволив себе пошалить, Брандахлыст вместе с куклами Педро Каином и Крохобором разыгрывают маленький скетч, где стареющая актриса Гортензия просит принять в труппу сеньора Пигмалиона племянницу Терезиту. Терезита с «дивным голосом и жуткой пластикой» чудо как хороша! Она может всё – и фокус показать, и спеть с «солдатским хором или симфоническим оркестром », и Шекспиром побаловаться. А в случае с Гортензией Брандахлыст, отвечающий за подзарядку кукол, явно переборщил с «энергетической подпиткой»! Кукла крутится юлой, сверкает плутоватыми глазами, фонтанирует байками, заставляя зрителя расплыться в непроизвольной улыбке.

С появлением второго лже-Пигмалиона отчётливо звучит тема творчества. Маленький мальчик с деревянной лошадкой был одинок и беден, но одержим жаждой творчества, а потому счастлив. «Вся моя жизнь целиком была посвящена куклам. Пошли годы безумных экспериментов, годы вдохновений и тяжёлой работы . Моей всепоглощающей мечтой было создание идеального актёра, куклы, полностью покорной творческой фантазии автора, как глина покорна руке скульптора. Я работал как одержимый». Напряжение воли, невыносимая концентрация мыслей и чувств в стремлении излить, выразить себя, сотворить мечту. Сладкий и трудный процесс творчества - тайна, вдохновение, импровизация, который по своей эмоциональной наполненности ярче и дороже результата. Второй Пигмалион говорит об этой одержимости творчеством упоительно, проникновенно и убедительно.

Когда «в сияющем пространстве прожекторов» появляются «красивые, стройные, лёгкие, наглые куклы», когда начинается их представление живым людям, грань между реальным миром и миром «по ту сторону зеркал», откуда появляются куклы, исчезает. Уже не различишь, где человек, а где кукла, где оригинал, а где копия, где природа, а где механизм. Куклы в спектакле Валерия Беляковича получились живыми, они впитали в себя человеческие качества , они научились ненавидеть, смеяться, плакать, грустить, рассуждать о свободе и славе. Они - точь-в-точь как люди: болтливые, молчаливые, прижимистые, агрессивные, талантливые, романтичные, злые и добрые. Они устают, как люди. Они расслабляются, как люди. Они мечтают, как люди. Они бунтуют, как люди. И куклы знают о людях главное, то, что порой забываем мы, мнящие себя венцом творения. Люди – такие же игрушки, невольники, как и куклы. Пусть не игрушки хозяина, но заложники обстоятельств, судьбы, собственных страстей, наконец. С куклой Помпониной связана в спектакле тема любви. Пигмалион создал совершенное создание, покоряющее с первого взгляда, кареглазую красавицу и…влюбился в неё сам. Для него Помпонина – светлое существо из подлунного мира, недоступное, чистое, непосредственное. Ах, как она прекрасна, Помпонина. Капризная, но вместе с тем трогательная. В лёгкой хрипотце голоса, исполняющего дюссолеевскую песню, столько страстной тоски по невозможному, столько «грустного цирка», столько прикосновения протянутой за счастьем ладошки. В нелепом балахоне, с болтающимися руками-рукавами, она кажется ещё привлекательнее, ещё невиннее. Вот и герцог Альдукар, покровитель испанских театров, не устоял. Оглушение страстью, ошеломление чувств он играет пылко и исступлённо. Он жаждет наслаждения, он уверен в себе, ему всё дозволено. Кукла-мечта из сна его юности должна быть с ним. Вся палитра красок – тихое признание в любви, нежное прикосновение , робкие объятия, ярость от несломленного сопротивления и бешеный выкрик: «Ты – кукла, и ты – моя» - всё задействовано актёром в этой роли.

Когда взбунтовавшихся кукол настигает Пигмалион, когда Помпонина тихонько бормочет «а что же будет дальше», когда Пигмалион в гневе заставляет кукол подчиниться своей воле, когда Помпонина стреляет в мучителя один, два, три, четыре раза, когда куклы, лишённые «подзарядки», ломаными движениями бредут к распростёртому на полу Пигмалиону, когда из них постепенно уходит жизнь и когда ты понимаешь, что всё это - лишь сценарий, написанный настоящим Пигмалионом, появляющимся на сцене, к горлу подкатывает комок. И вот тут, вместе с этим слезливым комком, для меня очевидно звучит тема ответственности творца. Творца, созидателя (можно продолжить дальше в границах менее философских – основателя, руководителя и пр.) Создать, вдохнуть жизнь, чтобы потом сохранить, сберечь, не растоптать, подарить надежду и маленький кусочек счастья. И поначалу даже не хочется замечать настоящего Пигмалиона, глядя на последний раз дёрнувшуюся по направлению к Помпонине руку куклы Херувима; лишь слышишь отголосками «опустошён», «разочарован», «зачем», «кукольный музей». Но когда настоящий Пигмалион произносит: «Театр – он принадлежит актёрам. Живым, из плоти, крови и нервов. И только им», вот тогда финализируется ещё одна тема. Это – ТЕАТР! Всё то, что по ходу спектакля звучало от разных персонажей, всё это – о театре, живом театре, рождённом единением воли, энергии, мысли, вдохновения режиссёра и актёров. Магия, мистификация, колдовство, шабаш, задыхающиеся от восторга зрители, сияющий мир, где существа легки, где голоса прозрачны, где тебя зовут, а ты, не зная их языка, всё понимаешь, ибо то, что говорят существа, всё это про тебя. И ты должен быть там, с ними. Это – ТЕАТР, в котором зашкаливающе темпераментный антрепренёр дон Агустин (Фарид Тагиев), впечатляющий Брандахлыст (Денис Нагретдинов), брутальный Педро Каин (Алексей Матошин), настоящая примадонна Помпонина (Карина Дымонт), ослеплённый желаниями герцог Альдукар (Олег Леушин), семеняще-тараторящий Балабол, живописно-точный «хранитель кассы» Крохобор (Андрей Санников), индиффирентный Хуан-Болван (Александр Шатохин), испепелённый «огнём создателя» Пигмалион (Евгений Бакалов), нежный Херувим (Станислав Каллас), уставший гений сеньор Пигмалион (Игорь Китаев). Это – ТЕАТР, «куда приходят люди, чтобы испытать невиданные страсти, давно, быть может, забытые в наше кукольное время».

Рецензия на спектакль «Куклы», трагифарс по мотивам пьесы Х.Грау «Сеньор Пигмалион»

Испания, Мадрид, именно там происходит действие спектакля. Сюда, на гастроли, приезжает известная во всем мире труппа высокотехнологичных кукол Сеньора Пигмалиона. Но беда в том, что никто на самом деле не знает, кто такой Пигмалион и что делают его создания. Кто-то называет его «типичным садомазохистом», кто-то гением.

Представители актёрской гильдии всерьез обеспокоены этим событием, они боятся, что театр, в эпоху человекоподобных кукол, погибнет. Замена живого театра на более совершенный? Мистификация? Или профессия актера становится неактуальной и его должна заменить сверхмарионетка? Кажется, один только герцог рад приезду гастролёров, но эта радость скупа, он думает только о том, как набить свой карман.

Пигмалион со своей труппой приехал в город, но как подобает человеку с мировой славой, он решил разыграть жителей Мадрида. Сделал это при помощи своих кукол, подставив вместо себя одну из них. Но розыгрыш вскоре был раскрыт, что произвело на скептически настроенных представителей актёрской гильдии большое впечатление. Все они перешли на сторону Пигмалиона.

Всего в труппе сеньора Пигмалиона десять кукол, каждая из которых обладает своим собственным характером, у каждой из них своя задача.

• Брандахлыст – управляющий, он следит за всеми куклами;
• Помпонина – воображала, считает себя королевой театра;
• Марилонда – певица, голос у неё не очень;
• Дондинелла – балерина, танцы максимально приближены к человеческим;
• Педро-Каин – хулиган, разбойник;
• Херувим – самый любвеобильный из них;
• Балабол – очень любит поболтать без дела;
• Крохобор – скупа, всё оценивает только в денежном эквиваленте;
• Хуан-Болван – кроме слова «КУ» ничего больше не знает;
• Капитан Мамона – капитан, видимо, после контузии.

На первый взгляд, Пигмалион это человек помешенный, одержимый идей создания идеального подобия человека. О своих куклах он может говорить бесконечно и всерьез задумался сделать новые куклы, самодостаточные, универсальные, контактные, это будут куклы следующего поколения. Пигмалион хочет обмануть механику природы, но вряд ли у него это получится. Это человек, подобно Богу, создавший свой мир и управляющий им. Пигмалион ассоциирует себя с Творцом.

Гений заплутавший в своих собственных страстях

Несколько раз за спектакль меня «пробивало» до мурашек. Первый раз это было, когда сеньор Пигмалион рассказывал о своей жизни, о том, как он с детства творил своих кукол. Над созданием прототипов он трудился более 27 лет. Мне очень понравилось то, что в спектакле проведена параллель с мифологическим Пигмалионом. Сеньор Пигмалион так же влюбился в своё творение – прекрасную Помпонину.

Вскоре выясняется, что и герцогу, человеку умалишённому, со слабым характером и падкому до женщин, не безразлична Помпонина. Его жена терпела многие измены с любовницами. Она даже знала куда он их возит от неё. Вот с чьей стороны настоящая любовь!

Отношение между людьми и куклами это одна из многих связующих нитей спектакля

Важным моментом в спектакле является ночной эпизод. Куклы запутались в том, люди они или нет. Они постоянно спорят и ругаются друг с другом, каждый из них считает себя лучше других, считает себя человеком. У кукол возникают человеческие желания и потребности. Брандахлыст прилагает большие усилия, чтобы поставить кукол на место. Он кричит: «Вы – куклы!». Но его уже давно никто не слушает, все увлечены играми с Помпониной.

На сцене начинается броуновское движение, начинается хаос. В этот момент понимаешь, что может быть на самом деле они люди, а мы, сидящие в зале, куклы?

Спектакль создан по мотивам пьесы испанского драматурга Хасинто Грау (1877 - 1958) «Сеньор Пигмалион». Написанная в 1921 году, она была впервые поставлена в Париже, а затем с триумфом обошла многие европейские театральные сцены – сюжет о механических куклах в эпоху конструктивизма был весьма актуален

В спектакле проведено много интересных параллелей, каждый зритель находит в них свои. Невероятно актуальная пьеса, её можно сравнивать с современными реалиями. Главной параллелью в спектакле, я обозначил себе, политический режим. Подражая людям, куклы создают свои органы самоуправления: «Ты будешь парламент, а ты народ, который все угнетают. А я останусь у Пигмалиона и буду шпионить в вашу пользу…».

В данном случае, куклы, которые устали от хозяина, и хотят свободы, можно ассоциировать с уставшим народом какой-либо (нашей) страны, а Пигмалиона, создателя духовных скреп, объединяющих всех кукол, можно представить в виде какого-либо (нашего) президента. Или, к примеру, провести параллель с Украиной, когда куклы, уставшие от узурпаторской власти Пигмалиона, решили убежать от него и построить новую, самостоятельную жизнь. Как и в жизни, концовка спектакля заранее предрешена.

В каждой революции должен быть один предводитель. Помпонина, для меня стала Жанной Д’Арк на сцене. Она убивает Пигмалиона многократными выстрелами из пистолета и продолжает автоматически нажимать на курок. Жуткий момент, мурашки. Становится ясно, что это не только убийство, это самоубийство кукол, потому что они беспомощны без своего создателя. Они ложатся вокруг него. Согласитесь, есть что-то общее с нашей политикой?

Главный рефрен спектакля: «Это – куклы!» звучит каждый раз по новому, с новой интонацией. В какой-то момент я на самом деле подумал, что на сцене куклы

Жизнь на сцене на короткий момент замирает и к зрителям выходит настоящий Пигмалион. Никто не ожидал такой развязки сюжета. То есть в спектакле участвуют три Пигмалиона: настоящий, и два: лжепигмалиона (кукла Брандахлыст) и Пигмалион-2. Мне кажется, таким образом, Хасинто Грау решил показать читателям цепочку характеристик, от создателя до его творения. Какими они могут быть разными и одновременно одинаковыми.

Настоящий Пигмалион произносит финальный монолог и дает слово актёрам, которые одновременно читают начальные строфы своих монологов из шекспировских пьес (именно с этого начинался спектакль).

Творческое горение божественно, оно не может угаснуть. Дух творчества, живого, истинного творчества, являющего миру красоту, – спасителен

Спектакль необыкновенно красив, как таковых декораций на сцене не было, только стеклянные ящики, в которых хранятся куклы. Красоту действию придавала идеальная игра света, за что отдельное спасибо художнику по свету.

Про музыкальное сопровождение спектакля стоит сказать отдельно. Оно практически идеально. Тщательно подобранная музыка, дополняет и без того своеобразную атмосферу спектакля. Нагнетающая или расслабляющая музыка начинает играть именно тогда, когда это нужно. Единственный минус, который мы не могли не отметить, это то, что в самом начале спектакля громкая музыка заглушала голос актёра. Мы сидели в первых рядах, но ничего так и не услышали.

В спектакле применена удивительная пластика, которая несёт в себе глубокий смысл. Движения кукол, сочетая пластику марионеток и живую, человеческую пластику, поражают все мыслимые и не мыслимые грани.

Но как бы там ни было, театр создан для людей, «из плоти и крови», ибо театр – это живой организм

«Куклы» очень точно подходят под определение пьессы, которое было заявлено на афишах. Это самый настоящий трагифарс (драматическое произведение, в котором сочетаются трагический и комический элементы – прим.ред.). Эти элементы переданы именно куклами, ведь они главные герои спектакля. Этот спектакль можно с лёгкостью разобрать на цитаты, в каждом диалоге актеров присутствуют необыкновенно выразительные мысли. Зал аплодировал стоя!

Премьерный спектакль Калининградского областного драматического театра.
Пьеса Валерия Беляковича по мотивам трагифарса Хасинто Грау "Сеньор Пигмалион".
Режиссер и художник-постановщик - Вячеслав Виттих (Москва).

Такого театрального потрясения калининградская публика не получала, наверное, никогда.
Чтобы зрелище (стремительное действие, неожиданные трюки, монологи и диалоги, индивидуальная пластика и слаженная командная игра актеров, музыкальные и световые эффекты) до такой степени электризовало и воодушевляло зрителей - такого мы не помним со дня победы российских футболистов над Голландией со счетом 3:0.
Толпы людей должны были выйти на улицу и скандировать: "Наш театр - чемпион!"

К счастью, театральный спектакль – вещь эксклюзивная, и видеть его дано не всем.
Только поэтому город уцелел.

Честное слово, никак не ожидал от подуставшего за последние годы театра такой энергетической мощи.
Просто приехал волшебник, мастер, достал из кейса своих чудесных и одновременно ужасных кукол – и они произвели фурор.

В принципе, так оно и было. Режиссер привез точное, жесткое, продуманное сценическое решение – и воплотил его (с помощью талантливой и мастеровитой калининградской труппы и художественно-постановочной части) в красивый до умопомрачения спектакль.
Не забыв при этом сделать нечто неуловимое и самое главное: вдохнуть тайну жизни в свое коллективное создание. Точнее – вдохнуть жизнь и тайну…

Ну как из обычной глины получается Адам или Галатея?
Вряд ли мы это поймем, и вряд ли сумеем повторить.
Пигмалионы - сейчас редкость.

Спектакль поражает смелостью и простотой найденных решений.
Открывается занавес – и над нами парят воздушные гимнасты, как живые куклы-марионетки. Зрелище длится несколько секунд – но ощущение детского восторга уже вошло в душу и приподняло зрителей.
Теперь они поверят в любые условности, ведь они уже оказались в мире театра, цирка.

Сцена огорожена по кругу, как арена, кулисами-колоннами, но когда они, чудесным образом освещенные (художник по свету – Людмила Воронина), поднимаются, под ними оказываются прозрачные коробки с куклами. Как хрустальные гробы-саркофаги. И кто из них выйдет? Жив он или мертв? Можно ли ему (или ей) верить?
Этот вопрос держит в напряжении весь зал – и не находит ответа.

Когда мимика говорящего не совпадает со смыслом сказанного – становится как-то не по себе, и зритель нервно смеется.
Артистка Марина Юнганс блестяще добивается необходимого трагикомического эффекта, создавая образ куклы по имени Капитан Момона средствами гротесковой клоунской пластики.
Огромное ружье – хоть и бутафория, но кто его знает, если в голове пружинка соскочит… Механизмы, хоть и похожи на людей, но жалеть не умеют.

Другие действующие лица (команда испанских продюсеров, похожих на матадоров) на сцене располагаются таким образом, чтобы в любой момент занять места этих загадочных кукол. Строгое симметричное расположение группы не превращает ее в массовку. Наоборот!
Каждый отдельный персонаж, - хоть и одеты все по принципу «красное и черное» - люди, «белое и красное» - куклы, - подан индивидуально, одет прекрасно, узнаваем и неповторим.

Глаз не оторвать от Надежды Ильиной и Людмилы Зиновьевой. Роли не главные, но визуальная нагрузка стопроцентная.
Три заслуженных артиста – Николай Захаров, Волемир Грузец, Юрий Харламбов – заслуживают того, чтобы рядом с ними фотографировались за деньги.
Инфернальный Петр Мутин, пожалуй, затмил бы великих трагических актеров в монологе Пигмалиона.
Харизматичная фигура Алексея Переберина – в центре любой композиции.
То, что делают пластичные и комедийно одаренные Александр Федоренко и Антон Захаров, достойно отдельных аплодисментов и вызова «на бис».

Но самая потрясающая роль досталась Алёне Колесник. Такую роль сыграть – и никакого Оскара не надо!
Конечно, ей помогает и выигрышная, драматичная музыка, и безумно красивое оформление , но двойственную и темную сущность своего персонажа актриса передает, используя свои незаурядные данные, свое мастерство и талант.
То, что написано (нарисовано) у нее на лице – в буквальном смысле двуличие красоты,
находит убедительное подтверждение в каждый момент ее существования на сцене.
Смертельный соблазн исходит от образа Помпанины.
И мы верим, что даже сам Герцог не смог устоять перед ее губительным обаянием.

А ведь мы ничего не сказали о других куклах! О забавных и страшных одновременно персонажах, очень точно, в жанре трагического балаганчика, сыгранных замечательными молодыми актерами. Каждый из них – личность. А вместе – мощный, слаженный ансамбль.
Театру удалось главное – эмоционально убедить зрителя в том, что каждый персонаж этого современного трагифарса способен страдать, «истекая клюквенным соком», и что все это имеет отношение и к его собственной жизни.

Нет, кто этого не видел – все равно не поймет.
Как не поймет полуночных восторгов футбольных фанатов человек, которому хочется спать.

Спи спокойно, человек, не видевший Театра!

В Станиславском Драматическом опять премьера. Валерий Белякович переработал пьесу испанского драматурга Хасинто Грау «Сеньор Пигмалион» в блестящий трагифарс - «Куклы».

На мой взгляд, получилось нечто вроде конгломерата Азимова с Шекспиром и Неанфом из Кизика, эдакий венок монологов, связанных экспрессией талантливой массовки, где, тем не менее, каждый актер ведет свою четкую партию. И то, что периодически зрители слышали со сцены Шекспировские монологи, это вполне в стиле Беляковича, вспомните хотя бы «Шесть персонажей в поисках автора».

Кстати, очень понравился Гамлетовский монолог в исполнении Народного артиста России Влада Михалкова. Колет и плащ цвета крови весьма подходили к его трактовке персонажа.

Ну, а сюжет пьесы выглядит так. В Испанию начала ХХ века приезжает весьма своеобразная труппа. Она состоит не из людей, а кукол. Командует и владеет труппой её создатель по имени Пигмалион. Местные антрепренёры поражены этой новацией, а их меценат Герцог и поражен и покорен, причем на столько, что похищает приму этой труппы, труппа бросается в погоню за похитителем, а за труппой бросаются в погоню жена Герцога, антрепренёры и сам Пигмалион. То есть - динамики в спектакле хватает.

Отдельно бы отметил эпизод, показывающий ночную жизнь кукол, эпизод достаточно смелый, но сделанный без вульгарности, что сейчас для театров достаточно странно, ибо оная в моде. Но тут спасибо Валерию Беляковичу, который в своем творчестве вульгарности не приемлет. Я не поленился и прочитал вариант Грау и, должен сказать, что переделка Беляковича пошла пьесе на пользу: после привнесенных им новых эпизодов и действующих лиц , пьеса стала гораздо глубже и ярче. По крайней мере , зрители смотрели её на одном дыхании.

Как всегда блеснули костюмеры и художники: очень интересно трактованы костюмы антрепренёров, которые сделаны с мотивами средневековой испанской одежды с картин Веласкеса.

Очень интересное решение с декорациями: ряд зеркальных шкафов-трансформеров добавлял некое ощущение техно-дель арте.

И очень эффектен был выход Беляковича на сцену в финале. Эдакий Мейерхольдовский монолог на фоне груды тел персонажей, убиенных похищенной Помпониной. Прямо-таки в процессе отстрела в ушах дежавю звучала песня Эдит Пиаф «Браунинг».

Гора убиенных на сцене, напомнила мне премьеру Антигоны в Париже, где при похожем финале в зале началась драка между сторонниками классицизма и нового тетра. Но Московские зрители оказались более воспитанными и выдержаннее французских. И именно зрители подтвердили успех спектакля аншлаговым залом, а ведь шел уже третий месяц премьеры.